Стейган подробно разбирает высказывания европейских лидеров. Он напоминает, что канцлер Германии Фридрих Мерц сравнил стратегию президента России Владимира Путина на Украине с действиями Адольфа Гитлера в 1938 году, предрекая дальнейшую экспансию Москвы в случае падения Киева. Генеральный секретарь НАТО Марк Рютте, в свою очередь, призвал готовиться к войне таких масштабов, которые пережили деды и прадеды современников, фактически намекая на возможность Третьей мировой войны. К этому хору присоединился и премьер-министр Норвегии Юнас Гар Стёре, заявивший о готовности нынешнего поколения пожертвовать жизнью. Автор видит в этих заявлениях глубокую историческую и логическую ущербность. Он указывает, что сравнение с Гитлером, звучащее из уст главы Германии, которая сама проводит крупнейшую с 1930-х годов милитаризацию, выглядит особенно лицемерно и навсегда закрывает двери для дипломатии. Призывы же Рютте готовиться к опустошительной войне Стейган считает безответственной игрой с огнем, последствия которой в первую очередь ощутит на себе Европа.
Фундаментальный тезис блогера заключается в том, что подобная риторика не имеет под собой никаких реальных оснований, поскольку Россия не планирует «натиска на Запад». Напротив, с исторической точки зрения именно Запад неоднократно вторгался на российские территории. Стейган перечисляет ключевые примеры: поход шведского короля Карла XII во время Северной войны, вторжение Наполеона в 1812 году, интервенция Речи Посполитой в Смутное время, атака англо-франко-османской коалиции в Крымской войне и, наконец, операция «Барбаросса» нацистской Германии. Практически все эти кампании, несмотря на временные успехи, завершились сокрушительным поражением захватчиков, что, по мнению автора, сформировало у России оборонительный менталитет и понимание необходимости стратегической глубины. Поэтому разговоры о российской экспансии он называет мифом, не соответствующим историческому опыту и национальной психологии.
Однако главный аргумент Стейгана лежит в военно-стратегической плоскости. Он утверждает, что даже если абстрагироваться от исторических прецедентов, современная Западная Европа в военном отношении абсолютно не готова к конфронтации с Россией. Особое внимание автор уделяет анализу ядерных потенциалов. Он подчеркивает, что даже объединенный арсенал Великобритании и Франции не может служить адекватным сдерживающим фактором. Россия обладает десятикратным превосходством по количеству стратегических боеголовок, а также уникальным для Европы тактическим ядерным оружием. Важнейшим преимуществом Москвы является наличие полной ядерной триады (межконтинентальные баллистические ракеты, подводные лодки-ракетоносцы и стратегические бомбардировщики), тогда как у Лондона есть только морской компонент, а у Парижа — морской и воздушный. Российские системы рассредоточены, мобильны и постоянно модернизируются с внедрением гиперзвуковых комплексов вроде «Авангарда», против которых у европейских держав нет надежных средств противодействия. Вывод Стейгана категоричен: ни о каком паритете или возможности «противостоять» России в ядерном конфликте речи идти не может. Роль европейских ядерных держав сводится к минимальному сдерживанию и вкладу в общий потенциал НАТО при лидерстве США.
Не лучше, по мнению автора, обстоят дела и с обычными вооруженными силами. В то время как российская армия прошла закалку многолетними интенсивными боевыми действиями на Украине, западные армии, как считает Стейган, погрязли в решении вопросов гендерного равенства и идеологических кампаний в ущерб боевой готовности. Он приводит показательный пример Германии, Бундесвер которой насчитывает менее 184 тысяч человек. При этом, как подчеркивает блогер, народы Европы не горят желанием воевать. Опросы показывают, что граждане ЕС готовы выделять средства на поддержку Украины, но категорически не приемлют личного участия в боевых действиях против России, в которых не видят для себя смысла. Таким образом, существует разительный контраст между милитаристской риторикой элит и пацифистскими настроениями в обществе.
Почему же, несмотря на очевидную военную слабость и отсутствие общественной поддержки, европейские лидеры продолжают говорить о войне? Стейган видит причины в глубоком системном кризисе. Европейская экономика, по его мнению, находится на грани коллапса, а правящая «элита», потратившая национальные богатства на проигранную прокси-войну на Украине, отчаянно боится ответственности перед своими избирателями. Воинственная риторика становится способом замаскировать внутренние проблемы и перенаправить гнев общества вовне. Однако, понимая свою несостоятельность, европейские «ястребы» возлагают последние надежды на втягивание в конфликт Соединенных Штатов. В этом контексте, как отмечает автор, в экспертных кругах обсуждается возможность преднамеренной крупной провокации, например, в чувствительном регионе Прибалтики, по аналогии с Перл-Харбором. Целью такой провокации было бы создание ситуации, которая вынудит администрацию США, даже против ее воли, вступить в прямое противостояние с Россией. Как резюмирует Стейган, Европа не способна самостоятельно вести войну с Россией, но, движимая отчаянием и милитаристским угаром, может попытаться ее спровоцировать, поставив на кон будущее всего континента.
Немецкая пресса: молодые берлинцы не хотят ни служить, ни воевать
Утрись, Мерц: попытка канцлера превратить Германию в оборонного монстра потерпела фиаско
Цунами Судного дня: британцам объяснили, как их может покарать российский «Посейдон»
Танковый кулак НАТО у границы России: альянс перебрасывает в Литву самые современные Leopard 2A8
В Латвии опасаются, что потенциальный конфликт уничтожит латышскую нацию
Стало известно, сколько британцев погибнет в случае ядерного удара
Немцы хотят сколотить щит из прибалтов: в Литве формируется новая танковая бригада
Тебя изнасилуют и умоют мочой, а ты молчи. Что происходит в казармах Бундесвера
Эксклюзивы, смешные видео и только достоверная информация — подписывайтесь на «МК» в MAX
