Польза паники: почему в экстремальных ситуациях эмоции бывают полезны

Страх побуждает людей сменить обычный порядок дел

22.03.2020 в 18:52, просмотров: 4514

Коронавирус. Пандемия. Падение рынков. Обвал рубля. Так уж выходит, что самые важные новости, как правило, и самые тревожные. Впрочем, особой паники на улицах нет. И в разговорах нет. Почему так? Как устроен страх, что побуждает людей сменить обычный порядок дел в своей жизни?

Обычно мы делим эмоции на хорошие и плохие. Позитивные: радость, счастье, интерес, удовольствие. Негативные: страх, обида, злость, вина, стыд, гнев. И считаем, что позитивные эмоции — это суперклассно, а негативные — проблема, беда, и лучше бы их не было. А некоторые вообще считают неприемлемым, например, бояться чего-то или злиться, скажем, на родителей или детей. «Я не имею права этого чувствовать, эта эмоция неправильная, плохая. Я бы хотел от нее избавиться».

Идея «негативные эмоции — вредные и неправильные» в корне неверна. Эмоция — это управляющий сигнал для поведения. Мы воспринимаем окружающий мир, интерпретируем его и испытываем желание отреагировать на происходящее. Эмоции — как раз тот мостик между реальностью и поведением. Именно с их помощью мы решаем, как именно себя вести, они нам расшифровывают происходящее.

Радость — происходит или уже произошло что-то хорошее.

Счастье — все мои потребности удовлетворены, мне очень хорошо.

Интерес — этот объект заслуживает исследования.

Страх — возможно негативное событие в будущем.

Обида — нарушены мои ожидания или мои границы.

Злость — происходит не то, что я хочу.

Вина — я совершил плохой поступок или я плохой.

Стыд — другие люди поняли, что я совершил плохой поступок или что я плохой.

Есть разные способы классифицировать и определять эмоции, здесь я привел основные переживания, с которыми люди приходят ко мне на терапию. Каждая эмоция просто описывает происходящее. Сама по себе она не хороша и не плоха. Причем эти эмоции могут работать парадоксально — мы можем испытывать страх перед объективно позитивным событием (например повышением по службе) и приписывать ему в голове мнимые негативные последствия.

Интересен тот факт, что мы автоматически верим нашим переживаниям. Я чувствую обиду? Значит, меня обидели. Я чувствую вину? Значит, я виноват. Я чувствую страх? Значит, что-то представляет для меня опасность. Это логически неверно — наши чувства могут сбоить, и это одна из вещей, с которыми работает психотерапевт.

Итак, я чувствую страх. Значит, это для меня опасно. Мне надо как-то действовать. Возьму из памяти стандартный шаблон для поведения в таких ситуациях. Нет готового шаблона? Возьму похожий. Или скопирую чужой.

Вы хорошо знаете по себе: чувство требует действия. Мы можем заставить себя остановиться и начать думать, но это сложно. Как правило, все наши мысли уже находятся внутри нашего шаблона реагирования. Например: «намечается конфликт — мне страшно — картинки в голове, показывающие, как ужасно все будет, — мне надо избежать конфликта — что мне сделать, чтобы избежать его?» В этой цепочке мысли все сосредоточены на последнем шаге.

Откуда берутся шаблоны и как мы понимаем, надо нам бояться происходящего или нет?

Два основных механизма обучения психики — моделирование и импринт. Моделирование: смотрю на других, повторяю за ними. Главный образец — родители. За ними другие взрослые и социально значимые фигуры. В том числе сверстники.

Второй вариант — импринт, эмоциональное научение. Подошла собака, сделала «кусь, кусь» — это больно, не хочу боли. Значит, буду собак бояться и избегать.

Бывает, что мы сами формируем шаблон. Быстро отреагировали в стрессовой ситуации, выжили, запомнили, что такое поведение ведет к выживанию, теперь, если времени мало, мы склонны реагировать проверенным способом. Точно выживем.

Теперь соберем все вместе и поймем, как рождается паника и почему люди совершают такие странные поступки. Коронавирус! Карантин! Мне страшно! (Картинки приближающегося кошмара.) Что для меня самое страшное? Я не смогу выйти из дома! Значит, мне надо запастись едой и туалетной бумагой, пока есть такая возможность.

Другой вариант. Коронавирус! Карантин! Ммм, и что? О, другие люди говорят, что это опасно. Судя по их поведению, ничего не происходит. Нет страха, они все делают как всегда, сменились только темы разговора.

Третий вариант. Что-то происходит, какая-то болезнь. Другие люди со страхом говорят о ней, обсуждают покупку гречки, говорят, что купили домой 20 рулонов туалетной бумаги. Ммм, опасность! Мне страшно… и, кажется, я знаю, что делать! Пойду, куплю туалетную бумагу.

Ок, вроде более-менее разобрались. Почему тогда тревожные новости есть, а повальной паники нет? Потому что, кроме редких индивидов с сильными эмоциональными травмами именно на такие события, никого не цепляет. Нет ярких подтверждений надвигающегося апокалипсиса.

Свиным гриппом пугали? Пугали. Птичьим гриппом пугали? Пугали. СПИДом и раком пугают каждый день. Инсультом, инфарктом, холестерином, пальмовым маслом, излучением от сотовых телефонов и микроволновок, развалом страны, падением курса до 100 рублей за доллар. Все уже было... Старшее поколение пугали войной и атомными бомбардировками. Кстати, в США старшее поколение тоже пугали войной и атомными бомбардировками. Только вероятный противник другой — не НАТО, а Красная армия.

Если пугают, а события не подтверждаются, доверие падает. Волки, волки! Вирус, грипп, инопланетяне, планета гибнет от пластика… Что важно, а что нет? Как узнать правду?

Есть узкие сферы, где мы эксперты. Скажем, человек с техническим образованием не поверит мошенникам, твердящим про торсионные поля и структурированную воду, хороший медик посмеется над гомеопатией и чесноком как способами лечения коронавируса. А что делать в той сфере, где мы не разбираемся? Как медику или физику понять, обесценится рубль «вот прям сейчас» или нет? Мы даем определенный кредит доверия.

Но Интернет и СМИ нагнетают и нагнетают… а конца света все нет. Поэтому нагнетают еще сильнее (надо же получать свою аудиторию). И люди привыкают.

Плюс здравый смысл и жизненный опыт все время запрашивают личные примеры. «Я вот ездил на метро и не заразился, наверное, это безопасно». Конечно, такая логика бессмысленна при статистических оценках, личный опыт нам ничего ценного не дает при прикидывании безопасности авиаперелета, контакта с зараженными людьми или инвестировании в «МММ».

Летать на самолете безопасно, общаться с инфицированными опасно, но здравый смысл не разделит этих событий, если нет конкретного личного опыта. А откуда взяться опыту, если в ходе предыдущих событий, связанных с «громкими» болезнями, никто из знакомых не пострадал?

Вот и оказывается человек в ловушке здравого смысла. Важно понять — здравый смысл в принципе не работает в случаях, где выборка мала или надо принять очень важное решение. На выручку как раз и приходят эмоции.

Кстати, а много решений в вашей жизни важнее, чем получить шанс заразиться болезнью с заметной вероятностью умереть? Как вы считаете, а какой должен быть итоговый шанс заболеть и умереть, чтобы вы решили пропустить концерт? Отложить поездку? Потерять деньги из-за работы?

У эмоций есть побочный эффект. Когда мы руководствуемся только ими, мы привыкаем не действовать, если нет эмоции.

Я не испытываю страха? Значит, я в безопасности. Я боюсь? Значит, мне надо действовать. Обе этих фразы логически ошибочны и могут привести к очень плохим последствиям.

Печально не то, что жизненно важные решения мы принимаем на основе небольшого числа случайных событий и личных эмоциональных примеров. В конце концов, такими нас создала эволюция. Огорчает здесь то, что мы считаем при этом, будто используем разум.

Если человек понимает, что он в аффекте, поддался панике, находится в неудачном шаблоне — он может, пусть и с трудом, остановиться и попытаться переоценить ситуацию. Если же точка зрения «я всегда все делаю правильно, просто не повезло» или «ну да, очевидно, надо было поступить иначе», то наши процессы мышления не улучшаются, ошибки не исправляются, мы просто страдаем от нашей ошибки и добавляем «плюс один» случай в коллекцию здравого смысла.

Жаль, что если мы пострадали от «МММ», то это никак не помогает здравому смыслу научиться, как вести себя в ситуации коронавируса. Эмоциональное обучение в принципе бесполезно при несистемных событиях.

Вот если бы эпидемии были два раза в год… Вот тогда все бы научились мыть руки. А так — как научиться?

Сколько слушаю людей, приходящих с проблемами, — у них нет осознанности; есть лишь неконтролируемые эмоции, страх, тревога и неуверенность. Как по-другому? Все вокруг так живут.

Поэтому единственное общее научение в России — нас всегда пугают, но это все нереально, надо их просто игнорировать. А если случится что плохое — ну что поделать, так бывает. Грустно, конечно, но такова жизнь.