Фестиваль «Гаврош» открылся балетом 1923 года

Актриса Дроздова пришла на фестиваль с сыном Елисеем

23.09.2018 в 19:02, просмотров: 2753

Открывшийся в минувшую пятницу фестиваль «Гаврош» — детский, но оказался в центре взрослых правительственных событий. Хотя вовсе к ним не стремился. Мистическим совпадениям и театральным прорывам удивлялись обозреватели «МК».

Фестиваль «Гаврош» открылся балетом 1923 года
"Механический балет" (Дюссельдорф). Фото: teatrium.ru

«Гаврош», родившийся 12 лет назад, с усердием, но весело и азартно продолжает наводить культурные мосты с разными странами. Благодаря «Гаврошу», каждый год меняющему фокус своего внимания на ту или иную страну (Франция, Италия, Швеция, Дания, Польша, Израиль, далее везде), Москва узнала много чего интересного про новый европейский (и не только) театр для детей. На этот раз Гаврош объявил сезон немецкого детского театра.

Так вот, первым мероприятием для переназначенного министра культуры Москвы стал именно «Гаврош». Александр Кибовский выехал на открытие и пресс-конференцию этого детского форума в прямом смысле безработным (весь кабинет столичного градоначальника до этого дня в отставке), а приехал уже в статусе министра культуры. Мистика? Может, и она, но лишнее доказательство того, что такие проекты, как «Гаврош», имеют влияние на судьбоносные решения взрослых.

Александр Кибовский и Тереза Дурова открывают фестиваль "Гаврош". Фото: пресс-служба театра

«Гаврош-2018» открывали Александр Кибовский, Михаил Швыдкой, посол Германии в России Рюдигер фон Фрич, директор Института Гете в Москве Рюдигер Больц, Астрид Веге, возглавляющая восточный отдел института. Они говорят о важной не только культурной, но и дипломатической миссии «Гавроша» на непростом этапе современности. Здесь и ведущая актриса «Современника» Ольга Дроздова как представитель попечительского совета фестиваля. Она пришла с сыном Елисеем, симпатичным и хорошо воспитанным, который к тому же оказался ровесником «Гавроша». Можно сказать, что мальчик вырос на его спектаклях.

Ольга Дроздова пришла на фестиваль со своим сыном Елисеем. Фото: пресс-служба театра

— Наши народы пережили две страшные войны, — закончил свой спич Михаил Швыдкой. — Я уверен, что у наших стран не только общее прошлое, но и общее будущее.

Про будущее сегодня загадывать очень сложно, а вот настоящее — это «Гаврош», который даст в Москве более 40 представлений на любой возраст и вкус — с желанием вкус этот у новой генерации воспитывать или исправлять. Начал круто — с Баухауса, авангардистского художественного объединения, возникшего в рамках Высшей школы строительства и художественного конструирования (Staatliches Bauhaus) в 20-е годы прошлого века. Это под ее влиянием сформировались идеи нового видения в фотографии, архитектуре, изобразительном искусстве, дизайне, а также танце. «Механический балет» — так называется спектакль, навеянный идеями Баухауса. Его на «Гавроше» представляет Театр звуков (Theater der Klaenge) из Дюссельдорфа.

Из досье «МК»: из-за того что школу Баухаус возглавлял берлинский архитектор Вальтер Гропиус, зачастую этот стиль ассоциируется со стилем в архитектуре. На самом деле это более широкое движение, захватывающее дизайн, мебель, краски, живопись, фотографию, мануфактуру и многое другое. Теоретические посылки направления часто сводятся к лозунгу «функционализм», то есть что утилитарно и удобно, то и красиво.

Актриса Катарина Блюхерт со своей героиней ("Мой папа стал кустом, а я потеряла имя"). Фото: пресс-служба театра

В общем, как вы понимаете, темы далеко не детские, однако для детей хорошо понятные, потому как дети очень хорошо чувствуют абстракцию и хорошо ее воспринимают. Что и показывает спектакль «Механический балет», показанный дюссельдорфцами.

— Спектакль наш, конечно, для взрослых, но мы заметили, что дети ярко на него реагируют, — говорит мне перед началом просмотра Йорг Удо Лензинг, директор Театра звуков из Дюссельдорфа. — В Москве мы первый раз играем полностью для детской публики.

Большинство танцоров и музыкантов Театра звуков — из школы Пины Бауш из Эссена. Поэтому принципы ее театра оказали свое влияние и на театр из Дюссельдорфа. Но направление его несколько иное. Пина Бауш никогда не работала с живой музыкой, а Театр звуков — театр с живым звуком и специально сочиненной для спектаклей (их в репертуаре более 20) музыкой.

На сцене располагается небольшой состав — фортепиано, ударная установка и тромбон. А  Йорг Удо Лензинг, обращаясь к детям, рассказывает о том, что им предстоит увидеть.

— Практически 100 лет назад несколько русских художников приехали в Германию. Имя одного из них сейчас известно всему миру — Василий Кандинский, и он был преподавателем у студента Курта Шмидта. Кандинский был очень строгим художником, абстрактно рисовал только синими, красными и желтыми цветами. А Шмидту было тогда 23 года, и он хотел этими цветами поиграть и подумал, что если к ним добавить новые (оранжевый, зеленый), можно еще и потанцевать. Сконструировал необычные фигуры, глядя на которые думаешь о том, что это машины. Поэтому у фигур необычные имена — Ветряная Мельница, Дух Машины, у которой к тому же есть хороший друг — Локомотив. В компании имеются Танцор в бело-серо-черных тонах и Малыш — в бело-розовых. И все они почему-то хотят друг с другом играть и как-то взаимодействовать.

Но вот музыканты начинают играть композицию, специально написанную для «Механического балета» Ханно Шпельсбергом, а из-за кулис робко показываются фрагменты плоских абстрактных фигур, раскрашенных в красный, белый, зеленый и синий. Наконец и вся конструкция из плоских геометрических фигур: она передвигается на плоскостях-конечностях и даже танцует, а плоскости по центру напоминают крылья — это и есть Ветряная Мельница, похожая на раскрашенных роботов. Затем появляются другие фигуры, и все эти ходячие плоскости начинают забавно передвигаться и пританцовывать.

Правда, танцовщиков совсем не видно: одетые в черное на фоне черной коробки сцены, они прячутся за прикрепленные к их телам геометрические конструкции. Поэтому кажется, что оживленные геометрические существа пританцовывают сами по себе. Публика детская, да и взрослая тоже, в восторге.

«Механический балет» действительно похож на механику — такой своеобразный игрушечный завод. Перед нами чистая форма в движении. Примерно так он и выглядел в 1923 году на сцене Staatliches Bauhaus. Балет был показан всего два раза, и судить об этих представлениях мы можем только по оставшимся нам в наследство двум черно-белым фотографиям да цветным эскизам к балету. Фактически перед нами реконструкция балета 1923 года, хотя реконструированы здесь только фигуры. Хореография и музыка новые. Оригинальный балет шел только 15 минут, а его «потомок» вырос по времени в три раза.

Фото: пресс-служба театра

История возрождения балета так же удивительна, как и он сам.

— Где-то в начале 80-х мы узнали, что этот студент Шмидт, который в 1923 году создал «Механический балет», живет в Восточной коммунистической Германии, — рассказывает Йорг Лензинг, — и мы тогда посетили его, что в то время было непросто. Он очень обрадовался, потому что никто не интересовался этим балетом 50 лет. Обрадовался он и тому, что у балета будет хореография и музыка. Он рассказал нам, что балета фактически больше нет, потому что он все забыл, а есть только фотографии. Мы реконструировали по фотографиям фигуры и потом с музыкой и с танцем все создали заново. И в 1989 году создатель увидел свой балет и был просто в восторге. С тех пор мы сыграли уже более двухсот представлений…

В развитие темы — на «Гавроше» сам «Театриум» в рамках спецпрограммы провел творческий урок «Бау-Kids». На нем вслед за мастерами Баухауса ребята учились преобразовывать сложные вещи, а в утилитарных формах искать скрытую образность.