Аркадий Бабченко рассказал, как его задерживали и били в Турции

«Они заявили, что я напал на полицейских. Ага, на как минимум два водомета и 500 полицейских...»

16.06.2013 в 15:13, просмотров: 9717

Задержание турецкими властями российского журналиста Аркадия Бабченко, а также его избиение местными силовиками, вызвало серьезное общественное возмущение. В воскресенье утром самолет, на борту которого был наш коллега, приземлился в московском аэропорту. «МК» поговорил с Аркадием и выяснил подробности его задержания и освобождения на турецкой земле.

Аркадий Бабченко рассказал, как его задерживали и били в Турции
Аркадий Бабченко

- Аркадий, какая была цель вашей поездки в Турцию?

- Вообще-то я журналист. А в Турции сейчас происходят массовые беспорядки. Поехал смотреть эти события.

- Как вы туда попали? У вас была аккредитация?

- Просто взял и приехал. У нас же безвизовый режим. Что касается аккредитации, то у меня ее не было. Про нее я, как говорится, ни словом ни духом. До этого происшествия я вообще не думал, что аккредитация при тех обстоятельствах там может быть нужна. Кстати, я сейчас проштудировал этот вопрос — так пресс-туры пачками завозят в Турцию журналистов. Могу поспорить, что у большинства этих журналистов аккредитации также нет. Аккредитация вообще такой механизм — если человек неугоден можно воспользоваться этим аргументом.

- При каких обстоятельствах вас задержали? Сколько было человек? Из какого силового ведомства?

- Это, кажется, была пятница — у меня уже все смешалось, если честно. Все было спокойно. В 8 часов вечера я вышел на площадь. На мне не было ни жилета, ни опознавательных знаков. Я решил сфотографировать два водомета, которые за день до этого вывела турецкая полиция. Солнце как раз вышло из-за тучи и эти водометы выигрышно смотрелись... Я достал камеру и стал фотографировать технику. При этом я осознанно не фотографировал лиц полицейских. Они вообще там очень нервничают, когда их пытаются сфоткать. В этот момент ко мне подошли двое в гражданской одежде и начали мне что-то по-турецки говорить. Из всего я понял только английское «no photo». Я им ответил: «Я журналист и все равно буду фотографировать».

- Кто это был? Из какой структуры? Вы сразу поняли с кем имеете дело?

- Сначала я не понял, кто эти люди — то ли полицейские, то ли представители «окупай»-движения. Последние также вот так могут подойти на улице.

Дальше у меня выхватили камеру. Подбежали еще пять человек, схватили за руки и потащили за забор, которым сейчас обнесен культурный центр Ататюрка. Там один из них, сейчас уже это точно известно, представитель спецслужб, поставил меня к машине и ударил сначала по левой ноге, затем по правой и в пах. При этом он орал на меня матом по-английски. Я, честно признаюсь, тоже на него орал матом. Но по-русски. Так мы доорались до того, что мне нужен доктор. Сначала меня отвезли в участок. Потом к доктору. Доктор, естественно, никаких ушибов не заметил. Меня вернули в участок.

- Кто-нибудь из российского консульства вам помог?

- Да, к моему возвращению в участок приехал представитель российского консульства — Вячеслав Михайлов, который долго разговаривал с теми, кто меня задерживал. После разговора они сами испугались. Потому что ко мне стали обращаться не иначе как «my friend», “my brother».

- В чем вас обвинили?

- Они заявили, что я напал на полицейских. Ага, на как минимум два водомета и 500 полицейских.... А также по-английски оскорблял полицейских. И еще у меня не было международной пресс-карты, только российская. При том что при задержании на наличие пресс-карты им было наплевать. У меня ее никто не требовал показать.

- Как дальше развивались события?

- Затем меня опять повезли в госпиталь. Снова побоев не обнаружили, привезли в участок, закрыли в камере. Туда пришел переводчик, который по русски ни бум-бум. Я заявил, что ничего подписывать без консула не буду, потому что мы с переводчиком друг друга не понимаем. Опять вернули в камеру. Удалось поспать около трех часов. К 11 часам утра повезли в суд. Там два часа посидели в предбаннике. Выяснилось, что суда не будет. Прокурор не нашел оснований для уголовного преследования по статье «нападение на сотрудников полиции». Тогда один из задерживавших, который оказался сотрудником спецслужб, попытался пришить шпионаж, и сделать из меня иностранного агента. Но ему рассказали, что украинские журналисты сняли момент задержания, и это видео уже разлетелось по интернету. Он очень занервничал. После чего с меня сняли наручники. Но административное дело из-за отсутствия аккредитации осталось... Так что, имейте в виду, туристы, если хотите фотографировать на территории Турции, сначала сделайте аккредитацию.

- После этого вас отпустили?

- Нет, после этого меня отвезли в Департамент по иностранцам, что-то типа нашей ФМС, оформили документы. Закрывать меня не стали. Консул под расписку сам отвез меня в аэропорт.

Журналист Аркадий Бабченко вернулся из Турции в Россию

06:56

- Теперь вам запрещено въезжать в Турцию?

- Насколько я понимаю, меня не депортировали, а выдворили. Максимум через месяц будет решен этот вопрос. Российскому консулу удалось договориться, что мне закроют въезд на год. И это вверх российской дипломатии. Потому что в таких ситуациях грозит запрет от 5 до 10 лет.

- Вам кто-нибудь из российских коллег, работающих в Турции, вообще пытался помочь?

- Да, украинские журналисты помогли, очень помогла журналист «Новой газеты» Елена Рачева. Она, кстати, и нашла консула.

- Аркадий, можете после увиденного сравнить работу российских и турецких силовиков? Кто жестче разгоняет?

- В Турции жестче. Однозначно. ОМОН так не работает. Если тот же «жемчужный прапорщик» ударит исподтишка, то там полицейские на массовых акциях избивают людей в открытую, пускают слезоточивый газ, поливают толпу из водометов... Но справедливости ради стоит отметить, что в полицейском участке мои права не нарушались, меня не избивали, не оскорбляли, как это нередко случается в России. И все же несмотря на то, что Турция европейская страна, это полицейское государство.