Кадыров и враги народа: кто спустил собак на Рамзана

Юристы не верят, что главу Чечни обвинят в экстремизме

18 января 2016 в 17:30, просмотров: 60501

Разрастается скандал вокруг высказываний главы Чечни Рамзана Кадырова о несистемной оппозиции. Депутат законодательного собрания Санкт-Петербурга Максим Резник подготовил обращение в Генпрокуратуру с просьбой проверить на экстремизм слова о том, что несистемщики являются «врагами народа», «изменниками Родины», которые «стремятся нажиться на сложной экономической ситуации в стране», и поэтому их нужно «судить за подрывную деятельность». По мнению Резника, Кадыров тем самым призвал к антиконституционным действиям. Есть ли вероятность того, что прокуратура действительно признает высказывания Кадырова экстремистскими и он будет как-то наказан? Об этом «МК» спросил у ведущих юристов.

Кадыров и враги народа: кто спустил собак на Рамзана

Резник — не единственный, кто вознамерился наказать Кадырова за его язык. Конгресс интеллигенции (созданный в 2014 году в ответ на присоединение Крыма) начал сбор подписей за отставку Кадырова. Под открытым письмом на эту тему подписались, в частности, Владимир Войнович, Мариэтта Чудакова, Людмила Улицкая, Лев Пономарев, Людмила Алексеева.

Спикер Сергей Нарышкин назвал историю с высказываниями Кадырова «неприятной» и привел ему в пример работу нижней палаты: «Госдума своим поведением показывает пример, как нужно вести диалог различных политических сил. Я рассчитываю, что этот опыт поможет в неприятном конфликте. Я всегда стоял за самый открытый и уважительный политический диалог между правящей и оппозиционными партиями».

На выручку главе республики бросился спикер парламента Чечни Магомед Даудов. В соцсетях он как бы шутя пригрозил спустить на представителей российской оппозиции кавказскую овчарку Рамзана Кадырова. Разместив фото собаки, он снабдил его обширным комментарием, сообщив, что «Тарзан быстро распознает лицемеров и страшно не любит собак иностранных мастей». Далее в посте Даудов сообщает, что у Тарзана особенно чешутся клыки на таких собак, как «Каляпа» (глава Комитета по предотвращению пыток Игорь Каляпин), «Веня» (главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов), «Пономарь» (правозащитник Лев Пономарев), «Яшка» (заместитель председателя Партии народной свободы Илья Яшин).

За шуткой прослеживается явная угроза этим людям.

В ответ на пост Даудова представители оппозиции начали выкладывать в соцсетях своих собак. Одним из первых был депутат Дмитрий Гудков. Фото домашнего любимца он снабдил такой записью: «Посмотрел на вашего Тарзана. А это мой тибетский мастиф Элман. Домашний питомец, а не политический аргумент».

В общем, страсти кипят. Но есть ли признаки экстремизма в том высказывании Кадырова, с которого все началось?

— Мне очень не понравилось его высказывание. Оно, мягко выражаясь, неприличное. Но правовую оценку ему должны давать эксперты, — сказала «МК» судья Конституционного суда Тамара МОРЩАКОВА. — С моей точки зрения, это высказывание можно трактовать как призыв преследовать за взгляды. Кроме того, уже названы люди, которые, по мнению соратников Кадырова, должны подвергаться преследованиям. В высказываниях помощников Кадырова можно заподозрить угрозы конкретным людям. Но это должны решать правоохранительные органы и суд.

— Если бы не глава региона или спикер заксобрания, а обычный блогер шутя пригрозил натравить собаку на Пономарева и Венедиктова, ему бы за это что-то было?

— Если вы призовете к преследованию каких-то людей за инакомыслие, то уже грубо нарушите их конституционные права. Конституция запрещает преследовать за инакомыслие. Но состав этого деяния должны анализировать правоохранительные органы с привлечением экспертов, которые скажут, являлось ли ваше высказывание способом разжигания какой-либо вражды.

— Резник правильно сделал, что обратился в Генпрокуратуру, или нужно было идти сразу в суд?

— Он правильно сделал, можно было обратиться еще и в Следственный комитет, потому что речь идет о проверке противоправности действия, которое попадает под статью УК. А сразу в суд обращаются, когда нужно предъявить претензию в личном оскорблении.

— Только эксперты-лингвисты уполномочены законом говорить о том, есть признаки экстремизма в высказывании или нет. В нашей стране нет англосаксонской правовой системы, где по прецеденту наказывают или оправдывают всех остальных. У нас даже если два человека дословно, с точностью до знака, сказали одно и то же — каждый случай будет рассматриваться отдельно, двумя разными экспертизами по двум разным делам. И одного могут признать провинившимся, а другого — чистым как слеза. Все очень субъективно, — сказал «МК» правозащитник, юрист движения «Сопротивление» Максим ПЕШКОВ.

— У нас законодательство об экстремизме такое же «резиновое», как статья о порнографии. Его можно крутить в любую сторону и подгонять под конкретную ситуацию. Но на выходе получается одно и то же: тот, кто выступает против основных установок российского руководства, — тот экстремист, а кто за Путина — не экстремист, — сказал «МК» адвокат Вадим КОБЗЕВ, который защищал многих представителей оппозиции, включая Алексея Навального. — Поэтому, если бы что-то подобное сказал представитель оппозиции по отношению к власти или оппозиционер призвал бы травить какую-то группу населения, он был бы экстремистом. В его словах статью найдут обязательно. А о признаках экстремизма в речах Кадырова рассуждать совершенно бессмысленно, потому что очевидно: Генпрокуратура их днем с огнем не найдет.



Партнеры