mk.ru : Московский комсомолец

Мэрия Москвы согласовала факт и маршрут протестного шествия 4 февраля: от Калужской площади по Якиманке до легендарной уже Болотной. Хотя еще накануне по всем каналам транслировался жесткий отказ. (Предлагалась, правда, альтернатива в виде похода по Фрунзенской набережной в сторону от центра, к Лужникам, — чтобы протестующие в соответствии с пожеланием Владимира Путина «стуча копытами, удалялись в сторону моря». Но это было, конечно, издевательством.)

Могла ли мэрия жестко стоять на своем? Могла. Вовсе не факт, что несогласованное шествие оказалось бы таким же успешным, как согласованное. Все-таки главная движущая сила протестов, русские образованные горожане (РОГа), — это не политические активисты, а продвинутые обыватели. Им не нравится запах крови.

Ясно к тому же, что в принятии решения столичная администрация была не вполне самостоятельна. За процессом зорко наблюдал Кремль, для которого очень важно, чтобы многотысячный поход не привел народ непосредственно к нему — на Манежную площадь или Васильевский спуск. Так почему же власть пошла на попятный?

Мое мнение, причина одна — невыносимая моральная усталость от существующего строя. Что еще раз подтверждает: мы живем в эпоху перестройки-2. Которая пусть и сильно отличается от перестройки-1, но в чем-то неуловимо осязаемом повторяет ее. Ведь люди и базовые принципы их отношений, лежащие в основе политики, остаются прежними. В перестроечную эпоху уступки власти, еще вчера казавшиеся нереальными, быстро становятся обыденностью. И мне смешно слушать тех, кто сегодня говорит: мол, 4 марта Путина спокойно изберут президентом, а потом все стихнет, и митингуй — не митингуй, все равно получишь то же, что было до 4 декабря 2011-го, только в профиль.

Ребята, да вы что?! Вы что, не видите, что произошло за последние полтора месяца? Если бы за день до т.н. «думских выборов» нам сказали, что скоро мы получим новую систему регистрации партий, возвращение прямой выборности губернаторов и мэров, официальное согласие властей на многотысячные шествия в центре Москвы — мы бы в это поверили? А ведь все это уже практически есть.

Разговоры о том, что во внесенных Дмитрием Медведевым (уверен, что с санкции, если не по велению Путина) законах о политических реформах немало подвохов, тоже не кажутся мне плодотворными/конструктивными. Подвох бывает везде, даже, как мы знаем из одной Книги, в Эдемском саду. Любую идею можно извратить и опошлить, особенно у нас. Но есть и альтернатива: извратить не полностью и опошлить не до конца. Просто всем надо работать. Как любит говорить Владимир Владимирович, мотыжить участок, подобно св. Франциску Ассизскому. Тем более что почвы на участке в последнее время стали куда плодороднее.

Власть идет не просто на уступки, а на опережающие уступки. Если недавно говорили, что новое законодательство о партиях будет введено в действие с 2013 года, то сейчас речь уже идет о весне—лете 2012-го. Если изначально планировалось, что кандидатуры губернаторов на всенародное голосование будет выносить Президент РФ (что, по сути, не меняло нынешнюю систему), то нынче предполагается выдвижение от партий и даже наличие самовыдвиженцев, а «президентский фильтр» (предусмотренная законопроектом система консультаций партий с главой государства по кандидатурам региональных лидеров) кажется все более эфемерным.

Что это всё? Это — перестройка-2. Так было и тогда, при Горбачеве. Власть начала испытывать глубокую неуверенность в себе. Потому что элиты, плоть от плоти этой власти, частично отказали режиму в признании его легитимности. (Пусть все хоть треснут, но я напомню, что на страницах «МК» мы с вами обсуждали такую перспективу еще в июле-августе 2010 г.) В такой ситуации власть готова отдать многое, чтобы восстановить свою легитимность. В нашем случае — заставить активную часть общества, тех самых РОГов, принять (пусть даже не признав в полном объеме) результаты думских выборов 4 декабря и президентских — 4 марта. Впрочем, решить эту задачу, как показывает непреходящий перестроечный опыт, власти не удастся. Активная часть общества все уступки примет, а потом скажет: какая такая легитимность? сначала новые реформы, а потом поговорим.

Лавина делегитимизации режима поехала с горы не 4 декабря 2011-го. А 24 сентября, когда Путин вопреки объективным интересам своей системы и своим собственным решил зачем-то вернуться в Кремль. Потому, с точки зрения РОГов и сочувствующих, основной критерий реформ — уход Путина. Чем бы ни закончились выборы 4 марта (а ВВП скорее всего вынужден будет победить в первом туре хотя бы потому, что ко второму туру не готов психологически), легитимными они не станут. А значит, 5 марта нас ожидает продолжение, а не окончание.

Теперь поставим вопрос: а на чем сердце успокоится? Чем должна завершиться перестройка-2, если она окажется успешной?

Формальные и неформальные представители власти, цепляясь за последние наличные аргументы, любят утверждать, что у оппозиции нет никакой программы.

Извольте — программа есть. Дальше вкратце излагается именно она. И хотя автор этих строк, строго говоря, к оппозиции не принадлежит — мы, скорее, примус починяем, — эта программа существует объективно. Она создана запросом российского общества и — да простится мне этот пафос — волей истории. А в истории всегда случается именно то, что должно случиться.

Запрос российского общества — опять же объективно — состоит в создании национального государства европейского образца. Транзит из империи, переживающей последнюю стадию распада исторической личности, в национальное государство должен быть завершен.

Легитимность Путина и Ко долгое время базировалась на как-бы-обязательстве (юридически нигде и никем не сформулированном) восстановить империю, как две капли воды похожую на петровскую и советскую одновременно. Именно поэтому при Путине правящий класс, прикрываясь именем «всесильного» патрона, утилизировал советское наследство в форме не только крупной и средней собственности, но и всевозможных имперских символов разных эпох. Сейчас народ понял, что обманут: империи больше не будет. Значит, надо что-то другое, и уже понятно что: учреждение нового государства.

Для учреждения российской государственности нового образца и формата необходимо, соответственно, Учредительное собрание. Оно было незаконно разогнано большевиками в январе 1918-го, и вскоре придет самое время возобновить его работу. Владимир Путин может передать власть непосредственно Учредительному собранию или сначала временному (на пару лет) президенту, который подготовит учредительный процесс и заодно даст все гарантии безопасности уходящему предшественнику. (Таким временным президентом мог бы стать, например, Алексей Кудрин. Почему нет? Путин ему полностью доверяет, а это уже немало.)

Учредительное собрание примет новую Конституцию России, которая трансформирует страну в парламентскую республику, лишит главу государства исполнительной власти (возможно, взамен делегировав ему функцию назначения власти судебной, а также роль верховного политического арбитра с правом распускать парламент в строго оговоренных критических ситуациях), восстановит реальный федерализм. Последнее, в частности, означает следующее: субъекты Федерации должны быть самоуправляемы, но вся полнота суверенитета принадлежит Федерации, поэтому руководители регионов как главы их исполнительной власти должны избираться не напрямую, но законодательными собраниями регионов. Такая модель, кроме того, позволит внедрить парламентаризм и на региональном уровне.

Теперь что касается экономики.

Россия таки реально может слезть с сырьевой иглы (простите за пошлость формулировки). Нужны лишь политическая воля и 5–7 лет исторического времени. У России есть уникальный, эксклюзивный ресурс, который сегодня по назначению не используется: территория, лежащая строго между Европой и Азией. Потому центральная альтернатива экспорту углеводородов — транзит грузов с Востока на Запад через нашу территорию, по высокоскоростной железной дороге. Ученые посчитали, что нынешняя наша доля в межконтинентальном транзите — 0,2%, а может быть — 20%, т.е. в 100 раз больше. Это и есть та самая смена модели экономики, о которой не говорит только ленивый, однако никто ничего реально до сих пор не сделал.

Скажете, выполнение этой программы нереально? Да. Так же нереально, как Болотная площадь и проспект Сахарова, если смотреть на них из 4 декабря минувшего года. Продолжение следует. Во всех смыслах.