Российский дипломат раскрыл тайны прихода Асада к власти в Сирии

«Благодаря усилиям Тласа Башару срочно было присвоено звание генерала»

14 марта 2016 в 17:42, просмотров: 19412

Отношения России с Сирией сегодня тема №1 в международных новостях. А еще это предмет бесконечных споров и обсуждений, ведь Восток, как известно, дело тонкое...

Во всех этих тонкостях четверть века разбирался Аркадий Виноградов. В прошлом сотрудник посольства РФ в Дамаске, он был вхож в кабинеты и дома первых лиц страны. После увольнения из посольства Виноградов был официальным советником у трех министров обороны Сирии. За особые заслуги получил награды из рук двух ее президентов. Уникальный, между прочим, случай.

А еще его в Сирии называют «главным дождевиком»: привез в страну отечественных ученых, которые «вызывали» не просто дожди, а целые ливни, чтобы побороть изнурительную засуху.

Обо всем этом Аркадий Виноградов рассказал в интервью «МК».

Российский дипломат раскрыл тайны прихода Асада к власти в Сирии
фото: Ева Меркачева

«Виселицы расставляли на рассвете»

— Расскажите, как вы попали в Сирию?

— Это было в 1988 году, я приехал туда в качестве руководителя группы научно-технического сотрудничества посольства. Поселился в центре Дамаска рядом с посольством (дипломаты же встречаются с разными предпринимателями, чиновниками, и всех их в посольство не приведешь!). Квартира мне досталась размером аж 250 кв. м, потому что меньше там просто не было. После московских квартир того времени сирийские казались роскошными — с изящной арабской мебелью, люстрами и т.д.

— Что вас больше всего поразило тогда в чужой стране?

— Природа. Голые горы, песок, камни. Но потом мы увидели, как весной все это покрывается, хотя и на короткое время, зеленью и цветами. И к этому быстро привыкаешь и потом даже влюбляешься.

Поразили люди. Оказалось, что сирийцы очень сердечный народ, похож в этом смысле на русских. На улицах много неторопливо прогуливающихся людей с приветливыми улыбками. Еще поразило, что там конгломерат религий, и они между собой не конфликтовали. Американцы говорят, что алавиты захватили в Сирии власть. Но будь Асад суннитом, он все равно бы стал президентом. А в правительстве были представители всех религиозных конфессий и партий (даже коммунистической).

Еще я был поражен, что в Сирии было более десяти тысяч молодых специалистов, получивших образование в СССР. Многие из них перед возвращением на родину женились на русских девушках. Познакомившись с такими семьями, я был приятно удивлен, что мамы передали свою любовь к России детям.

Вот какой я увидел Сирию: большинство женщин прятали свое тело под черными галабиями, в магазинах не было привычных для нас продуктов, многие товары и продукты отпускались по талонам. В то время (время правления Хафеза Асада) в страну запрещался ввоз иностранных товаров: электроники, одежды, алкоголя и табака. Нельзя было пользоваться факсами, телевизионными антеннами и появившимися в последние годы его правления мобильными телефонами. Контрабандисты доставляли по горным тропам из Ливана в Сирию все эти запрещенные товары, пользовавшиеся у местного населения большим спросом.

— А как же прилюдные казни? Вы не были ими шокированы?

— Во время правления Хафеза Асада действительно вешали преступников, но происходило это довольно «цивилизованно» — никто не видел самого процесса. Ставили виселицы и привозили осужденных часов в 6 утра, пока все спали. А потом в утренних новостях оповещали: «Повесили шесть контрабандистов, которые убили наших таможенников». Государственных преступников вешали на центральной площади, простых бандитов — в ближайшем от места совершения преступления сквере. Кстати, все решалось довольно быстро: поймали, суд — и через 48 часов преступника уже повесили. Обязательно прикрепляли табличку на груди — за что. Висели преступники недолго, к полудню их убирали, виселицы разбирали и увозили. Люди обычно вокруг них не собирались, ажиотажа не было, но впечатление было не из приятных.

В иностранных посольствах частенько воровали машины, а в советском посольстве за год украли сразу шесть машин. Чтобы оправдаться перед иностранными дипломатами, президент Хафез Асад издал указ — за воровство машин вводилась смертная казнь через повешение. И кражи прекратились!

— Вам вернули машины?

— Нет, конечно. Их сразу же разбирали на запчасти и продавали. Среди них были в основном иномарки — «Тойоты», «Мерседесы», «Пежо». Поначалу многие сотрудники нашего посольства ездили на отечественных «Жигулях», но со временем и они пересели на иномарки.

— Вешали каждую неделю?

— Нет, что вы. До прихода нового президента я работал в Сирии уже 15 лет, и за все это время казней было немногим больше десятка. С приходом к власти Башара Асада смертная казнь была отменена, но, несмотря на это, США и европейское сообщество называют режим Асада «кровавым».

Но это не значит, что Хафез Асад был белым и пушистым. Всего хватало. У меня был один знакомый ученый, которого без суда посадили в тюрьму на 5 лет только за то, что он неправильно отозвался о проводимой президентом политике. Он отсидел, вышел и говорил мне потом: «С тех пор слово «политика» исключено из моего лексикона». Вольнодумцев в Сирии никогда не приветствовали.

— Правда, что во времена Ельцина наше посольство в Сирии фактически не работало?

— Посольство работало всегда. Но Россия тогда ориентировалась на Америку, контакты со странами Ближневосточного региона были на невысоком уровне. И поэтому почти двадцать лет отношения с Сирией были довольно прохладные.

Но наше посольство пыталось сделать все возможное, чтобы связи окончательно не разорвались. Благодаря ему даже наши музыканты приезжали в Дамасскую консерваторию.

Человек дождя из СССР

— А каким было научное сотрудничество?

— Несмотря на то, что Сирия маленькая и не очень развитая страна, благодаря ей десятка два наших НИИ и научно-производственных объединений выжили в период развала СССР.

— Каким образом?

— Дело в том, что мы с послом (сначала это был А.С.Дзасохов, потом А.И.Зотов) еще в середине 1990-х решили, что можно было бы привлечь наших ученых к работе в Сирии. Мы начали организовывать их поездки в Дамаск, где они подписывали с сирийскими научными организациями контракты (в основном небольшие — на 100, 200 тысяч долларов). И благодаря этим контрактам ряд наших научных учреждений смог удержаться на плаву в тот период, когда почти не было государственного финансирования.

Посольство помогало сирийцам установить тесные связи с нашими учеными в области медицины, защиты окружающей среды, электроники, дистанционного зондирования Земли, океанологии, космического приборостроения и даже в области искусственного вызывания осадков. Кстати, последний проект был самый большой — около 6 миллионов долларов, и его одобрил лично президент Хафез Асад.

— То есть наши ученые научили сирийцев вызывать дождь?

— Именно. Когда я приехал в Дамаск, вода и электричество подавались только на два часа утром и вечером. В тот период резко обмелели водоемы. Половина турбин на гидростанциях были приостановлены, а остальные работали на четверть запланированной мощности. В общем, катастрофа.

Мы направили из Москвы в Сирию бригаду из двадцати специалистов Центральной аэрологической лаборатории. Полетели они на оборудованном для этих целей самолете Ил-18. Они умели вызывать дождь, но им нужно было хоть одно облачко. Ждали его целых три недели. Сирийская сторона, да и посольство уже начали сомневаться в успехе операции, но вдруг рано утром наши ученые сообщили, что в 12.00 в Дамаске будет дождь. Помню, посол подошел к окну, посмотрел на ясное небо, буркнул про себя что-то типа: «Сколько же надо было выпить, чтобы сделать такое предположение».

Вызванные в посольство руководители экспедиции показали компьютер, на котором было видно какое-то облако. Ученые объяснили, что оно находится над Кипром и с учетом скорости и направления движения скоро будет над Дамаском. К этому времени они пошлют ему навстречу самолет Ил-18, который и вызовет дождь (распылит внутри него йодистое серебро, активирующее находящуюся в облаке влагу).

Сообщили министру сельского хозяйства Сирии, тот встал перед выбором — докладывать президенту или нет? Риск был большой: если сообщить, а дождя не будет — ему не миновать беды, но если будет дождь, а президенту заранее об этом не сообщили, то министр лишится своего поста.

— И что он сделал?

— Доверился нашим ученым.

За пятнадцать минут до объявленного времени площадь перед главным входом в посольство была заполнена народом. Все вглядывались в изумительной чистоты небо. Вскоре появилось облако, и послышался глухой звук приближающегося самолета, который вошел в него и... сплошной стеной хлынул не дождь, а настоящий ливень! Вода затопила все подвалы магазинов Дамаска, движение на дорогах остановилось, машины глохли, а водители забирались на крыши своих автомобилей и ждали помощи.

Мы переживали, что вреда нанесли больше, чем пользы. Но арабы радовались, говорили, что это Аллах послал им дождь. Заполнились водоемы знаменитой Тишринской ГЭС, расположенной на реке Евфрат, у самой границы с Турцией. Вода в водопроводах лилась беспрерывно, электричество перестали отключать, а местные фермеры стали снимать по два урожая в год. Сирия зажила другой жизнью! У сирийцев есть поверье: если пошел дождь, то он приносит счастье. С экранов телевизоров и в проповедях муэдзинов часто слышались слова благодарности Аллаху за то, что он обильно орошает землю, приносящую народу жизнь. Но мы-то знали, благодаря кому поступает на их землю эта живительная влага. (Смеется.) Ученые были вознаграждены правительством Сирии, а меня стали называть главным дождевиком. Хафез Асад подарил мне золотые часы со своим портретом, и они потом не раз сослужили мне добрую службу. Был даже курьез — однажды официант увидел их на моей руке и тут же сообщил об этом всем работникам ресторана. Они выстроились в ряд передо мной в знак почтения. Потом еще одни часы (но уже не золотые) я получил от Башара Асада, вступившего на должность президента после смерти отца.

Возвращаясь к дождям в Сирии, замечу, что некоторым странам они пришлись не по нраву.

— Каким именно и почему?

— Турция обвинила Сирию, что она искусственным путем забирает из облаков, которые приходят к ним из Сирии, всю влагу — и якобы это вредит земледелию в ближайших странах. Наши ученые выступили с официальным опровержением. Они объяснили, что при применении технологии искусственного выделения осадков из облака выпадает не более трех процентов находящейся в нем влаги, и страна, куда облако потом придет, может повторить операцию по вызыванию дождя, если у нее имеются такие возможности. Правда, технологией по искусственному увеличению осадков обладали всего четыре страны: США, Франция, СССР и Израиль.

— А что с дождями сейчас?

— Из-за войны, увы, Сирия в этом смысле вернулась к прежним временам. Террористы разрушили локаторы, и реализацию программы увеличения осадков отложили на неопределенное время. В стране засуха, водоемы обмелели. Недалеко от Алеппо находился международный центр ИКАРДА, занимавшийся развитием земледелия в засушливых регионах, в работе которого постоянно принимали участие наши специалисты из ВАСХНИЛ. К сожалению, это место превратилось в штаб-квартиру ИГИЛ (запрещенная в России организация. — Прим. авт.) — и на полях с редкими растениями разместились укрепленные сооружения и тяжелая военная техника. Сирийцы надеются, что как только их территория будет освобождена от боевиков ИГИЛ, Россия снова поможет с дождями.

фото: Ева Меркачева
Часы — подарок от президента Сирии Ашара-младшего.

Советник Тласа

— Как вы стали советником министра обороны Сирии?

— Моя командировка официально заканчивалась, но сирийская сторона предложила мне стать советником заместителя верховного главнокомандующего, министра обороны Сирии Мустафы Тласа. Кроме того, он был еще и заместителем премьер-министра, отвечал за научно-техническое развитие страны и защиту окружающей среды, и мои контакты с российскими учеными и специалистами оказались весьма кстати.

Эта должность (я занимал ее 15 лет) помогла поддерживать отношения с министрами, с депутатами парламента. В основном они касались научно-технических отношений и военного сотрудничества. А когда президентом стал Владимир Путин и отношения с Сирией вновь стали дружескими, то все равно моя должность помогала прорываться через бюрократические препоны с обеих сторон и ускорять решение многих вопросов.

— О Тласе что только не рассказывают. Некоторые эксперты считают, что влияния у него было порой больше, чем у президента. Что это за человек?

— Расскажу две истории, свидетелями которых я был. В приемной министра обороны сидел подполковник, у которого тяжело заболела дочь. Девочку нужно было срочно отправить на лечение за границу, и военный просил оказать ему финансовую помощь. Тлас взял в руки его письменное обращение, подумал минуту, затем достал чековую книжку, выписал 20 тысяч долларов со своего личного счета и передал офицеру. Потом он сказал мне, что оформлять через финансовую часть было бы очень долго, а медлить с операцией нельзя.

Вторая история еще больше запомнилась. Однажды мы встретились с ним в ресторане на границе Ливана и Сирии в долине Бекаа, где сейчас расположен лагерь сирийских беженцев. Министр пришел в сопровождении охраны и с маленькой испуганной и испачканной девочкой на руках. Оказалось, он был в Бейруте, где только что произошло очередное столкновение христиан и мусульман, и увидел, что около развалин только что разрушенного дома сидит маленькая девочка и плачет. Выяснилось, что ее родители погибли от бомбежки, жилье разрушено. Поискали родных, не нашли. И он взял ее в свою семью. Воспитал, обучил, выдал замуж с приданым.

Тлас был единственный в свое время министр обороны, всю жизнь отдавший армии и прослуживший в армии пятьдесят лет. Он пользовался у Хафеза Асада большим уважением — и только благодаря ему Башар Асад стал президентом.

— Как это случилось?

— Когда Хафез Асад умер, его похоронили в тот же день, как и положено у мусульман, до захода солнца. А на следующий день должны были объявить, кто будет исполнять обязанности президента. По конституции — это действующий вице-президент. Но к нему пришел министр обороны и спросил: «Помнишь, как называют нашу страну? Ее зовут Асадия» (даже на границе на всех пропускных пунктах были плакаты: «Приглашаем вас в страну Асадию». Так что подразумевалось, что президентом должен быть именно Асад, и народ выступал за это).

фото: Из личного архива
Министр обороны Сирии Тлас часто приглашал в гости своего русского советника со всей его семьей.

СПРАВКА «МК»

Изначально в преемники на пост президента готовился старший сын Хафеза Асада Басель, но он трагически погиб в автомобильной катастрофе, и отец был вынужден вызвать из Англии своего второго сына, Башара. Он получил образование в Англии по специальности врач-офтальмолог, женился — и заниматься политикой не собирался. Но после гибели старшего брата он был вынужден вернуться в Дамаск, и отец стал усиленно готовить его в свои преемники. Он окончил военную академию, получил офицерское звание и стал принимать активное участие во всех делах отца.

Вице-президент возразил: согласно конституции Сирии президентом страны может стать только генерал и его возраст не может быть ниже сорока одного года. Но оказалось, что благодаря усилиям Тласа Башару срочно было присвоено звание генерала, а Национальное собрание на внеочередном заседании приняло закон о снижении возрастного ценза для вступления на пост президента с 41 года до 36 лет, сколько и было Башару в то время!

Почему Тлас поддержал сына президента? Он прекрасно был осведомлен, что вице-президент будет ориентироваться в своей политике на США и Сирия потеряет свою независимость. Кстати, через некоторое время после прихода Башара Асада к власти вице-президент уехал в США на лечение и больше в Сирию не вернулся.

— Какие у Башара после этого были отношения с Тласом?

— В Сирии принято уважительное отношение к старшим, и особенно к людям пожилого возраста. Башар называл Тласа отцом, а его дети — дедушкой. Раз в месяц президент приходил к нему в гости. Тлас был очень гостеприимным хозяином.

— Интересно, как он жил? Чем угощал вас на обед?

— Жил он в обычной арабской квартире. Большая такая, с библиотекой, где хранились подарки, редкие книги, картины, образцы оружия. Его жена была из богатой семьи, активно занималась благотворительностью. По праздникам она приезжала в старый район Дамаска Аль-Хамедию и раздавала бедным людям деньги. У Тласа был очень гостеприимный дом. По выходным на обед он обязательно приглашал кого-нибудь из знакомых, друзей и детей с внуками. Часто приглашал и меня с семьей. Обед всегда был пиршеством. Сначала мукабелят — закуски, потом кебаб, шашлыки (обязательно с только что испеченным хлебом). И несмотря на то что Сирия все-таки мусульманская страна, у него на столе было вино. Он всегда дарил моим детям шоколад и восточные сладости. После того как началась война, Тлас уехал к своей дочери в Париж. Для него находиться в Сирии стало слишком опасно.

— А как же вы?

— На его место пришел новый министр обороны Хасан Туркмани, и он попросил меня стать его советником. Я согласился. Потом был еще один министр. Так что в общей сложности я был советником при трех заместителях верховного главнокомандующего Сирии.

Место Каина и участь Авеля

— Когда президентом стал молодой Башар Асад, получивший образование в Англии, многое изменилось?

— В страну хлынул поток иностранных товаров, стали строиться современные магазины, открылись коммерческие банки, в несколько раз снизилась пошлина на ввоз автомобилей — и на улицах появились новенькие иномарки. Девушки сняли черные галабии, оделись в джинсы и легкие кофточки, и оказалось, что у них очень красивые фигуры.

Народ готов был носить за все это молодого президента на руках. В страну хлынули толпы туристов. А в Сирии есть что посмотреть. Там есть место первого преступления на Земле — пещера, камень, которым Каин убил Авеля. Скала, в которой, по преданию, остались отпечатки рук архангела Гавриила. Могила, где похоронен Авель. Правда, она на территории воинской части, но даже туда можно попасть по пятницам. Именно в Сирии, в небольшом городке Угарит, недалеко от турецкой границы, появилась первая на Земле письменность — клинопись. В восточной части Дамаска находится небольшое убежище, в котором скрывался от гонений на христиан апостол Павел. А в пятидесяти километрах от Дамаска находятся две христианские деревушки, жители которых до сих пор говорят на арамейском языке — языке, на котором говорил Христос. Ну а про Пальмиру и говорить нечего: о ней знает весь мир.

— Правда, что при сирийских президентах всегда были русские доктора?

— Не всегда, но приезжали довольно часто. Я сам привозил двух известных врачей — Пыталя и Лопаткина, специалистов в области почечных болезней, которые длительное время наблюдали за здоровьем президента. Американцы очень интересовались состоянием здоровья сирийского президента и в течение 13 лет периодически вбрасывали в СМИ информацию, что завтра-послезавтра Хафез Асад умрет. Но он жил и жил.

Офтальмолог Святослав Федоров был другом Хафеза Асада. Когда он приезжал в Дамаск, то его на президентских машинах возили даже через Аль-Хамедию — самый старый рынок в Дамаске, где ходят только пешком. Федорова очень привечали в Сирии и вообще на Ближнем Востоке. У него был пароход «Петр Первый», который заходил в Персидский залив. На этом пароходе Федоров сам делал операции арабским пациентам. Федорову в районе города Латакии, где сейчас наша авиабаза, выделили огромную площадь для строительства офтальмологического центра, но советское руководство почему-то не пошло на это — и от строительства центра пришлось отказаться.

Сотрудничество в области медицины было одним из важнейших в последние годы. Сирия стала страной, где качественно лечили. Но война с террористами все поставила под угрозу.



Партнеры