Из Малого театра ушла “Великая старуха”

Не стало Татьяны Панковой

Под траурную музыку закрыл свой сезон Малый театр. Умерла “великая старуха” Татьяна Панкова. Ей было 94.

Не стало Татьяны Панковой

Великая старуха — совсем не случайное название для Дома Островского. Долгожительство актеров здесь традиция: Яблочкина умерла на 98-м, Анненков — на 101-м году. Здравствует и продолжает работать Татьяна Еремеева — ей 98. “В Малом умели беречь актеров, — говорит Элина Быстрицкая, ей я дозвонилась в Вильнюс. Ведь отпуск. — Не могу объяснить, как это передавалось, но то, что у нас работают до последнего, — это факт”.

Татьяна Петровна Панкова как раз до последнего выходила на сцену. По первой своей профессии математик, она тем не менее оставила любимое дело и посвятила жизнь театру. Еще год назад она уверяла меня, что математика, любовь к формулам — это поэзия, сохранившаяся в ее сердце навсегда. Но сцена, сцена… служение ей для Панковой осталось превыше всего. И формула оказалась проста, с двумя известными: “Дом Островского — 68 лет”. Как ответить на главный вопрос этой задачи: как прожить почти 70 лет на одном месте, в одной труппе? Это уравнение она для себя давно решила. Вот вехи биографии: в самом начале войны из театрального училища пришла в Малый, сразу попала на фронт — во фронтовые бригады, слава Богу, осталась жива, а дальше — театр, спектакли, роли. Мало главных — в основном вторые, эпизодические, но какие!!!

Фотопортрет Татьяны Панковой

Фотопортрет Татьяны Панковой

Смотрите фотогалерею по теме

У Татьяны Петровны была такая специфическая фактура (высокая, с низким неподражаемым голосом), что молодую артистку режиссеры с ходу определяли на роли старух (самая гениальная — мать поручика Анненкова в “Звезде пленительного счастья”). И вот что удивительно: артистка не возражала и даже гордилась тем, что почти не сыграла своих ровесниц. “Старух-то куда интереснее играть. Сколько можно найти красок! “— говорила она, так что все старухи были ее. А уж раскрасить их она умела так, что даже эпизодическая роль не забывалась.

Жизнь была непростая: мужа похоронила, детей не было, но витальности Татьяны Петровны можно было только позавидовать. Сильная, заводная, мобильная, она не сидела на месте. Путешествия были ее такой же страстью, как математика в молодости. Не останавливали ни расстояния, ни собственные годы. А как она любила жизнь! Гостей принимала, водочку с закуской выставляла и накрывала, как было принято в прежние, никому теперь не ведомые годы. Она как будто с другой планеты. И формулировала так, как сейчас уже не говорят. Например, рассказывая о старых артистах Малого, в частности об Остужеве, она произнесла фразу: “Я не смела ему сказать”. Кто сейчас так мыслит — “не смела”? Почему не смела и что это за фокусы?

Несколько месяцев назад Татьяна Петровна сломала ногу, попала в больницу. Вышла, все надеялись, что жизнь ее ладится, актриса вернется, но… Смерть выбрала для нее совсем неподходящий момент: театр закрылся, артисты-коллеги разъехались. А может быть, в силу природной деликатности она не захотела никого раньше времени расстраивать?

Прощание с Татьяной Панковой состоится 13 июля в 11.00 в Малом театре (Щепкинское фойе). В 12.00 — отпевание в храме в Брюсовом переулке, кремирование пройдет в Николо-Архангельском крематории.