Мой нефанатский выезд в Дагестан

Кавказский взгляд радикально отличается, но в то же время зеркально похож на московский взгляд на кавказцев

16 октября 2011 в 19:21, просмотров: 15195
Мой нефанатский выезд в Дагестан

На прошедшей неделе я побывал в Дагестане. В составе рабочей группы в рамках программы «Диалог» Института региональных проблем. В группу, возглавляемую директором института, вошли представители молодежных, военно-патриотических и националистических организаций, Русской православной церкви, казачества, прессы...

Целью поездки был именно диалог с представителями дагестанского общества. Причем, что важно, с самыми разными его представителями — от президента республики до последнего студента с «камчатки».

Состав делегации по именам был внушительным. Меня же приглашали давно — как представителя самого известного и влиятельного движения фанатов «Спартака». Но я вынужден был отказываться. Во-первых, с февраля 2011 года я уже не возглавляю движение «Фратрия». А во-вторых, чуть позже по ряду причин совсем покинул его. И считал, что не имею права, формально не относясь к организованному фан-движению, выступать со своими собственными мыслями, поскольку это, как показывает жизнь, зачастую вызывает раздражение, даже ревность. Но мой друг, один из идейных вдохновителей программы, Вениамин Роднянский, убедил меня, что почти двадцатилетний стаж выездов за «Спартаком» по всей стране, в том числе на Кавказ, не дает мне права молчать. Особенно сейчас, когда Россия получила право на проведение чемпионата мира по футболу в 2018 году. Получить-то получили, но в то же время вопросы безопасности на стадионах и вокруг них стоят сейчас как никогда остро, а их решение так и осталось на уровне девяностых годов прошлого века.

И раз уж появляется такая возможность — напрямую пообщаться с первыми лицами Республики Дагестан, где играет и принимает гостей клуб «Анжи» и где зачастую происходят негативные события вокруг приезда болельщиков из Москвы и Санкт-Петербурга, — то ею надо воспользоваться на все сто процентов. Вдруг мне удастся убедить самых авторитетных лиц этой самой южной республики Российской Федерации, что футбол — это очень важная составляющая современной жизни страны, а безопасность вокруг него — одна из составляющих в том числе и имиджа России? Не говоря уже о том, что — по умолчанию — жизнь, здоровье и безопасность любого человека — бесценны.

В итоге поездка разделилась для меня на несколько составляющих: протокольные мероприятия, общение со студентами, как говорится, «с представителями общественности» — и собственно поездки по дорогам Дагестана, позволившие составить личное представление о жизни в республике.

Протокольные заседания с представителями принимающей стороны, речи, обмен мнениями и взглядами на жизнь, обсуждение проблем и взаимоотношений показались, на мой, не сильно замыленный заседаниями взгляд, довольно формальными и однообразными. Но скука и монотонность вмиг пропадали, как только произносились слова «футбол» и «Спартак». Причем большая часть участников дискуссий, возможно, не разбирались в тонкостях игры, но они были жаркими болельщиками и имели свои мнения на все происходящее вокруг футбола.

Мнения зачастую были полярными.

Например, глава Махачкалы Саид Амиров сказал, что не следует приобретать дорогостоящих иностранных футболистов, а необходимо вкладывать деньги в собственных воспитанников. И вообще, странно видеть миллионеров, бегающих по полю стадиона, вокруг которого до сих пор ведутся работы по восстановлению и ремонту дорог. Президент Дагестана Магомедсалам Магомедов, напротив, заявил, что, кроме вложений непосредственно в «Анжи», необходимо построить (и это будет сделано в республике) еще сотню футбольных полей и семь детских академий. Но оба — и президент, и мэр — в один голос утверждали, что решение проблем с безопасностью лежит прежде всего на органах внутренних дел. А сама проблема — в банерах, которые привозят московские и питерские фанаты и которые надо «взять и отменить». И тогда всё решится само собой. И Жиркова зря освистывают в Москве...

Вот тут-то и завязалась дискуссия (если говорить протокольным языком). А говоря попроще — заруба была нешуточная.

Что касается банеров и проблем, которые они вызывают, то на это, как я понял, ссылаются как раз сами представители органов внутренних дел: дескать, зачем их вешают?А вот то, что эти самые банеры сначала разрешаются милицией к проносу и развесу, а потом внезапно эта же милиция решает их срывать, вызывая беспорядки, — об этом президенту и мэру почему-то не докладывали. Как не докладывали и о том, что в итоге стало с делом о стрельбе по автобусу со спартаковскими болельщиками — довели его до суда или оно растворилось в недрах МВД?

Спорили долго. В итоге первые лица Дагестана дали слово разобраться с этим делом и довести его до логического завершения. Также было обещано уже на следующем матче московской команды обеспечить безопасность приезжающих болельщиков на высшем уровне. Что ж, посмотрим, у меня нет причин не верить на слово этим уважаемым мужчинам...

Другое впечатление от поездки, одни из самых ярких воспоминаний — это общение с простыми дагестанцами. Их взгляд на проблемы радикально отличается, но в то же время зеркально похож на московский взгляд на дагестанцев.

И в Дербенте, и в Кизляре, и в Хасавюрте, и в Махачкале красной нитью в беседах проходили две темы: в Москве нас не любят и притесняют, не дают учиться и не принимают на работу только потому, что мы из Дагестана. Иногда даже считают, что мы вообще жители другой страны, иностранцы, хотя мы такие же граждане Российской Федерации, как и москвичи, петербуржцы, самарцы и ставропольцы. А жизнь Дагестана показывают по телевизору и освещают в прессе и в Интернете однобоко — только когда у нас происходит взрыв или обстрел милиционеров. О других новостях федеральные СМИ не сообщают...

Говорили об этом все. Мы же рассказывали местным студентам и общественникам, что кроме взрывов и автоматной стрельбы по телевизору простые москвичи видят Дагестан каждый день на улицах своего города: хамоватых таксистов на разбитых тонированных «Жигулях»; спортсменов-борцов в форме с вензелями одной известной фирмы — олимпийского поставщика; либо небритых пацанов на корточках у станций метро; либо мальчишек в лакированных туфлях, танцующих лезгинку в «Атриуме» и на Манежной площади. Я уж не говорю про небритых парней на дорогих иномарках с травматами в руках, готовых ринуться в бой на каждого непонравившегося им на дороге. И любой из этих образов отнюдь не положительный.

Что мы знаем о дагестанских врачах, инженерах, писателях и поэтах? Кто и когда в последний раз читал Расула Гамзатова?..

Но это всё речи в кабинетах и за «круглыми столами». Как же живет сейчас Дагестан? Каково его обычное, нетелевизионное бытие?

Для меня Дагестан — это, перефразируя героя любимого фильма, «республика контрастов». В Дербенте муфтий и батюшка с раввином по праздникам ходят друг к другу в гости... В горах после спортивных состязаний соседние села иногда идут стенка на стенку...

Я спокойно прогулялся ночью по городу — от гостиницы до Русского драматического театра. Посмотрел на памятник русской интеллигенции, посидел в кофейне, посмотрел на стадион, съездил на двадцатилетие команды КВН «Махачкалинские бродяги», поговорил с друзьями и знакомыми...

Это мирный город. Это хорошие, добрые люди. Они не хотят быть толпой, управляемой религиозными фанатиками и «лесными братьями», которые являются просто-напросто бандитами и рэкетирами, подбрасывающими записки с угрозами мелким предпринимателям и обкладывающими данью обычных водителей и торговцев.

В Хасавюрте — в городе людей со сломанными ушами — каждый мальчишка мечтает стать борцом и выиграть для России золотую олимпийскую медаль. В Кизляре — последнем русском форпосте в Дагестане — люди хотят жить в мире. А в Махачкале за время нашей поездки произошло два взрыва и одна контртеррористическая операция... Оцепили целый квартал, а неподалеку люди продолжали отдыхать в кафе, в кинотеатре. Привыкли. Разве что таксист ругался: эх, снова пробки!

Я прогулялся по ночной набережной Каспия. Вдалеке прозвучали автоматные очереди... Свадьба. Здесь так принято.

Вывод из этой необычной поездки у меня сложился такой: нам надо чаще встречаться и общаться. И не пенять друг на друга, а, напротив, друг друга уважать.

А свист на стадионе — это по большому-то счету ерунда. От него еще никто и нигде не умирал. Ни Роналдо, ни Фигу, ни Быстров. Ничего не случится и с Жирковым. Пусть играет.




Партнеры