Забить и забыть

Спешите делать добрые дела,
Чтоб не хватило времени на злые.
Карина Филиппова

27 октября прошлого года 13-летний Артем Станчук пожаловался на сильную головную боль. Жил он в станице Темиргоевской Курганинского района Краснодарского края. Родители привели ребенка к детскому врачу Темиргоевской участковой больницы. Кроме головной боли у ребенка были тошнота, рвота, вялость, дрожали руки и веки. Он объяснил, что все это началось после того, как его избили одноклассники — Андрей Коломин и Женя Сергеев. Учился Артем в местной школе №22.  

Участковый врач Валентина Владимировна Шишкина направила ребенка в Курганинскую детскую больницу к врачу-неврологу Алексею Купрейчику. Он выслушал Артема, выписал ему таблетки, назначил уколы и отправил лечиться домой. Странно, правда? Узнав о травме, он, видимо, должен был сделать МРТ, КТ (компьютерную томограмму) или хотя бы рентген. Во всяком случае, он не должен был вести себя так, как если бы перед ним оказался капризный ребенок с пустяковой царапиной.  

Однако Купрейчик сказал родителям, что им не о чем беспокоиться, и они вернулись домой. А 2 декабря на уроке географии Артем потерял сознание. Вызвали “скорую помощь”, и Артема доставили в Темиргоевскую больницу и только через полтора часа повезли в Курганинскую детскую больницу. Но она оказалась не готова принять ребенка в таком состоянии: там не было специального оборудования и даже не было каталки. Так что врач “скорой помощи” вынужден был на руках перенести больного, что категорически запрещено при подобных симптомах. В течение полутора часов, пока заполняли бумаги, ребенку сделали какие-то уколы, и у него поднялось давление. Родители умоляли отправить ребенка в Краснодар, потому что там имеется необходимое оборудование. Однако Купрейчик и второй доктор сказали, что за ним нужно недельку понаблюдать, ничего страшного не происходит. Родственники осмелились возразить, что такое тяжелое состояние наверняка обусловлено травмой головы, на что Купрейчик ответил, что у Артема — инсульт.  

Потом Артем пришел в себя, но 3 декабря в пятом часу утра он снова потерял сознание. Лечащий врач Вадим Михайлович Устинов отправил ребенка в Армавирскую больницу, где ему сделали КТ. Потом ребенка снова доставили в Курганинскую ЦРБ. Из краевой Краснодарской детской больницы приезжал нейрохирург Дмитрий Германович Коршунов. После осмотра ребенка и изучения документов он сказал, что у Артема было два кровоизлияния в мозг: одно произошло 2 декабря в школе, а второе — в ночь со 2 на 3 декабря в больнице. А еще он сказал, что ребенок в коме III степени, имеются осложнения в виде вклинения ствола головного мозга и он находится на искусственной вентиляции легких. Операцию делать нельзя и вообще помочь невозможно, если только он сам не выкарабкается. Случай исключительно редкий. А про травму родителям вообще ни слова не сказали.  

Родители Артема обезумели от свалившейся на них беды. Они хотели проконсультироваться с другими врачами, потому что толком никто ничего не объяснил и на самом деле они просто не понимали, как нужно себя вести. Они попросили у врачей копию КТ и выписку из карты, а также назначение врача. Но им ничего не дали, а только сказали, что КТ находится в Краснодаре, а увез ее Коршунов. Позвонили Коршунову. Он успокоил: судя по КТ, черепно-мозговой травмы у ребенка нет. Но снимка родителям так и не дали. Коршунов просто перестал отвечать на их звонки. Наконец родители ребенка, который находился в коме, бросились в краевой департамент здравоохранения и умоляли хотя бы выдать документы: выписку из медицинской карты, где было указано, что у Артема острое нарушение мозгового кровообращения и геморрагический инсульт и расшифровку КТ. С родителями спорили так, как будто речь идет о вступлении в баснословное наследство, но документов не дали. Однако связались с Краснодарской детской больницей, и 5 декабря оттуда приехали заместитель главного врача и реаниматолог Качанов, которые объяснили родителям, что пятая часть мозга ребенка уже отмерла и шансов на его спасение нет. После чего уехали, даже не объяснив, что в таких случаях следует делать.  

Живущая в Москве тетя Артема Елена Бухарина стала снова звонить в краевой департамент. 10 декабря в больницу, где лежал Артем, приехала вторая комиссия, и родственникам наконец выдали копию КТ.  

Надо сказать, что Елена Бухарина приехала в редакцию “Московского комсомольца” 9 декабря. Услышав, что происходит с Артемом, я сейчас же позвонила в РДКБ, и Елена на такси полетела туда. Ее принял заведующий отделением нейрохирургии Валентин Вальтерович Пальм. Конечно, доктор Пальм сказал, что без медицинских документов, а главное, без результатов компьютерной томографии пока не о чем говорить.  

И вот, заполучив злосчастный документ, вторая тетушка Артема срочно вылетела в Москву, и ранним утром 11 декабря обе женщины снова стояли у кабинета доктора Пальма.  

А 12 декабря Артем умер.  

Понимаете, в чем дело. Это был совершенно здоровый ребенок, которого избили в школе. И вот одни добрые взрослые из школы все сделали для того, чтобы замять эту небольшую неприятность, а другие добрые взрослые — врачи — довершили начатое, фактически лишив родителей Артема возможности ему помочь.  

Я не сомневаюсь в том, что, если бы ребенка на санитарном вертолете привезли в Москву, он был бы сейчас жив. Но он умер. Причем родителям ребенка, у которого ни с того ни с сего в 13 лет почему-то случился инсульт, не предоставили не только вертолета, но и не дали ни одного документа. Почему? Это что, собственность врачей? И как быть, когда ребенок в коме, а вам нагло врут, глядя прямо в глаза, что никаких документов давать не положено и сделать ничего нельзя?  

Неутомимая Елена Бухарина, пытаясь помочь племяннику, обратилась в Общественную палату и в Администрацию Президента. Ребенка уже давно похоронили, когда из Краснодарского департамента здравоохранения пришло письмо, что им передали жалобу Елены Бухариной. Оперативно.  

А подростки, которые избили Артема, повеселились на каникулах и снова пошли в школу. Их вызывали на комиссию по делам несовершеннолетних, но они сказали, что разок ударили его по ноге. С кем не бывает, дети все-таки…  

Прошу считать эту публикацию официальным обращением в Министерство здравоохранения и Генеральную прокуратуру РФ.

Звоните нам по телефонам: 787-41-17. 250-72-72 добавочный 74-66, 74-64. E-mail: letters@mk.ru (c пометкой “Соломинка”)