Это сладкое слово “отдай”

В России мало иметь успешный бизнес — нужно постоянно помнить о том, что он может кому-то приглянуться

13 мая 2005 в 00:00, просмотров: 2786

В декабре 2003 года генеральный директор ООО НПО “Авиатехнология” Павел Ханчин получил из Московского городского суда уведомление о том, что руководимое им предприятие исключено из государственного реестра. Изумление Ханчина можно сравнить с ощущением человека, который утром пришел на работу, а завод, на котором он трудился, за ночь исчез.

Натурально, стали выяснять, в чем дело. Оказалось, что главный бухгалтер, которому была поручена перерегистрация предприятия, почему-то ничего делать для этого не стал. И налоговая инспекция обратилась в суд с иском о прекращении деятельности предприятия.

Ханчин опять ничего не понял и обратился в кассационную инстанцию арбитражного суда Московского округа с иском об отмене странного решения. Его отменили, но выяснилось, что 99% акций дочернего предприятия ООО — ЗАО НПО “Авиатехнология” — принадлежит, оказывается, главному бухгалтеру всех этих организаций Лидии Ивановне Аристовой. Она-то и отвечала за перерегистрацию. Выяснилось, что существует договор купли-продажи от 17 декабря 2002 года, согласно которому Павел Ханчин лично продал Лидии Аристовой 281973 акции предприятия за уютную сумму — чуть меньше 10 тысяч долларов.

При этом Лидия Ивановна тогда же, то есть в декабре 2002 года, направила в Федеральную налоговую службу от своего имени уведомление о том, что стоимость чистых активов приобретенного ею предприятия составляет 627 миллионов рублей, то есть, соответственно, около 20 миллионов долларов. Путем несложного подсчета нетрудно установить, что эта трудолюбивая женщина приобрела огромное предприятие за 0,04% его стоимости. И целый год никто об этом не знал. Почему? Потому что Лидия Ивановна Аристова, будучи главным бухгалтером ООО НПО “Авиатехнология” и двух его дочерних предприятий, пользовалась абсолютным доверием создателя группы предприятий “Авиатехнология” Сергея Мулина.

* * *

Я понимаю, что прерывать детектив на самом интересном месте нехорошо, но для того, чтобы переплетение сюжетных линий этого детектива стало понятно, необходимо сделать отступление.

Жил-был Сергей Мулин. Родился он в Москве у интеллигентных родителей, окончил Московский металлургический институт, после чего пришел на работу в ВИАМ. Тогда же он познакомился с Павлом Ханчиным — двум научным сотрудникам всегда найдется о чем поговорить.

В начале 90-х годов все вокруг стало разваливаться. Экономический спад начала девяностых годов особенно болезненно затронул высокотехнологичные отрасли, в том числе авиационное моторостроение, производство специальных сплавов. Сложилось катастрофическое положение с обеспечением моторостроительных заводов полуфабрикатами из жаропрочных сплавов и специальных никелесодержащих сталей.

Мулин и Ханчин осознавали, что на развалинах необходимо создавать что-то новое. И они сумели найти достойное применение прекрасному образованию и собственным мозгам. Так родилось научно-производственное объединение “Авиатехнология”, одним из первых проектов которого стала разработка новой, революционной системы поставок необходимых материалов. Она отличалась необыкновенной, непривычной гибкостью: взаиморасчеты могли осуществляться не только деньгами, которых тогда ни у кого не было, но и разнообразными зачетными ресурсами. При этом появилась возможность всегда иметь в запасе все нужные материалы для того, чтобы приспособить систему обеспечения к новому ритму работы. В СССР этим занимался целый главк.

Таким образом, НПО “Авиатехнология” стало поставщиком комплектующих для газовых турбин, необходимых моторостроительным предприятиям бывшего СССР. Ведь те, в свою очередь, кроме традиционного производства авиационных двигателей выполняют заказы на газоперекачивающие и энергетические установки. Новая система работы привела к тому, что сегодня обеспечение моторостроительных предприятий специальными полуфабрикатами составляет почти 90% от потребностей в этих видах продукции. Точнее — составляло до 2001 года.

В 1997 году НПО “Авиатехнология” приняло на себя управление двумя крупнейшими отечественными предприятиями: Кулебакским металлургическим заводом и Ступинским металлургическим комбинатом. За несколько лет практически удалось справиться с задолженностями былых времен, погасили все долги по зарплатам (а текущая — выше среднего значения в отрасли), стабилизировалось производство и увеличилась реальная загрузка предприятий. К началу нового века себестоимость производства жаропрочных сплавов на Ступинском металлургическом комбинате в среднем стала на 10—15% ниже, чем на других российских заводах.

И еще: через дорогу от Ступинского комбината, на месте заброшенной автобазы, практически с четырех колышков был построен современный завод по производству авиационных топливозаправщиков. Это единственное предприятие, построенное в Московской области без иностранных инвестиций. Оно выпускает топливозаправочную аппаратуру на самом современном мировом уровне.

Бесперебойная высококачественная работа предприятий НПО “Авиатехнология” была детищем Сергея Мулина. Это была редкая и красивая победа.

* * *

Авиационная отрасль — удел интеллектуалов. Тут все просто: по блату ведь ни крылья изобрести, ни взлететь нельзя. Это очень узкий круг специалистов, нечто вроде закрытого элитного клуба, где все друг друга знают, а главное — хорошо знают друг другу цену. И Сергей Мулин занял в этом сообществе свое, очень достойное место. Он пользовался у специалистов не только авторитетом, но и доверием. На языке математики скажем: доверие предполагает авторитет, а вот обратное неверно.

И вот, находясь на взлете и по праву пожиная плоды заслуженных побед, Мулин совершил ошибку. Сейчас уже можно сказать: роковую. Увлекшись творческим процессом, его красотой и неординарностью, он недоглядел, подбирая команду. С талантливыми людьми такое случается: они смотрят туда, куда не каждому дано заглянуть, поэтому на земле им видно не все.

И чем успешней становилась его работа, тем более аппетитный запах распространялся вокруг возрожденных им металлургических комбинатов. Работают, развиваются, не имеют серьезных конкурентов... Мулин, будучи признанным специалистом в области авиационных сплавов, просто обязан был разбираться в более простых вещах. Например, в том, что рядом должны находиться только проверенные люди. Есть защита от дурака, а есть защита от подлеца. С первой он справился, а про вторую просто забыл.

* * *

Итак, неожиданно выяснилось, что главный бухгалтер группы предприятий “Авиатехнология” объявила себя их собственником. Но это был всего лишь первый аккорд богато оркестрованной музыкальной пьесы с кондитерским названием “Ну-ка, отними!”.

Примерно в это же время, то есть в декабре 2003 года, генеральный директор ЗАО НПО “Авиатехнология” — дочернего предприятия известной нам фирмы — Г.В.Мулин (родной брат Сергея Мулина, также специалист в области металлургии специальных сплавов для авиационных двигателей) получил письмо от генерального директора Кулебакского металлургического завода Николая Рябыкина: там говорилось, что он не только директор завода, но и — акционер и даже генеральный директор ЗАО НПО “Авиатехнология”. И у него есть документы, подтверждающие его права.

Геннадий Мулин изумился, поскольку акционерами ЗАО НПО “Авиатехнология” были три юридических лица и ни одного физического. Подняли документы, и обнаружилось, что в течение 2003 года в налоговые инспекции поступили разные интересные документы, под которыми стояли поддельные подписи должностных лиц, в том числе и самого Геннадия Мулина. А вот все печати были подлинными. А печати всегда хранились у главного бухгалтера Аристовой.

Два слова о Николае Рябыкине. Бывший инженер заводоуправления из города Верхняя Салда, мановением дружественной руки Сергея Мулина переведенный в столицу, сделал стремительную карьеру от старшего мастера на Ступинском металлургическом комбинате до генерального директора Кулебакского металлургического завода, причем его кандидатура на пост генерального директора была предложена именно Сергеем Мулиным. Для господина Рябыкина был приобретен замечательный дом...

По всему выходило, что Лидия Ивановна Аристова захотела стать хозяйкой ЗАО НПО “Авиатехнология”, а Николай Рябыкин вызвался ей помочь. Надо же было как-то отблагодарить Сергея Мулина за все, что он для Рябыкина сделал.

* * *

6 января 2004 года обыватель города Ставрополя С.Д.Восковский обратился в арбитражный суд Ставропольского края с иском о признании права собственности на имущество ЗАО НПО “Авиатехнология”, поскольку он является владельцем нескольких акций этого ЗАО. Чтобы вы поняли прелестное простодушие этого поступка, напомню, что, к примеру, у ОАО “Газпром” — несколько десятков тысяч акционеров, и вот один из них заявил бы о своих правах на весь “Газпром”...

Объяснялось все, как всегда, просто: узнав о проделках главного бухгалтера, ей запретили появляться на территории офиса на Волочаевской улице в Москве, началось служебное расследование. А Лидии Ивановне, должно быть, уже не терпелось потрогать руками имущество “Авиатехнологии”. И господин Восковский, по-видимому, использовался ею как отмычка. И судья Р.Тузова, не вызвав ни одного свидетеля, обязывает Г.Мулина передать право управления ЗАО НПО Н.М.Рябыкину.

Через неделю Геннадий Мулин обратился с заявлением в тот же суд, и на следующий день, то есть 13 января, судья Р.Тузова отменила собственное решение, причем в энергичных выражениях критикуя того, кто его принял, то есть саму себя. Простенько, но не без затей. Однако на следующий день после отмены этого решения происходит следующее: силами неизвестных джентльменов с шевронами ОМОН на рукаве в офисе на Волочаевской выбили дверь, вывели на улицу сотрудников офиса, а охрану уложили в офисе лицом в пол. В образовавшуюся дыру проникли два судебных пристава и предъявили решение Ставропольского суда от 6 января. Им показали решение от 13 января, приставы извинились, составили акт и ушли, а джентльмены оставались в офисе до того времени, как на смену им явился ЧОП “Родон” (нанятый господином Рябыкиным), который провел в офисе сутки. Потом, разобравшись, ушли и они.

Что бы вы думали? Через несколько дней в Московскую городскую военную прокуратуру поступает заявление о том, что ЧОП “Родон” было выдворено из офиса на Волочаевской вооруженным подразделением внутренних войск под руководством бывшего заместителя главкома внутренних войск России (перечитайте это предложение еще раз, а то подумаете, что вам показалось). Заявление проверили. Выяснилось, что оно не соответствует действительности, по этому факту возбудили уголовное дело и поручили расследование прокуратуре ЮВАО г. Москвы.

И вот что выяснилось: ряд показаний, на которые ссылались заявители, оказался ложным. Более того, отдельные свидетели прямо сказали, что эти показания они дали с легкой руки Андрея Николаевича Хованова.

Андрей Хованов — бизнесмен, скандально зарекомендовавший себя в строительстве ММДЦ “Москва—Сити”, строительстве крытого аквапарка на Аминьевском шоссе, реконструкции дворца спорта “Крылья Советов”. Будучи заместителем генерального директора компании “Технология моторов”, проявлял страстный интерес к Ступинскому металлургическому комбинату. Так вот, в результате расследования истории с нападением на офис на Волочаевской, Хованов был взят под стражу. И с ним приключилась смешная история. За два дня до истечения срока пребывания под стражей, определенного судом, он почему-то был этим судом освобожден. Прокуратура, натурально, тотчас обжаловала это удивительное решение, и Хованова снова должны были арестовать — не тут-то было: выйдя из суда, Андрей Николаевич, не заходя домой, исчез. С тех пор прошло уже почти полгода.

* * *

Но вернемся к главному бухгалтеру группы предприятий “Авиатехнология” Лидии Ивановне Аристовой.

Кто эта затейница?

Сергей Мулин познакомился с ней по рекомендации друзей, в 1992 году она стала главным бухгалтером его фирмы и пользовалась его полным доверием. В конце концов к моменту, с которого начался этот рассказ, она вела всю документацию, у нее были все печати. Член команды, почти родственник.

Лидия Аристова приехала в Москву из Ставрополя. Сергей Мулин сделал для своего главного бухгалтера все: помимо очень высокого оклада и битком набитого социального пакета Аристова была обеспечена служебным джипом с водителем и устроила на работу в “Авиатехнологию” свою дочь, зятя, родную сестру и мужа сестры. Но что же могло вынудить Аристову поставить на карту такое благополучие?

* * *

К этому же времени ЗАО НПО “Авиатехнология” являлось владельцем блокирующего пакета акций Ступинской металлургической компании и контрольного — Кулебакского металлургического завода, ведущих российских предприятий в области авиационного моторостроения, известных во всем мире. И нашлись люди, которые захотели завладеть ими.

Для осуществления этой цели прежде всего нужно было вывести из игры Сергея Мулина. Как известно, лучшее средство от недогадливости — уголовное дело; и Сергей Мулин был обвинен в хищении товарного кредита, выданного Российским агентством по государственным резервам. На трезвую голову понять это не представляется возможным: ведь кредит был погашен полностью, и только в виде процентов за его использование государство получило более 12 миллионов долларов. Причем имеется письмо Росрезерва №МП-5188/3 о том, что претензий по возвращению кредита нет. Однако уголовное дело на тему невозвращения кредита было возбуждено, причем в июне 2001 года, то есть за полгода до срока возвращения кредита, из чего прямо следует, что думаем одно, говорим другое, а делаем третье. Мулин был объявлен в федеральный розыск. И, понимая, что главная цель — его устранение, Сергей Мулин вынужден был покинуть страну.

Вторым шагом было получение пакета акций, принадлежащих ЗАО НПО “Авиатехнология” — тут уж было рукой подать до завладения Кулебакским и Ступинским заводами. И вот Николай Михайлович Рябыкин заявляет о том, что он не только генеральный директор Кулебакского завода, но и генеральный директор ЗАО НПО “Авиатехнология”. Замысел богатый, спору нет. А вот осуществить его можно было лишь с помощью сфальсифицированных документов. Кто их сфальсифицировал? Понятия не имею. Знаю только, что Лидия Ивановна обращается в арбитражный суд Московской области с иском о признании ее собственником купленных ею акций, а стало быть, и собственником двух металлургических заводов. Честное слово, в детстве Лидии Ивановне не довелось познакомиться со “Сказкой о рыбаке и рыбке”. А какая чудесная сказка, и как здорово там написано про разбитое корыто...

Руководство ЗАО НПО “Авиатехнология” обратилось в прокуратуру ЦАО с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту мошенничества. Дело возбудили 27 января 2004 года. И поначалу Аристовой не только предъявили обвинение в покушении на мошенничество — она была задержана. Но через два дня ее отпустили, а дело мало-помалу стало хиреть. Спустя 11 месяцев оно было прекращено производством “за невозможностью доказать вину подозреваемой”.

Читать постановление следователя следственной части СУ при УВД ЦАО Е.В.Белова о прекращении уголовного дела в отношении Аристовой Л.И. можно, лишь держа наготове большой носовой платок, ибо прошибает слеза. Выяснилось, например, что в деле мирно сосуществуют два договора купли-продажи одних и тех же акций от одного и того же числа (17 декабря 2002 года) и за одним номером — но разного содержания. А генерального директора ООО НПО Павла Ханчина никто почему-то не спросил: как же это вышло и что означает? А еще выяснилось, что следователь даже не взял на себя труд допросить всех свидетелей по делу.

Двумя почерковедческими экспертизами установлено, что все подписи должностных лиц на главных документах, предъявленных Аристовой, кем-то подделаны.

Впечатляющее количество свидетелей опровергло показания Аристовой о покупке ею акций. Но дело даже не в этом: Лидия Ивановна утверждает, что приобрела 281973 акции первого выпуска — а выпущено их было лишь сто штук.

Аристова утверждает, что передача этих акций была согласована в конце 2002 года на встрече с Сергеем Мулиным в Германии, забывая о том, что встреча, на которую она постоянно ссылается, произошла после того, как был подделан договор купли-продажи акций. Проделки с документами — давнее увлечение Лидии Ивановны. Теперь вряд ли можно установить, например, когда и кем были подделаны записи в ее трудовой книжке. Да и история с получением ею высшего образования затянута дымкой неопределенности. Кстати, Аристова является учредителем попечительского совета Академии народного хозяйства им. Плеханова. Говорят, что называется он ООО “Попечительский совет академии”. Если так — удивительно, что она до сих пор не учредила ООО “Попечительский совет Минфина РФ”...

* * *

О шутках Аристовой можно рассказывать долго. Но зачем? Есть более интересная тема: 17.02.05 г. прокуратура Москвы отменила решение о прекращении дела в отношении Аристовой, и следствие было возобновлено. Однако оно было передано для доследования тому же следователю Белову, который на удивление быстро подтвердил свое прежнее решение: “Объективно установить причастность Аристовой Л. И. к совершению преступления не представилось возможным.” Дал о себе знать и арбитражный суд: наконец было признано, что предъявленный ею договор купли-продажи акций подделан и владельцем акций она не является. Однако апелляционная инстанция отменила это решение, тем самым признав, что в нашей стране можно все подделать и стать богатым за один день. К счастью, закон позволяет рассчитывать на восстановление справедливости.

А какова судьба уголовного дела Сергея Мулина, обвиняемого в хищении товарного кредита и объявленного в федеральный розыск? Ведь главное следственное управление ГУВД Московской области всего лишь приостановило расследование из-за того, что Мулин в розыске. Он не может вернуться в Россию, так как расследование тотчас возобновится, а рассчитывать на то, что компетентные органы разберутся, пока не приходится. Федеральное агентство по резервам, у которого был получен кредит, во всеуслышание заявило, что кредит полностью погашен и проценты по нему выплачены в полном объеме. В УК РФ черным по белому написано, что хищение — это безвозмездное изъятие чужого имущества. Выходит, что в деле Мулина безвозмездного изъятия нет, а хищение между тем имеется. Это что, новая трактовка УК? Может, проблема вовсе не в кредите? А в чем?

В том, что сегодня в России не существует действующего механизма, который может защитить собственника предприятия от возможного захвата. И Госдума только недавно начала работать над этим перезревшим вопросом. Не так давно, выступая на коллегии МВД, Председатель правительства России М.Фрадков прямо сказал, что участие правоохранительных органов в хозяйственных спорах является главным препятствием в этом вопросе. Уже и добавить нечего. А ужас заключается в том, что, захватив предприятие даже на одни сутки, захватчик успевает наворотить столько дел, подписать столько документов, оформить столько сделок, что потом в этом нужно разбираться много лет. Конечно, это значит, что арбитражные суды никогда не останутся без работы, но ведь нужно еще печь хлеб, делать кирпичи, печатать хорошие книжки — жить нужно, а не ходить по судам, доказывая, что не ты разрушил Карфаген.

В одной только Москве за последние несколько лет захвачено несколько тысяч предприятий — и что же? Что слышали: было ваше, стало наше. Передел собственности с применением кастетов. Лечим профессиональные заболевания тридцать восьмого калибра.

Чиновникам, у которых текут слюни при виде прекрасно работающих предприятий, возразить нечего: у них ведь не только слюни, но и власть, поэтому распоряжаются они. Но ведь нельзя же безнаказанно рубить сук, на котором сидишь, нельзя скручивать головы хохлаткам, несущим золотые яйца, то есть скручивать-то можно, но яиц ждать не стоит...

* * *

Герои “Человеческой комедии” Бальзака оказались бессмертны. Ведь Лидия Ивановна Аристова получила от своего шефа Сергея Мулина гораздо больше того, на что вправе рассчитывать пусть даже и такой ценный работник, как главный бухгалтер группы процветающих предприятий. Мулин не только озолотил ее — он ей доверял. А Николай Рябыкин, который в не столь уж далекие времена пользовался гостеприимством Мулина и жил у него дома? С Андреем Ховановым проще — он, видимо, стреляный воробей и сам об этом знает. А вот Аристова и Рябыкин...

Смешные люди.

Говорят, один из самых известных в российской авиации специалистов, узнав о том, что Н.Рябыкин объявил себя генеральным директором ЗАО НПО “Авиатехнология”, сказал: “Кто он такой? Кто его сюда пустит?” Сюда — это не в соседнюю комнату. Имелось в виду сообщество авиационных специалистов, клуб львов. Кошку нельзя переделать в льва. Можно перекрасить, но ведь быстро полиняет.

Лидия Аристова, несмотря на свои незаурядные финансовые таланты, тоже все предусмотреть не могла. Она, возможно, по сию пору не понимает, что в клуб джентльменов, занимающихся авиационными технологиями, торговцев краденым никогда не примут ни за какие деньги.

* * *

Хочется надеяться, что дело по обвинению С.Мулина в хищении товарного кредита рано или поздно будет прекращено. Но разве можно быть уверенным в том, что автор этой пьесы иссяк? Мулина, как только он выйдет из самолета, приземлившегося на родной земле, могут обвинить в краже крупной партии памперсов, а возможно, и в изнасиловании лошади Пржевальского. Никто не убедил меня и в том, что счетовод Аристова, бывший инженер заводоуправления Рябыкин и новый русский бизнесмен Хованов могли самостоятельно задумать и разыграть такую роскошную пьесу. Вот бы понять, кто написал партитуру и дирижирует оркестром!

У кого искать защиты от мошенников? Ведь Генеральная прокуратура, говорят, стоит на страже закона. Почему же там так и не поняли, что, если не прекратить захваты предприятий, никакие инвесторы к нам никогда не придут? Кому же захочется вкладывать деньги и строить предприятия, если потом может оказаться, что их за 10 рублей давно купила Л.И.Аристова?

И последнее. В Москве скоро будет нечего захватывать. Разве что Мавзолей В.И.Ленина...



Партнеры