Сотрудники ФСБ на суде рассказали, как они "разрабатывали" главу Росалкоголя

В деле о вымогательстве оперативником Федеральной службы безопасности 800 тысяч долларов у высокопоставленного чиновника выступили контрразведчики

24 марта 2016 в 20:59, просмотров: 6366

Московский гарнизонный военный суд начал слушания по существу уголовного дела в отношении бывшего оперативника ФСБ России Игоря Коробицина, который занимался выявлением преступлений в сфере алкогольной промышленности, но оказался на скамье подсудимых по обвинению в вымогательстве у главы РАР 800 тысяч долларов.

Первыми были допрошены начальники оперативника. В скором времени суд планирует допросить потерпевшего, которым является руководитель Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка (РАР) Игорь Чуян, занимающий эту должность с начала 2009 года.

Сотрудники ФСБ на суде рассказали, как они
фото: Наталия Губернаторова

Прямой начальник Коробицина – руководитель 7 отдела Управления «П» ФСБ России полковник Константин Вильховченко – дал подчиненному положительную характеристику: «Он хороший оперативник, цепкий, хваткий, добросовестный офицер, дорожит честью офицера, обязанности выполнял добросовестно, инициативно. Те просчеты, которые у него были, они рабочие, касались в основном сроков исполнения тех или иных документов. Как недостаток, могу отметить, что документы аналитического характера, обобщенного, у него получались не всегда с первого раза, поэтому приходилось дорабатывать. Хороший семьянин, спортсмен».

Полковник пояснил суду, что внешне материальное благосостояние его подчиненного соответствовало уровню заработной платы: «Квартира, купленная в военную ипотеку за пределами города Москвы, на окраине Красногорска, машина не премиум класса – средний бюджетный вариант, дорогих вещей - часы, ноутбуки, телефоны премиум класса – такого ничего не было».

– Какие-то данные имелись у Коробицина о совершении Чуяном противоправных действий в сфере алкоголя? – спросил Вильховченко адвокат.

– Давайте так я отвечу на этот вопрос: у нас имелись данные, что в сфере деятельности Росалкогольрегулирования существуют многочисленные нарушения, которые вызваны в первую очередь коррупционными рисками со стороны должностных лиц ведомства, территориальных его управлений, так и коррупционные устремлений со стороны коммерческих организаций. Все эти материалы документировались, докладывались в инстанции, в том числе для устранения причин и условий, способствующих данным вещам. Называть какие-либо фамилии я в открытом судебном заседании не готов, - пояснил офицер.

– Но работу такую Коробицин проводил?

– В рамках компетенции ФСБ – безусловно.

– Скажите, у Игоря Петровича Чуяна имелись основания для того, чтобы желать устранения Коробицина от работы?

– Я не могу оценивать реакцию иных лиц и их мотивацию. В определенной мере наша деятельность создавала трудности в реализации тех или иных коррупционных проявлений со стороны недобросовестных должностных лиц РАР – это да.

– Имелись ли у Коробицина основания обсуждать с Чуяном и выяснять вопросы относительно незаконных схем выдачи акцизных марок?

– Если мы проводим ОРМ, то одной из тем, которые мы бы обсуждали, был вопрос выяснения отношения руководителя ведомства к известным нам противоправным схемам вывода акцизных марок в незаконный оборот. На тот момент мы выявляли факты незаконной выдачи акцизных марок.

При этом, полковник отметил, что те материалы по нарушениям, которые на тот момент наработал Игорь Коробицин, были реализованы «путем информирования инстанций», в частности, по его словам был проинформирован председатель Правительства, а по одному из эпизодов и президент.

– До февраля 2015-го, до задержания Коробицина, имелись ли в вашем подразделении какие-либо данные, что Чуян или иные должностные лица планируют какие-то мероприятия, связанные с дачей взятки или дискредитации сотрудников ФСБ? – продолжил адвокат.

– Незадолго до ухода Коробицина в отпуск (именно в момент отпуска оперативник встретился с главой РАР – прим. автора), от него последовал доклад, что на одной из встреч с лицом, которое близко вращается в сфере алкогольной отрасли, поступило предложение о передаче ему и иным лицам Службы экономической безопасности ФСБ денежных средств за покровительство неназванной группу товарищей, - ответил Вильховченко.

По данным адвоката Андрея Гривцова, имя лица о котором идет речь – это бывший сотрудник МВД Александр Шаркевич. Чуян в пояснил, что с Шаркевичем он действительно знаком, и даже тот «проводил лекции» в аудитории для сотрудников алкогольного ведомства, однако его представителем тот не является.

Начальник Управления «П» полковник Алексей Соколов назвал Чуяна в суде «одиозной фигурой», а Коробицина «одним из лучших оперативных сотрудников подразделения».

– Известно ли Вам о каком-либо недовольстве со стороны сотрудников РАР, может быть даже Чуяна, деятельностью Коробицина, связанной с выявлением им противоправных действий, о желании отстранить его или иных сотрудников, дискредитировать их? – обратился к нему Гривцов.

– По данному случаю я не могу сказать, но по своему опыту знаю: нас очень многие ненавидят и готовы сделать все, чтобы нас это... Конечно же благо, что я еще здесь стою, а так мне давно уже должны были дать по голове, - ответил Соколов.

– Те материалы, которые вел Коробицин, и которые были связаны с противоправной деятельностью на алкогольном рынке, что с ними стало? И пострадала ли Служба в связи с отстранением Коробицина от работы?

– Просадка по службе была колоссальная, потому что сотрудник, который был закреплен [за РАР] был один. Соответственно, та информация, которой владел он на своем объекте, на 80% у него в голове, потому что все описать не возможно, веяния и тенденции различные, людей в этой области задействовано очень много. Когда Игоря Коробицина не стало, работа очень сильно просела, результативность упала на 99%. Вход нового сотрудника в курс занимает примерно 3 года, соответственно, деятельность в данной области парализуется на 2-3 года. Даже если поставить опытного сотрудника с большим стажем, ему понадобится не менее 1 года, чтобы освоиться, познакомиться, войти в курс дела.

Также Соколов отметил, что все собранные Коробициным оперативные материалы были реализованы путем возбуждения уголовных дел. С этим высказыванием не согласился Чуян, присутствовавший на заседании. «Я не знаю, какие материалы были отправлены, поскольку Коробицин занимался [оперативной работой] с 2009 года, и с этого момента до момента [нашей] встречи ни одного дела по РАР не было», – заявил он.

– Уголовных дел сотни. Служба по регулированию алкоголя тут не причем. У нас есть поле для деятельности: нелегальные заводы, подпольное [производство] и т.д., - пояснил полковник.

Другой (тоже уже бывший) начальник обвиняемого отметил, что сейчас подразделение ФСБ, в котором работал Коробицин, уже оперативно не обеспечивает алкогольную промышленость и рынок, поэтому все наработанные материалы переданы в другое подразделение.

Коробицин и бывший сотрудник ФСБ Максим Цуканов были задержаны в феврале прошлого года: первого почти сразу после встречи с главой РАР попросили явиться в УСБ, а второго сразу после получения денег от сотрудника правового отдела алкогольного ведомства. По данным следствия, оба подсудимых пытались убедить Чуяна, что избежать конфликтных ситуаций с правоохранительными органами и прекратить появление в СМИ критической информации о нем и его ведомстве можно только путем передачи им 800 тысяч долларов.



Партнеры