Вчера глава Агропромсоюза Иван Оболенцев предупредил о возможном росте хлебных цен. Он признал, что впервые за 15 лет Россия может стать импортером зерна. Впрочем, речь пока идет только о ржи и гречке. Общий урожай зерновых в этом году скорее всего не превысит 60—65 млн. тонн, но на производство хлеба в стране, как подчеркнул Оболенцев, расходуется только 22 млн. тонн. “Так что хлеб, макароны существенно подорожать не должны, если исходить из экономики их производства. Цена изменится в пределах инфляции прошлого года”, — сообщил Оболенцев. И добавил: “Мы озабочены ростом цен в некоторых позициях. К сельскохозяйственным товарным производителям этот рост отношения не имеет — они работают по прошлогодним закупкам”.
Тем временем репортеры “МК” зашли в магазин шаговой доступности. Реакция на людей с блокнотами была спокойной: “Хлеб подорожал еще неделю назад. В среднем на два рубля. Батон стоил 15 рублей 50 копеек, теперь — 17 рублей. Буханка черного была по 18, теперь за 20 рублей. А что?” Очевидно, что продавцы не были на пресс-конференции г-на Оболенцева и не слышали про закупки прошлого года. Поэтому объясняли рост цен засухой: “Все же дорожает”. Интересно, что рядом с батонами приютился лаваш. Не успел корреспондент “МК” открыть рот, как получил ответ: “Был 16 рублей, стал — 21 с половиной рубля. А что, он не из муки, что ли?” Если учесть, что в составе этого продукта кроме муки есть еще и вода, могли бы взять и за нее подороже — в засуху-то.
Таких торговых точек, где со схожими объяснениями продавали подорожавший хлеб, нашлось еще три штуки. “У нас не подорожала ни одна булка. Пока”, — гордо ответили нам в булочной-кондитерской. На вопрос: “Почему пока?” — сообщили, что “у всех дорожает, значит, и у нас может”. Но были и такие магазины, которые сообщали, что переписывать ценники не собираются, пока сами покупают по прежней цене с заводов.
Тем временем генеральный директор кондитерско-булочного комбината “Черемушки” Рустам Атаходжаев сообщил “МК”, что его предприятие еще 3 августа подняло цены на продукцию на 12%. “С 1 июня цены на муку выросли на 90—105%. В нашей цене издержки на муку — это 25%, поэтому нынешнее повышение для нас даже не компенсация потерь”.
То, что подорожание хлебобулочных изделий все заметили только вчера, удивляет и генерального директора ЗАО “Хлебокомбинат №22” Елену Борисову. По ее словам, не подняли свои цены только хлебозаводы компании “Настюша” (на момент подписания номера связаться с руководством этой компании не удалось). Как сообщила “МК” Борисова, производители заранее предупреждали о повышении и московское правительство, и Федеральную антимонопольную службу. За неделю поставили в известность и торговые точки. “Цены на муку с мая выросли в 2,1—2,2 раза”, — объясняет Борисова причины таких непопулярных мер. По ее словам, до этого мука активно дорожала в феврале—апреле 2008 года. Следующий резкий рост финансовой нагрузки на пекарей произошел в феврале—марте 2009 года. По расчетам собеседника “МК”, тогда газ и электроэнергия выросли в цене для производителей практически в два раза. “Я не знаю, откуда пошла информация, что стоимость муки — это лишь 10—15% от цены буханки. У нас это 34—42% в зависимости от вида продукции”, — отрезала руководитель хлебокомбината.
Зампред Аграрного комитета Совета Федерации Сергей Лисовский, в свою очередь, пояснил “МК”, что верхняя палата парламента ранее выясняла вопрос о том, какую долю в себестоимости хлеба действительно занимает мука. Сенаторы встречались с пекарями, разведывали ситуацию. “Получилось, что стоимость муки — это около 25% цены “средней” буханки”, — говорит он. Что ж, четверть — это тоже немало. А вот с двукратным ростом тарифов на энергоносители Лисовский абсолютно согласен и считает этот фактор не менее важным в сдерживании роста цен. “Надо понимать: мы или ограничиваем рост цен на хлеб, или аппетиты естественных монополий”, — заключает он.
Как признал вчера один из московских чиновников, мукомолы действительно говорили, что если еще месяц назад они покупали зерно по цене в районе 6200 рублей за тонну, то теперь в ход идут ценники от 7000 до 8000 рублей. “Неудивительно, что мелкая розница поднимает цены на хлеб. Поднимает из-за того, что, видимо, производители хлеба подняли цены. Понятно, что этот рост цен в 1—2 рубля несопоставим с тем, насколько подорожало зерно”, — прокомментировал “МК” ситуацию председатель правления Международной конфедерации обществ потребителей Дмитрий Янин. И нам снова захотелось вспомнить Ивана Оболенцева. Дело в том, что никто не печет хлеб из свежесобранного зерна. От комбайна до буханки должно пройти как минимум 1,5 месяца. Следовательно, стремительно дорожает урожай прошлого года. Так сказать, про запас.
Куда же смотрит Федеральная антимонопольная служба? А вот куда. “30 июля мы направили в регионы письма с просьбой провести мониторинг цен на социально значимые продукты. В четверг на совещании будут представлены первые примерные цены. В пятницу утром надеемся выложить эти данные — некий срез нарушений по регионам”, — сообщили “МК” в ФАС.
Получается, что одни чиновники уже как минимум десять дней знали о том, что в Москве подорожал хлеб. И молчали. При этом другие до последнего с экранов телевизоров и в радиоэфире утверждали, что они этого не допустят.
|
| |
|
Фото Михаила Ковалева.
| |
Елена СКРЫННИК, министр сельского хозяйства РФ, во вторник, 10 августа 2010 года, в вечернем эфире “Эха Москвы”:
“Хлеб из муки пшеничной у нас не дорожает, он у нас подорожал за год на 0,3%. Хлеб ржано-пшеничный — на 0,4%. Содержание зерновых в нашем хлебе от 15 до 20%, все остальное — это совершенно другие категории, это электроэнергия, сети и прочее. Поэтому мы не ожидаем скачка цен на хлеб”.
