Тайна отставки Чаплина: дружбу с патриархом Кириллом разрушила политика

Отцом Всеволодом были недовольны министерства иностранных и внутренних дел

25.12.2015 в 17:33, просмотров: 24817

Весть о том, что глава синодального отдела по взаимоотношениям церкви и общества и один из самых медийных священников РПЦ отец Всеволод Чаплин отправлен в отставку, обросла невероятным информационным шумом. Официальные церковные структуры заявляют о том, что решение — чисто техническое: в рамках оптимизации два отдела слились в один, руководить которым будет человек, не обремененный службами в храме, — мирянин Владимир Легойда. А интернет-ресурсы переполнены фейковыми обвинениями. Якобы отец Андрей Кураев подозревает отца Всеволода в неадекватности и дурных привычках, а отец Всеволод клеймит самого патриарха за волюнтаризм и предрекает ему скорую отставку. «МК» позвонил и тому, и другому, чтобы убедиться: ничего настолько жесткого они не говорили. И попытался выяснить реальную причину увольнения Чаплина.

Тайна отставки Чаплина: дружбу с патриархом Кириллом разрушила политика

Между отцом Всеволодом и отцом Кириллом особые отношения установились около 30 лет назад. Об этом «МК» рассказывали многие священники, ставшие свидетелями их дружбы. Всеволод, окончив школу, не смог поступить в институт не из-за отсутствия ума, а по медицинской причине: он страшно заикался. Та же причина мешала найти ему работу. На помощь пришла церковь: его взяли сотрудником издательского отдела РПЦ. В то время (1986 год) церковь была уже не под запретом компартии, но еще и не в нынешнем почете. Поэтому синодальных отделов у нее было всего два (издательский и международный), и со всеми их сотрудниками так или иначе знакомились иерархи. И отец Кирилл, посетив отдел, обратил внимание на мальчика, который светло мыслит, но ничего не может сказать. Мальчика окрестили (Всеволод происходил из семьи другого вероисповедания), а затем Кирилл отправил его лечиться от заикания. Когда лечение привело к успеху, Кирилл командировал Всеволода на несколько лет учиться в Англию, а затем приблизил к себе. Став патриархом, Кирилл дал Всеволоду немыслимые доселе полномочия: публично выступать с заявлениями от лица всей церкви. О том, чем это закончилось и что произошло между патриархом и его главным рупором, «МК» рассказали отец Андрей Кураев и сам отец Всеволод.

фото: Геннадий Черкасов

— Решение об отставке Чаплина было принято Синодом, собравшимся для подготовки к Собору, который назначен на начало февраля 2016 года, — сказал «МК» Андрей Кураев. — На Собор приедут 100 епископов с Украины, у которых милитаристские высказывания Чаплина в отношении их страны вызывают крайне негативную реакцию. Нужно было избежать скандала вокруг Чаплина, который по протоколу выступил бы с докладом на Соборе. Вопросы из зала могли оказаться очень неприятными.

Второе. За несколько дней до того в Минске уже было Епархиальное собрание, на котором священники прямо ходатайствовали об отставке Чаплина, поскольку его высказывания идут в ущерб церкви. Это было связано с его заявлениями о том, что нашей стране не хватает военного драйва. Это он от имени всей церкви говорил! Чаплин вызвал недовольство Министерства иностранных дел словами о том, что наши войска ведут в Сирии священную войну, которые в мусульманской среде были восприняты как объявление крестового похода. И — Чаплин породил неудовольствие другой части правительства — внутренней, заявив, что без одобрения церковной элиты исполнительная власть не может принимать никаких решений.

Патриарх сделал ход на опережение, чтобы избежать конфликтов. И чтобы дать знак: шокирующие заявления Чаплина не были позицией самого патриарха.

— То есть клин в отношения патриарха и отца Всеволода вбила политика?

— Мне кажется, что положительное отношение к Чаплину патриарх сохранил. Отец Всеволод никак не пострадал: он остается настоятелем крупного московского храма и членом всех комиссий, в которых состоял.

— Вы обвиняли патриарха в волюнтаризме и предрекали его скорую отставку? — этот вопрос «МК» задал отцу Всеволоду Чаплину.

— Это интерпретация. Но я говорил и писал патриарху о том, что ситуация в церковном управлении складывается ненормальная. Его Святейшество замкнул лично на себя принятие огромного количества решений. Один человек столько решений принимать не в силах с учетом еще и того, что он ведет службы. Отсюда возникают проблемы. Некоторые документы ожидают приема в канцелярии патриарха месяцами, а совещаний проводится исключительно мало. А часть решений принимается спонтанно, в коридоре, по ходу дела. Я не уверен, что Патриарх всея Руси должен заниматься повседневным администрированием. Система либо должна поменяться, либо зайдет в тупик, что и происходит. Не могу сказать, что я не был услышан патриархом. Раз я отстранен от своей должности, значит, какое-то впечатление мои слова на него произвели.

Я остался, пожалуй, единственным человеком в церковной системе, который может не соглашаться с Его Святейшеством. Перестав быть руководителем отдела, я становлюсь более свободным человеком и смогу говорить больше, чем прежде, если почувствую это необходимым.


|