Никас Сафронов показал свой дом: как в замке

Художник рассказал о жизни и работе

8 апреля художник Никас Сафронов отмечает 65-летие. Накануне празднества, которое по традиции пройдет в два дня (сначала для широкого друга друзей, потом — для узкого), «МК» побывал в гостях у художника в доме в Брюсовом переулке и узнал, почему художник ходит по квартире на цыпочках, зачем ему нужны три мастерские и музей в стиле Возрождения. Он поведал нам о распорядке своего дня и профессиональных ритуалах.

Художник рассказал о жизни и работе

Здание в Брюсовом переулке, построенное по проекту Алексея Щусева в начале ХХ века, отличают строгие рациональные формы — конструктивизм чувствуется в лаконичности и простоте. Внутри же — совсем другая картина. Два верхних этажа и мансарду занимает Никас Сафронов. Здесь у него и приемная, и квартира, и музей, и небольшая мастерская. На верхнем этаже художник воплотил свою детскую мечту о сказках и приключениях. Здесь словно оказываешься в старинном замке. Огромная библиотека с древними фолиантами, резная мебель, две гостевые спальни, украшенные волчьими и медвежьими шкурами, массивный стол с уникальными шахматами. Даже холодильник и плита выполнены в стиле эпохи Возрождения: современная техника встроена в деревянные резные панели, которые художник покупал на аукционах, реставрировал, а затем собирал в собственный фантазийный мир. Сказка продолжается в оранжерее, где собраны разные экзотические растения и открывается потрясающий вид на Москву.

Повседневная среда обитания художника устроена попроще, хотя и в ней отражаются вкус художника и любовь к классике. Небольшой кабинет, кухня, гостиная в светлых тонах, уставленная картинами и полками с книгами. Здесь и происходит наш разговор. По комнате Никас передвигается на цыпочках. «У меня замечательные соседи — этажом ниже квартира Федора Бондарчука и Паулины Андреевой, у них недавно родился мальчик Иван, просили не шуметь», — поясняет он. И мы тихонько устраиваемся в креслах.

— Как устроен обычный день Никаса Сафронова?

— Обычно я ложусь в восемь утра, но сегодня не спал вообще. Было много работы. Я человек обязательный и отношусь профессионально к своей работе. Я не жду вдохновения — оно всегда присутствует, его надо просто достать. Обязательно молюсь перед сном и когда просыпаюсь. Если не спал, все равно молюсь 2 раза. Обычно встаю в час дня, к этому времени приходит моя помощница Оля. Сейчас мы готовимся ко дню рождения. Сам позвонил Алле Борисовне Пугачевой, губернатору Тульской области Алексею Дюмину, Сергею Викторовичу Лаврову, Павлу Николаевичу Гусеву и многим другим… Обычно ко мне на день рождения приходит человек 600–700, но в этот раз будет в 10 раз меньше. Это 8-го числа соберу небольшой друг близких людей, которые не любят или опасаются из-за пандемии больших компаний. Так вот, день — это время для встреч и общения. Вчера приезжали ученые селекционеры из Мичуринска, которые выращивают яблоки, один сорт назвали «Никас». Я попробовал несколько вариантов и выбрал тот, который мне больше по вкусу. Потом приходил мануальщик — у меня последнее время немного нога побаливает, оттого что много сижу — в машине, в мастерской, на переговорах. А еще сегодня была примерка костюма, в котором я буду на дне рождения. А гости из Оренбурга — губернатор недавно купил мою картину для местного музея — сейчас передали мне 10 литров самогона в подарок. Сейчас я полностью занят подготовкой к празднику: сам я люблю, когда в этот день гости получают подарки от меня.

— Как проходят вечера?

— Вечером я ужинаю с интересными людьми. Вчера я встречался с моим другом, актером, режиссером Николаем Денисовым и актером Юрием Черновым, который великолепно сыграл когда-то Сыромятникова в «Доживем до понедельника». Мы покурили сигары после ужина, они уехали по домам, а я — работать. Я сажусь за мольберт обычно в полночь или позже, всегда выключаю телефон, работаю до 8–10 утра.

— Над чем работали этой ночью?

— Пишу картину для Аллы Борисовны Пугачевой, у нее ведь тоже скоро день рождения — 15 апреля

— Портрет?

— Нет. Картину в символизме.

— Есть ли у вас какие-то ритуалы для погружения в работу?

— Как я сказал уже, обычно я курю сигару после ужина и отхожу после этого полчаса от насыщенного дня, потом молюсь. Принимаюсь за работу я обычно как ремесленник, заканчиваю всегда как художник. Где-то часа в 3–4 ночи приходит так называемое вдохновение. Вот тогда я снимаю очки и уже вижу все детали и нюансы на картине, то есть начинаю видеть то, что доселе не видел. В это время глаз меняет фокус и становится как микроскоп. Я вижу иначе свои картины. Я как бы вхожу в них, наверное, в этот момент и тихо схожу с ума…

— Даете себе передышку — чай-кофе выпить, бутербродик съесть?

— Нет, я когда работаю, не ем и не пью. Заканчиваю ужасно голодным, стараюсь сразу лечь спать, но если не получается уснуть сразу, начинаю есть все подряд, что нахожу в холодильнике. Колбасу, сыр с маслом, если есть — икру. Чай с печеньем, сухари, иногда нахожу гречневую кашу, которую не съел днем, заливаю ее молоком. Съедаю все, что осталось от прошедшего дня.

— Вы вообще гурман? Сами готовите?

— Готовить люблю, и что-то умею, но редко это делаю. В детстве хотел быть поваром. Знаю, как сделать 10 видов картошки, умею делать пельмени. Но ем при этом, как правило, в ресторанах.

Я люблю простую пищу — не понимаю и не люблю всякие фуа-гра, салаты с авокадо, креветки. Я люблю пельмени из двух-трех сортов мяса, жареную картошку с луком, щи или борщ, простой деревенский салат — лук, помидоры, редиска, чеснок, залитый душистым или оливковым маслом. Завтрака у меня нет как понятия, потому что я просыпаюсь, когда у всех уже обед. Кофе по утрам не пью. Вместо этого на ночь кладу в кружку с водой чайную или столовую ложку меда. За ночь мед растворяется, и вода из мертвой превращается в живую. Как проснусь, добавляю туда чуть-чуть горячей воды и пью. Мед у меня свой – его делают в Ульяновской области, у меня там есть пасека. Как раз там буду выращивать яблони «Никас».

— Есть ли время на уединение — почитать, музыку послушать?

— Мне иногда присылают музыку, я ее перед сном прослушиваю. А вообще, предпочитаю классику. Когда работаю, всегда включаю Вивальди, Генделя, Моцарта, Бетховена, Баха. Все от настроения зависит. Могу включить Криса Айзека или Адель, Eagles, The Rolling Stones. Сальваторе Адамо, Led Zeppelin, Pink Floyd. Для меня это добрая старая классика, настоящая. Телевизор редко смотрю, хотя иногда на айпаде включаю старые детективы 50–70-х годов — английские, итальянские, иногда французские. Но иногда смотрю фильмы, в которых снимаются мои друзья. В прошлом году ко мне на день рождения собирался приехать Николас Кейдж, но из-за пандемии не смог, очень жалеет. У меня есть его портрет, и он с нетерпением ждет, когда я ему его вручу. Обещала приехать Орнелла Мути, но у нее паспорт закончился, сейчас новый оформляет. Она в будущем собирается получать русский паспорт.

— Как сказалась пандемия на работе — меньше заказов?

— Меньше, но все равно ко мне обращаются больше, наверное, чем к другим художникам, так что отдыхать некогда.

— Сколько времени уходит на одну картину?

— Если графика, обычно я за ночь делаю портрет, иногда за две. А живопись требует больше времени. В живописи я использую технику лессировки: наношу слой за слоем, каждый должен высохнуть, прежде чем приступить к следующему. А вот портрет Коли Денисова (указывает на небольшой холст, стоящий у стены. — Авт.), такая работа требует недели две. Но бывает, работаю годами над одной работой. Одну картину начал в конце 1990-х, а закончил недавно. Нужно было время, чтобы она «созрела». Обычно одна работа занимает полтора-два месяца, но в процессе я делаю несколько. У меня три мастерские. Я делаю в одной портрет, пока сохнет, начинаю другой, потом третий. В другой пишу символизм, А в третьей — какой-нибудь пейзаж.

— Зачем вам три мастерские?

— Это удобно. Надо отойти, отстраниться как бы от картины. Ты удовлетворен процессом этого периода, переезжаешь в другую мастерскую и занимаешься следующей работой…

— Бывает ли такое, что хочется уничтожить работу?

— Я не любитель, а профессионал. Любитель ждет вдохновения, я же делаю работу. Я могу быть недовольным и тогда оставляю холст. Вспоминаю случай. Однажды ко мне пришел позировать человек, который получил в подарок сертификат на написание портрета моей руки. В процессе работы, недели через две, я понял, что делаю совершенно не то, что я хочу. Я не стал заканчивать работу и отложил все. Начал новый портрет. Пошел на выставку кошек и собак, где увидел потрясающего барбоса — он мне так понравился, что я снял его на видео. Вернулся и подумал: как барбос похож на этого человека. И написал барбоса, ввел его в этот портрет: вместо лица написал морду этого милого животного. А вскоре закончил и официальный портрет. Пришли заказчики, говорят: «Как оригинально, вылитый Иван Петрович! Мы думали, что портрет будет в классической манере, но возьмем и этот, вы, видимо, с юмором подошли к нашему другу». И я им сказал, что настоящий портрет у меня в другой комнате, а этот, шуточный, для себя сделал. Они сказали, что возьмут оба. Один подарили на день рождения, а другой на 1 апреля — День шуток.

— Бывают ли у вас выходные?

— Редко. Иногда по воскресеньям. Или на Новый год, когда все куда-то уезжают, а я остаюсь в доме, включаю телевизор, смотрю старые фильмы, читаю сказки, которых у меня более тысячи. Я собираю сказки с семи лет. Иногда читаю книги об искусстве старых мастеров, о других художниках, о новых тенденциях в мире, о том, например, как сегодня некоторые художники сжигают свои картины и получают за это миллионы долларов…

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28514 от 8 апреля 2021

Заголовок в газете: Никас Сафронов: «Я не жду вдохновения»