Хроника событий СМИ узнали, почему «арестованы» €15 млн залога Украины за «Евровидение» Оргкомитет Евровидения-2017 задолжал партнерам около $5,5 млн Вероника Устимова не поехала на «Детское Евровидение» Вероника Устимова заняла второе место в отборе «Детского Евровидения» На Украине назвали сумму затрат на "Евровидение"

Юлия Самойлова о "Евровидении" : "Меня подкосила операция, но я смогу!"

Российская участница конкурса в Киеве рассказала о своей борьбе и победе среди всех кандидатов

13 марта 2017 в 02:33, просмотров: 165786

Хорошо, что Рената Литвинова и Владимир Познер не сидели в жюри нацотбора на «Евровидение», и хорошо, видимо, что и в этот раз никакого нацотбора, как в других странах, не было. А то бы — очередной скандал, очередные извинения... А так — просто объявили: на «Евровидение» в этом году едет Юлия Самойлова. Сразу после этого известия Юлия дала интервью «МК».

Юлия Самойлова о
фото: youtube.com

Крикливые таблоиды сели в лужу со своими псевдоутечками. Впрочем, и утечек, насколько известно «МК», не было — «примитивные враки ради рейтингов», как выразился в частном разговоре с нами один из потенциальных источников таких возможных утечек. В общем, фейковыми новостями балуются не только американские газетки и не только о дедуле Трампе. Объявление имени любого европосланника в последний не то что день, а час перед понедельником, 13 марта, когда бы уже поздно было пить боржоми на совещании глав делегаций стран-участниц конкурса в Киеве, вызвало бы, конечно, бурю комментариев, как оно и произошло уже в интернет-пространстве и в масс-медиа. К тому же не знали вообще, чего ждать. На горизонте маячила и более драматическая развязка: были подозрения, что вместо евроделегата Россия в последнюю минуту объявит о бойкоте киевского «Евровидения», где, по утверждению возбужденных депутатов, нашего посланника непременно ждут «шельмование, издевательства и оплевывания».

В итоге в половину одиннадцатого вечера по ТВ объявили, что на «Евровидение-2017» в Киев поедет от России Юлия Самойлова с песней Flame Is Burning («Пламя обжигает»). Чертик из табакерки! Это имя не приходило в голову никому! Более того, как теперь выясняется, девушка проходила глубоко законспирированную подготовку к поездке в Киев, как разведчица из популярного телесериала — для заброски на вражескую территорию, аж с осени, и об этом не знало, похоже, даже ЦРУ.

Девочка в инвалидном кресле, трогательно поющая щемящую песенку. Источники загодя предупредили: «Это не совсем то, чего ты ждешь, но это и не совсем обычное «Евровидение». А чего я ждал? Да чего угодно! Кроме Кобзона, конечно. Не ошибся, стало быть.

«Не совсем обычное «Евровидение» — фраза гораздо более интересная для анализа. На что намек? Не хотелось бы думать, что «Евровидение» в Киеве таким образом обозвали параконкурсом — тогда это грубоватая шутка. Или расчет на то, что «шельмование, издевательства и оплевывания», которые мерещатся здесь на каждом углу, разобьются о скалу сострадания и чтимой в Европе политкорректности? То есть то, что Владимир Владимирович (Познер) и назвал «запрещенным приемом».

Так, кстати, и отреагировало большинство в соцсетях. Раздались вопли: «Какой цинизм — прикрываться такой милой девушкой на (инвалидной) коляске! Ждали ведь «бомбу» и суперпесню!»

Но ведь кто только и чем только не «прикрывался» на «Евровидении», давя кто на что: на жалость, политкорректность, скандальность и т.д. Мужчина с бородой, но в женском платье, трансвестит со звездой и просто трансвеститы в цыганских юбках, люди-индюки и, кстати, инвалиды тоже. В Вене в 2015 г. Моника Кушиньска тоже представляла Польшу на инвалидной коляске, будучи частично парализованной после автомобильной аварии. Тогда это было названо «мощным посланием певицы — построить мосты к толерантности во имя любви».

Артистку, правда, выбирали на открытом конкурсе всей страной, но даже такое «мощное послание» принесло ей всего 10 баллов в финале и 23-е место. Публика не впечатлилась, а даже наоборот — так же, как сейчас с Юлией, занудствовала по поводу «спекуляции на запрещенных приемах»…

Не дождались суперпесни? Пардон, среди авторов «Обжигающего огня» значится Леонид Гуткин, соавтор очень успешных европесен для Дины Гариповой (What If) и Полины Гагариной (Million Voices), давно погрузившийся в недра отлаженного шведского поп-конвейера, снабжающего чуть ли не пол-«Евровидения» шлягерным материалом. Там песни сочиняют по научным формулам и правилам, и, прослушав несколько раз Flame Is Burning, можно заметить, как Леонид и его соавторы — Нэтта Нимроди и Арье Бурштейн — мастерски спекулируют на болевых точках массового восприятия музыкального продукта, что уже принесло свои плоды с прошлыми проектами.

В любом случае — выбор России оказался не банальным и будет теперь объектом самых бурных дискуссий и ярого столкновения мнений. Не успев появиться, песня заняла уже 8-е место в ставках букмекеров, пропуская пока вперед участников из Румынии, Армении, Австралии, Португалии, Бельгии, Швеции и Италии, которая претендует на победу с «сан-ремовской» песней Occidentali's Karma в исполнении Франческо Габбани.

Тем временем 28-летняя Юлия Самойлова, известная нам по участию в пугачевском «Факторе А», где из рук самой Примадонны она получила именную награду «Золотая звезда Аллы», и исполнением песни «Вместе» на торжественной церемонии открытия Зимних Паралимпийских игр-2014 в Сочи, рассказала «МК» о тайнах своей подготовки к «Евровидению» и ожиданиях от конкурса.

— Юля, хочу вас поздравить с будущей поездкой на «Евровидение»! Это, конечно, смелый шаг — и со стороны организаторов, и с вашей стороны. Как вы лично пришли к такому решению?

— Безусловно, это очень ответственный шаг. Но, знаете, я реально с самого детства мечтала выступить на «Евровидении», представить Россию. Еще когда я была совсем маленькая и смотрела Алсу (на конкурсе в Стокгольме в 2000 г. — Ред.), пыталась копировать ее движения, пение, кривлялась с феном, который изображал микрофон (смеется. — Ред.), представляла себя на большой сцене. В принципе меня и родители вели к этому. Я росла, и постепенно, конкурс за конкурсом, этап за этапом, все подошло к тому, что это время настало, и я буду представлять Россию на «Евровидении»! Это для меня большая честь и очень волнительно.

— А когда вы поняли, или вам сказали, что «это время настало»?

— В принципе, с 2014 года, когда я выступила на Паралимпиаде и меня наконец-таки заметили, мне уже говорили: имей в виду, ты будешь одним из кандидатов (на «Евровидение»), когда именно, мы не знаем, но готовься. Я и готовилась все это время!

— Но конкретно сейчас — когда вы начали подготовку, запись песни и т.д.?

— В принципе, мы начали готовиться давно. Но меня подкосила операция осенью, и я очень много времени потеряла. Было под вопросом, смогу ли я вообще участвовать в конкурсе. Я делала все, чтобы как можно быстрее и успешно пройти реабилитацию, потому что сама очень хотела, и как только пошла на поправку — уверенно сказала, что смогу. На меня, конечно, смотрели с подозрением: мол, точно ли смогу? Но своим трудом я показала, что я достаточно усидчивая, настойчивая, и на меня положились, мне поверили, и опять все стало хорошо. Мы работаем!

— Как вам песня? Вы, конечно, и сами сочиняете, но такое важное евродело доверили, конечно, авторам более опытным…

— Мне эта песня нравится. Она мне очень органична, в какой-то степени про меня. Даже не в какой-то, а просто про меня. Как только мне ее показали, я сразу сказала, что мне нравится. Сомнений не было, что это не мое. И во время записи все было очень легко. Единственная сложность у меня — это английский язык. С этим у меня, конечно, большая беда.

— Не расстраивайтесь. У вас вышел очень милый акцент, та же Аманда Лир пела на английском еще с тем говорком. Думаю, вам за это переживать не стоит…

— Ну, меня еще поддерживают педагоги по вокалу и учитель по английскому. Мы сейчас очень напряженно занимаемся и справляемся потихонечку с этой задачей. Еще два месяца впереди, и я уверена, что у меня все будет хорошо. Можно сказать, что репетиционный период идет уже достаточно давно — насколько это было возможно после операции. Я принимала участие и в записи, и в занятиях с педагогами. Но сейчас мне уже значительно лучше, и мы начали заниматься всем еще активнее.

— Надо отдать должное партизанскому молчанию и штирлицевской конспирации всей команды, включая вас! Оказывается, с осени вы занималась этим проектом, пока все гадали: Панайотов? Антонюк? Темникова?.. А вы, наверное, читали и хохотали, да?

— Я ко всему хорошо отношусь. В принципе, мне было без разницы, что происходит. Я знала, как будет. Кто-то запускал какие-то слухи… Мне было странно.

— А вы отсматриваете своих будущих соперников по конкурсу из 42 стран Европы?

— Совсем немножко я пока посмотрела. Мне не то что безразлично это, но здесь так же, как и когда я ехала на «Фактор А», для меня главным было знать себя, сконцентрироваться на своих силах и на своем таланте, который я должна показать и выложиться на сто процентов. И самое главное — достойно выступить.

— А из прошлых участников «Евровидения» кто вас впечатлил, кроме, конечно, Алсу, с которой у вас все и началось?

— Мне очень понравилась Полина Гагарина. Она была великолепна!

— Юля, а с какой амбицией вы едете в Киев? Есть два расхожих мотива: «только победа» и «главное — не победа, а участие»…

— Во-первых, я еду представлять и поддержать нашу страну. Для меня это главный мотив. Главная задача — достойно выступить, и для этого я усердно занимаюсь. Хочу хорошо спеть хорошую песню. Я уже счастлива. А что там будет дальше, я сейчас не хочу загадывать.

— Пока вы тайно готовились, здесь вовсю бушевали страсти и о возможном российском бойкоте нынешнего конкурса в Киеве. Вы готовы к тому, что обстановка вокруг делегации России и вас как ее главного лица, возможно, будет не самая благостная?

— Там будет много стран, мы все соберемся ради праздника песни в одном месте. Все мы артисты, живем музыкой, творчеством, и в этом смысле очень хорошо понимаем друг друга. Можно сказать, что разговариваем на одном языке — языке музыки и песни. Думаю, все будет замечательно и хорошо. Не знаю, но мне кажется, что и меня воспримут хорошо.

— Будет ли какой-то особый номер, сложнопостановочный, как принято с некоторых пор на «Евровидении»? Или вы сделаете упор только на пение?

— Честно говоря, я пока еще не знаю, что будет в этом смысле. Мы пока занимались только песней. Но однозначно, что на сцене будет показана история любви, которой, собственно, и посвящена эта песня.

— Какая у вас сверхзадача в творчестве? Конкурсы ведь приходят и уходят, а петь вы, как я понимаю, собираетесь всерьез и надолго?

— Да, самой моей большой мечтой, как я уже сказала, было спеть на «Евровидении». Сейчас эта мечта осуществляется, и, безусловно, это не предел. Конечно, я хочу петь на сцене, жить на сцене — до самого последнего вздоха. И чтобы это никогда не надоедало, а было только в радость.

— Это прекрасная мечта! Желаю ей осуществиться, а также успешного выступления на «Евровидении-2017» в Киеве!

Евровидение-2017. Хроника событий


    Партнеры