«Убийца Олег Соколов контролировал каждый шаг Насти Ещенко»

Историк полностью подчинил себе девушку, которую зверски уничтожил

11.11.2019 в 21:12, просмотров: 65689

Сегодня в суде доцент Олег Соколов, подозреваемый в убийстве 24-летней аспирантки Анастасии Ещенко, разыграл спектакль: рыдал, выл, бился головой о стенки «аквариума», обвинял погибшую в том, что она довела его до нервного срыва и называл Настю «чудовищем». Мы побывали в общежитии, где жила Ещенко, пообщались со студентами, преподавателями истфака СПбГУ и соседями Соколова. Первый выводы: историк полностью подчинил себе Настю, а отмазываться от проблем ему помогали влиятельные покровители.

«Убийца Олег Соколов контролировал каждый шаг Насти Ещенко»
Общежитие, где жила погибшая.

Если еще несколько дней назад коллеги профессора не только сомневались в виновности Соколова, но и раздавали комментарии журналистам, мол, подозреваемый - лучший педагог вуза, студенты его обожали, на его лекциях всегда был аншлаг, то сегодня эти люди держат глухую оборону. Молчат преподаватели, держат рот на замке охранники института, не вытянуть лишнего слова из студентов.

«Нам так и сказали: если преподаватели узнают, что кто-то распространяется на тему Соколова, отчислят. Педагоги сослались на корпоративную этику – нельзя выносить ссор из избы, - жалуется студентка исторического факультета. – Так что, извините, мне место в вузе дороже, чем пятиминутная слава».

В понедельник около истфака дежурили несколько журналистов с камерами. Мерзли: «С понедельника никого внутрь уже не пропускают. Но нам обещали, что кто-то из коллег Соколова все-таки прокомментирует ситуацию. Уже несколько часов ждем. Преподаватели с утра речь готовят. Думают, как грамотно преподнести».

Думали-думали педагоги, да, видимо, ничего не надумали. К журналистам так никто и не спустился.

Прошу охранника на входе пригласить хоть кого-то из педагогов. Поговорить с глазу на глаз, без камер, анонимно. Тот разводит руками: «Приказ, есть приказ – пускать никого не велено. Только с разрешения нашей службы безопасности».

фото: Ирина Боброва
Вход на исторический факультет СПбГУ.

Отправляюсь в главное здание университета, где сидит служба безопасности.

- Что вы хотите узнать? – здесь охранник оказался более словоохотлив. – Сейчас время обеда, никого нет. Вот возьмите телефон нашей пресс-службы, звоните им. Они на месте.

То ли охранник лукавил, то ли представители пресс-службы решили игнорировать журналистов. На протяжении получаса телефон пресс-службы не отвечал.

- Странно, видимо, решили таким образом от вас спрятаться, - предполагает вахтер. – Я вам так скажу, мы в институте обсуждали немного инцидент. Ну что наши сотрудники могут сказать? Преподаватели в его личную жизнь не лезли. Кто там с кем встречается, по большому счету, никого не интересовало. Так что работникам вуза, по сути, и сказать нечего. Дома у Соколова никто из наших вроде не гостил, дружбы с ним не водил.

- Защищать его собираются? Оправдывать как-то в глазах студентов?

- На суд точно не пойдут, за Соколова там есть, кому вступиться, - качает головой собеседник. - Реконструкторы за него порвать готовы. А вы лучше сходите в музей, на выставку, займитесь более интересными вещами. Я так всем журналистам советую. Или приезжайте через месяц, когда страсти поулягутся. За это время, может, кто что и припомнит. Я же могу от себя только сказать – обычный он мужик был: пришел, отработал, ушел. Все. Не откровенничал ни с кем, лишнего не болтал.

Около входа толпятся студенты. Еле слышно обсуждают последние события.

- Только не пишите, что мы об этом говорим, а то нас ругать начнут, - просят ребята. – В институте мы фамилию Соколов произносим теперь шепотом.

- Говорят, он был неплохим преподавателем...

- Не знаем, кто такое говорит, - улыбается один молодой человек. – Грубый, неотесанный, злобный – я таким его запомнил. Кстати, Соколов ведь после убийства приходил в институт, читал лекции, как ни в чем не бывало. Сейчас уже вспоминаем, что выглядел он немного озабоченным, нервным. И после занятий быстро так ушел, шапку на глаза надвинул, буквально выбежал из здания. Кто-то из студентов с ним попрощался, он даже не услышал, будто находился в своих мыслях.

Пока я беседовала со студентами, мимо проходили сотрудники вуза. Нет, не проходили, а пробегали. Услышав фамилию «Соколов», бросали на ходу: «Нам некогда», «Спешим на лекции», «Без комментариев».

Одна женщина все-таки согласилась побеседовать. Правда, предложила отойти подальше от входа в университет.

- Соколов подставил весь факультет, - признается дама. - К нам сюда приезжали родители погибшей Насти Ещенко, отец с матерью, забирали документы.

Насколько я знаю, они не оставят это дело, решили пойти до конца, добиться, чтобы разобрались и с коллегами арестованного. Ну а мы-то в чем виноваты? Соколов с нами особо не общался, даже праздники не отмечал, мы для него – никто, пыль под ногтями.

Он ведь в каких кругах вращался – политики, дипломаты, депутаты... Иной раз придет на лекции, даже не поздоровается. И неужели вы думаете, что, зная о его привилегированном положении в Питере, ему кто-то здесь мог слово поперек сказать?

То, что он встречался со студентками, ни для кого не было секретом, но ведь за это не выгоняют из вуза.

Год назад повздорил он с парнишкой одним. Выгнал его из аудитории, скандал поднялся страшный. Но уволить его не смогли. (Речь про инцидент на публичной лекции, когда пришедший юноша обвинил Соколова в плагиате и был избит — в разгаре была тяжба Соколова и блогера Евгения Понасенкова, который утверждал, что Соколов позаимствовал у него историческую концепцию - «МК»)

Соколов дал понять: «Выгоните - засужу». Такое ощущение, что его побаивались. Он этим и пользовался.

«Настя жила просто — пальтишко, несколько платьев»

На суде по мере пресечения Олег Соколов сегодня заявлял, что на протяжении почти пяти лет он жил с возлюбленной в одной квартире. Утверждал, что собирался сделать ей предложение, покупал дорогие подарки. Доцент врал.

Мы поехали в институтское общежитие на улице Кораблестроителей, 20. Там нам подтвердили – девушка еще в прошлом году занимала койко-место в 12-этажном здании общежития.

- Все Настю здесь знали, много лет она жила в комнате на двоих. Соседка ее до сих пор здесь осталась, - рассказывает вахтерша. – Хорошо помню погибшую – обычная скромная девочка, ничего особенного, глаз бы за ее внешность не зацепился. Одевалась не ярко, носила пучок, уж не знаю, как ее разглядел Соколов. Возможно, скромность его и привлекала, мне кажется, такую девушку подавить легко.

Возвращаемся к судебному заседанию. Во время процесса Соколов сквозь слезы убеждал судью, что заваливал Анастасию подарками, а та, неблагодарная, не оценила щедрость кавалера.

- Глупость это все, Настя одевалась очень просто – одно пальтишко, несколько платьев, ботиночки, - продолжает женщина. - Никаких драгоценностей она не носила, ездила на общественном транспорте, Соколов за ней не приезжал сюда. А стирать она ходила в нашу прачечную.

Прачечная при общежитии – бюджетная. 130 рублей – стирка пакета с бельем, глажка – 110 рублей. В льготные часы по утрам цены чуть ниже: 100 и 80 рублей.

- Правда, где она жила последний год – не знаю. В списках общежития я ее фамилии не нашла, - добавляет собеседница. – Может, квартиру стала снимать или все-таки переехала к Соколову? Знаю, что на днях дважды приезжали сюда ее родители. Беседовали с нашим комендантом.

Первый раз мать пришла вся в слезах, второй раз родители выглядели более спокойными. По слухам, они решили сами расследовать все обстоятельства дела, возможно, беседовали с бывшей соседкой дочери. Комендант наша после беседы с ними сама не своя была, говорит, тяжелый вышел разговор.

Около общежития встречаю студентку 4 курса исторического факультета. Девушка соглашается на разговор, только просит не называть имени. Под тем же предлогом: «Вдруг отчислят».

- Что Настя встречалась с Соколовым, все знали. За ручку они часто держались, но про свои отношения с ним она мало кому рассказывала, разве что самым близким, - утверждает студентка. – Любила ли она его? Нам кажется, любила. Когда у него случился конфликт с Понасенковым по поводу плагиата, Ещенко готова была порвать за своего мужчину. Она везде за него заступалась – в соцсетях, в открытую призывала прекратить травлю. Научную работу они вместе писали – она постоянно за ним, как собачка, ходила с тетрадями, учебниками, в рот ему смотрела. Возможно, это была своеобразная любовь, фанатская. Настя ведь тоже была погружена в науку, Соколов ей многое давал в этом плане.

- Ещенко выглядела счастливой?

- Да уж теперь и не знаем. Но смеялась она редко, скорее напряженной выглядела. Ходила всегда подтянутая, опрятная, все заметили, что спину все время держала ровно. Если Соколова у нас называли за глаза «Бонапартом», то ее - «Жозефиной». Она производила впечатление преданного Соколову человека. Даже слишком. Может, где-то и боялась его, никогда не перечила ему. Мы замечали, что на все его просьбы она моментально реагировала. Стоило ему только кивнуть, или взглядом что-то показать, она тут же бежала исполнять.

«Контролировал каждый ее шаг»

Место, где произошло убийство, теперь знает весь Питер. Несколько дней назад сюда стали водить экскурсии, около подъезда Соколова кто-то организовал мемориал – поместил фотографию погибшей, краткую биографию девушки, возложил цветы.

фото: Ирина Боброва
Дверь в парадную, где жил доцент.

Мойка, 82. Пятая парадная. Дверь открыта настежь. Ни консьержки, ни домофона.

Поднимаюсь на третий этаж. Дверь в квартиру профессора опечатана: «протокол осмотра места происшествия».

фото: Ирина Боброва
Дверь в квартиру Соколова опечатана.

Звоню по соседям – глухо. Как и во всем подъезде. Говорят, Соколов сюда приводил всех молодых любовниц. Правда, свидетелей тому нет. Оно и понятно. В доме – три этажа. На каждом – по две квартиры. Три из них нежилые: на дверях висят амбарные замки. За час в доме так никто и не появился. В самом подъезде – тишина, никаких звуков. Невольно думаю – убивать будут, никто не услышит. Вот Анастасию и не услышали.

фото: Ирина Боброва
Подъезд профессора выглядит нежилым.

Захожу в соседнюю, третью парадную. На входе – консьержка.

- Я тут больше 10 лет работаю, но этого человека ни разу не видела: ни с девушками, ни с женами, ни с детьми, будто человек-невидимка этот Соколов, - говорит женщина. – После случившегося стала расспрашивать своих жильцов. Только одна дама его вспомнила, рассказала, что давно он тут жил, вроде по наследству ему перешло жилье. Он не здоровался, не общался ни с кем. И рядом с ним никого не видели.

фото: Ирина Боброва
Место трагедии - река Мойка.

Несмотря на то, что район набережной Мойки считается престижным, по вечерам место здесь глухое, темное, посторонние вряд ли станут прогуливаться по ночам. Соколов знал об этом, потому спокойно решил утопить в реке улики, понимая, что никто его не остановит. Правда, судя по видео с камеры наблюдения, смотрящей на набережную мимо в момент его попытки выбросить сумку с останками прошел человек — Соколов сделал вид, что любуется ночной рекой, а потом продолжил черное дело.

00:40

Кстати, в доме Соколова идет ремонт, поэтому многие видеокамеры на здании не работали – об этом жильцов предупредили заранее.

Сейчас уже стало известно, что Олег Соколов любил выпить. В его доме ресторан и пивная. Заходим в первое заведение.

- У нас иностранцы собираются и сотрудники Следственного комитета – ведомство их рядом, - говорит официантка. – А вот Соколова за все годы здесь ни разу не видели. Хотя остальных жильцов знаем чуть ли не по именам. Глупо жить в доме и не посещать наши заведения. Видимо, доцент не хотел светиться.

В пивной профессора тоже не припомнят.

фото: Ирина Боброва
Стихийный мемориал около парадной Соколова.

Возвращаюсь к месту, где возлагают цветы. Рядом собирается народ. Люди останавливаются, крестятся, идут дальше. Подходят местные журналисты. Записывают интервью с блондинкой, знакомой погибшей.

- Соколов издевался над Настей, он давил на нее, она давно хотела уйти, но боялась, - рассказывает девушка. – Так и говорила: я уйду, а он меня убьет – у него такие связи, он что угодно может сделать и ему ничего не будет.

фото: Ирина Боброва
Знакомая Анастасии: «Она боялась от него уйти».

А поначалу она, действительно, влюбилась в него. По ее словам, таких умных, интересных мужчин она не встречала. Но иллюзии у нее вскоре улетучились. Остался только страх. Соколов ее использовал, подчинялась она ему беспрекословно. Боялась слово против молвить. И пожаловаться никому не могла. Да и подруг у нее особенно не было, Соколов всех разогнал, не позволял ей ни с кем встречаться, контролировал каждый ее шаг.

Девушка ушла. Журналисты тоже разошлись. А к мосту, где следователи недавно вылавливали останки погибшей, подошла очередная группа туристов.

фото: Ирина Боброва
Здесь Соколов утопил улики.

- Здесь произошла историческая для нашего города трагедия, - начал повествование гид…

Рассказы французских реконструкторов о доценте-убийце читайте в материале «Олег Соколов убил лошадь, валялся пьяным в луже рвоты»

00:25

Олег Соколов: убийство студентки. Хроника событий