Башмет и Пореченков сыграли для пустого зала

Маэстро: «Нам удалось помочь 56 музыкантам-фрилансерам»

Пандемия вносит свои коррективы в культурную жизнь. Однако маэстро Юрий Башмет уверен, что публику нельзя лишать концертов, а музыкантов — сцены. Даже в условиях ограничений, которые не позволяют выйти на самоокупаемость. Поэтому традиционный фестиваль в Хабаровске, который должен был состояться еще весной, все же состоялся, хоть и в урезанной версии.

Маэстро: «Нам удалось помочь 56 музыкантам-фрилансерам»
«Солисты Москвы» под руководством Юрия Башмета играют в пустом зале Чайковского. Идёт он-лайн-трансляция.

Гала-концерт для Хабаровска сыграли в пустом Концертном зале имени Чайковского, его онлайн-трансляцию мог посмотреть любой желающий. Корреспондент «МК» послушал живьем оркестр «Солисты Москвы», аккомпанирующий Михаилу Пореченкову, который читал «Облако в штанах». А после пообщался с маэстро Башметом, который недавно и сам переболел коронавирусом.

Музыканты играли особенно увлеченно и вдохновенно, быть может, потому что концерты теперь проходят редко и каждый выход на сцену — счастье. Открыла программу нежная пьеса «Ностальгия» современного грузинского композитора Энри Лолашвили. Затем на сцене появился пианист Дэвид Бисмут, который специально прилетел из Парижа ради этого концерта и с «Солистами Москвы» исполнил произведения Гайдна.

Одной из солисток гала-концерта стала также уроженка Хабаровска скрипачка Мария Тилюк, которая сейчас живет и работает в российской столице, — в ее исполнении прозвучал Концерт для скрипки с оркестром «В стиле Вивальди» Ф.Крейслера. А финальным аккордом стало выступление Михаила Пореченкова, который под музыку Прокофьева, Стравинского и Шостаковича читал «Облако в штанах» Маяковского. Эта музыкально-театральная импровизация, кстати, шесть лет назад уже звучала в Хабаровске, тоже в исполнении Пореченкова. Так что концерт был пропитан нотками ностальгии по допандемическим временам от и до. И в этом было свое волшебство.

Михаил Пореченков после выступления

После концерта Пореченков шутил: «Как я понимаю, что мне пора вступать? Да просто Юрий Абрамович пинает меня ногой, так и понимаю». Дэвид Бисмут радовался своему прибытию в Россию — впереди у него еще несколько мастер-классов для юных музыкантов в разных городах России (Калуга, Видное и Тюмень). Их, правда, придется проводить в маске, что непросто для такого формата, но движение, признается Дэвид, все же лучше, чем сидеть дома, — во Франции сейчас все концерты запрещены. Так что для него это особенный концерт вдвойне: первый онлайн и первый раз, когда он играет в пустом зале, понимая, что виртуально его могут услышать тысячи зрителей.

У Юрия Башмета, в отличие от Дэвида, это далеко не первый онлайн — еще весной приходилось играть и в пустом зале. Но, как говорит Маэстро, все скучают по тому «состоянию обмена энергией между зрителями и исполнителями», который бывает только на концерте.

— Важно представить себе, что много людей слушают тебя где-то там. В этом состоянии есть нечто необычное. Однажды в Екатеринбурге при полном зале меня попросили посмотреть куда-то по диагонали и поприветствовать зрителей в камеру. Была интернет-трансляция. Это еще до пандемии, чтобы люди в отдаленных местах могли послушать и посмотреть концерт. А потом одна пожилая женщина передала мне на пресс-конференции соленья и варенья. Оказывается, в своей деревне в местной библиотеке она смотрела наш концерт.

Для меня это важно. Поэтому, несмотря ни на что, наши музыканты сейчас в Хабаровске проводят мастер-классы. В том числе моя дочь Ксюша.

— Обычно фестиваль в Хабаровске проходит весной; как вы думаете, когда следующий пройдет?

— Будет зависеть от коронавируса. Но этим концертом мы обозначили, что мы хотим его продолжать.

Юрий Башмет

— Как вы относитесь к волнениям в Хабаровске?

— Я далек от политики. Но думаю, что у людей есть основания отстаивать свое мнение и бороться за справедливость. Конечно, в рамках приличия, то есть без кровопролития, без жестокости. Особенно у себя дома. Если кто-то тявкает из-за рубежа, из бывших наших, то это мне противно. Я не знаю всей ситуации, но, по-моему, в России есть все условия, чтобы высказывать свое мнение.

— Как вы готовитесь к юбилейному концерту вашего оркестра, который пройдет 16 декабря, в день рождения Бетховена?

— Мы сшили новые костюмы. Трудно было составлять программу, поскольку оркестр всеядный, но на этот раз будут не только хиты: будут ультрасовременные композиторы, будут премьеры. Без новинок ни один фестиваль у нас не обходится.

Я вообще удивляюсь, что сегодня все равно какие-то концерты проходят. И нельзя лишать слушателей концертов, а артистов — сцены. Вот, например, наш клинский фестиваль был в первый день разрешенных концертов, но поскольку он проходил под открытым небом, то его многие слушали за забором. Было очень много людей, которые стояли за ограждением. Значит, им это было нужно. Так же, как и нам их внимание.

— Ждать ли традиционные январские фестивали в Москве и Сочи?

— Мы пока двигаемся с надеждой, что будет все в порядке. Готовим программу и новые произведения. Декабрьские вечера тоже состоятся, но будут более лаконичными. Там будут в основном пианисты: Плетнев, Вирсаладзе, Мацуев, Березовский. Музеи наглухо закрыты, но концерт все же можно провести. Хотя это противоречит идее фестиваля, в котором на равных выступают музыка и изобразительное искусство.

Дэвид Бисмут за фортепьяно.

— Как вы себя чувствуете после болезни?

— Чувствую — это главное. Не знаю, где заразился, но уже все хорошо. С моей точки зрения, главное не терять надежды. Нужно продолжать играть, ведь это важно для публики. Особенно для подростков, которые занимаются музыкой. Молодой человек должен хотя бы час-два в день, пусть через Интернет, уделять внимание музыке. Это как умываться.

— В период пандемии вы поддерживали музыкантов, оказавшихся в вынужденном простое, без средств к существованию. Продолжится ли эта практика?

— Тогда мы вышли с надеждой, что нашу инициативу поддержат другие. Нам удалось помочь 56 музыкантам-фрилансерам, которых не могло поддержать государство. Если у нас будут деньги, то мы продолжим помогать. Хочу отметить, что весной все госоркестры оставались при той же зарплате. Говорят, мол, в Америке и еще где-то музыкантам выдали на руки деньги — какие молодцы. Но задумайтесь, это была одноразовая помощь. То есть в сумме за рубежом музыканты получили меньше, чем у нас оркестранты. Так что у нас все еще ничего. Время сложное, но будем верить, надеяться и двигаться вперед.