Реформа сбора мусора в России умерла, не успев родиться

Все закончилось переделом бизнеса

Год назад о раздельном сборе мусора много говорили как о необходимом условии мусорной реформы. Грядет новая эра: мы больше не будем варварски сбрасывать отходы на свалки, мы их будем цивилизованно перерабатывать. Но смогут ли россияне отделять пластик от стекла или не смогут? Удастся ли их научить столь сложным манипуляциям?

Жизнь должна была дать ответ на эти вопросы. И она дала.

Раздельный сбор мусора увял даже там, где он был налажен до начала мусорной реформы.

Все закончилось переделом бизнеса

В Москве все не так еще плохо. Сетки для пластика заполнены бутылками и канистрами из-под воды, а рабочие ЖКХ научились собирать картонные упаковки. Связывают их в пачки, хранят в сухих углах и грузят в иногда подъезжающую к мусорным бакам «Газель» — видимо, за некоторую компенсацию.

Но чуть отъехать от столицы — и картина нерадостная.

Да, почти везде на контейнерных площадках установлены предназначенные для раздельного мусора баки и сетки. На них красуются подробные инструкции: что надо туда бросать, какие бутылки-банки, с какой маркировкой. Но наполнены они тем же самым, что и большие контейнеры, предназначенные для вывоза на полигон. Все вперемешку: органика, пластик, стекло, картон, старое барахло и прочий хлам.

Раздельный сбор мусора, похоже, у нас не пошел.

Почему? Потому что мы люди отсталые, инертные и не можем, как европейцы, научиться сортировать отходы?

«МК» изучил проблему и понял, что этот момент имеет место. Но главная причина все же другая.

* * *

С 2014 года раздельным сбором во Владимире и нескольких других городах Владимирской области занимались местные компании «Спецтранс» и «УНР-17». Занимались, по российским меркам, очень успешно. «Спецтранс» ежемесячно получал от населения порядка 95 тонн, а «УНР-17» еще больше — 500 тонн.

Все эти тонны уходили не на мусорные полигоны, чтобы там гнить и тлеть, отравляя почву и воздух, а отправлялись на перерабатывающие предприятия, где превращались в новые продукты и товары.

В 2019 году в соответствии с требованиями мусорной реформы власти Владимирской области должны были выбрать региональных операторов — частные компании, которые будут ответственны за все, что происходит с мусором в их зоне.

Область была поделена на три зоны. Соответственно, были выбраны три регоператора.

Владимирские компании пытались претендовать на роль регоператора, но безуспешно. Выбрали не их. Тем не менее они рассчитывали остаться в бизнесе. Налаженные связи, хорошая репутация, техника, специалисты, рядовые работники, логистика. Во Владимире их прекрасно знают и власти, и население. Понятно, они должны продолжать.

Прежде они работали по договорам с администрациями города и области. С началом мусорной реформы функции подрядчика перешли к регоператору. Компании ожидали, что он заключит с ними контракты на ту работу, что они выполняли успешно в последние пять лет.

Этого не произошло. Регоператор ничего с ними не заключил. Поэтому в последние дни декабря 2019 года они вынуждены были убрать из дворов свои сетки для раздельных отходов и прекратить работать.

А сам регоператор раздельным мусором заниматься не стал.

И снова пришлось жителям выбрасывать отходы в общие контейнеры. И снова весь мусор, включая вторсырье: пластик, стекло, картон, ветошь — поехал из Владимира на мусорные полигоны, а не на переработку. Все вернулось на круги своя.

Директор «Спецтранса» Антон Сивков объяснил потом во владимирских СМИ, что их случай не единичный: «В ряде других регионов России появление новых регоператоров также разрушило работающие программы по сортировке отходов».

* * *

Тупо возить мусор на полигоны гораздо выгоднее и проще, чем организовать раздельный сбор и отправку на переработку.

По сути это два разных бизнеса.

Полигонный бизнес — примитивный. Вот грузовик, вот контейнер, вот полигон. Пересыпал мусор из контейнера в грузовик, увез на полигон, вывалил, получил деньги.

РСО (раздельный сбор отходов) — сложный, комплексный, интеллектуальный бизнес. Заниматься им трудно, а прибыли он приносит немного. Да и вообще никакой не приносит, если нет больших объемов и действенной поддержки властей, настоятельно рекомендующих заключать всем контракты с данной компанией РСО.

Еще один предприниматель из Владимирской области Алексей Васильев (город Киржач) рассказал «МК», как он в прошлом году пытался собирать раздельный мусор в садовых товариществах, но бросил.

«Не выгодно», — объяснил он.

Невыгодно, потому что из пяти СНТ два соглашаются, а три отказываются. И те, кто соглашается, все равно путают мусор: в предназначенную для пластика сетку упорно бросают тетрапак, памперсы, коробки из-под яиц.

«Приходилось повторно сортировать этот уже как бы разделенный мусор. Нанимать людей, платить им. Если бы мы обслуживали тысячу СНТ, тогда, возможно, удавалось бы заработать. А так выгоды нет вообще никакой».

Компания Васильева установила в садовых товариществах сетки для двух видов отходов — стекла и пластика. За вывоз одной сетки СНТ платило 500 руб. Если в товариществе было установлено десять сеток, вывоз обходился садоводам в пять тысяч. Совсем недешево. Но мелкому местному бизнесу все равно было невыгодно. Расходы на повторную сортировку и транспортировку не окупались.

Алексей Васильев работал в Филипповском поселении. Оно граничит с Московской областью и находится в другой «мусорной» зоне — не в той, где Владимир. Региональный оператор там тоже другой — не тот, что отжал «Спецтранс» и «УРС-17», но тоже не местный. Большая компания федерального масштаба. В отличие от владимирского регоператора она не пихала Васильеву палки в колеса, не выгоняла из СНТ, не запрещала ставить сетки. Причина, видимо, в том, что он очень мало забирал у садоводов мусора. Его работа не наносила ущерба полигонным вывозам, которыми живет регоператор. Но если бы наносила, его бы, конечно, выдавили.

Пресс-секретарь благотворительного проекта «Собиратор» Анастасия Базарнова подтвердила низкую доходность раздельного сбора как бизнеса: «Сбор вторсырья, накопление и отправка его в переработку — не прибыльная деятельность для «Собиратора».

Видимо, поэтому никаких столкновений с регоператорами по поводу дележки вторсырья у проекта никогда не было.

«За месяц проект собирает порядка 90 тонн вторсырья, а у регоператоров цифры в десятки тысяч тонн отходов в месяц. При этом вторсырье, которое они отсортировывают на своих линиях, приносит мизерную часть от общей суммы их доходов».

Если в зоне регоператора копошатся как муравьи мелкие предприниматели или волонтеры, понемножку собирающие пластик-картон, регоператор от этого почти ничего не теряет в деньгах. Но если какому-то «муравью» удастся раскрутиться и он начнет забирать существенные объемы мусора, которые могли быть вывезены регоператором на полигон, к нему, разумеется, будут приняты меры. Ведь он отбирает у регоператора прибыль.

Фото: picture-alliance.com

* * *

Мы обратились в ФАС с просьбой разъяснить, как могут предприниматели, занимающиеся РСО, противостоять регоператору в борьбе за отходы.

Начальник Управления регулирования в сфере ЖКХ Алексей Матюхин ответил исчерпывающе: «Правовая оценка может быть дана только при официальном обращении». Ну а поскольку обращение газеты неофициальное, никакой оценки у ФАС для нас нет.

Юридическую сторону дележки мусорных отходов разъяснила Анастасия Базарнова: «Регоператор заключает договоры с управляющими компаниями. Отходы переходят в собственность регоператора с момента помещения их в контейнер. До этого гражданин или организация вправе распоряжаться своими отходами самостоятельно, в том числе заключить договор на вывоз с имеющей лицензию организацией».

Другими словами, свои сетки для раздельного мусора в принципе может устанавливать любой предприниматель — лишь бы у него был заключен договор с управляющей компанией или СНТ.

Но, как пояснил эксперт тематической площадки ОНФ «Жилье и городская среда» Павел Склянчук, здесь есть нюанс. Нельзя их устанавливать на контейнерной площадке регоператора, где стоят его контейнеры. Надо оборудовать свою площадку, отдельную. И она, конечно, должна отвечать требованиям СанПиН и Правилам обустройства площадок накопления ТКО, утвержденным правительством.

Вот это условие уже из разряда невыполнимых.

Очень сложно найти землю под вторую контейнерную площадку, когда в жилом секторе одна площадка уже есть. И даже если удастся найти, вряд ли такая площадка долго простоит, учитывая неприязненное к ней отношение регоператора, для которого она является прямым конкурентом.

* * *

Подводя черту под исследованием раздельного сбора отходов, можно сделать следующие выводы:

1. Если россияне немножко потренируются, то при сборе отходов они способны отделять пластик от стекла, а железо от ветоши. Успешный опыт Владимирской области и других регионов, начавшийся до мусорной реформы, это доказал.

2. Но заниматься этим им не придется, потому что мусорная реформа устроена очень хитро: она провозглашает сбор и переработку раздельного мусора как главную цель и одновременно организует все так, чтобы эта цель оставалась недостижимой.

3. Потому что на самом деле мусорная реформа задумана для того, чтобы отобрать полигонный мусорный бизнес у региональных и местных элит и передать его федеральным элитам, интересы которых и представляют повсеместно региональные операторы. Экология, чистая страна, цивилизованное обращение с отходами в этой конфигурации играют второстепенную роль.

P.S. Ежегодно в России образуется около 70 млн твердых коммунальных отходов. Перерабатывается 5–7%. Остальное захоранивается на свалках и полигонах.

В соответствии с национальным проектом «Экология» к 2024 году должно перерабатываться 36% отходов.

Для этого в масштабах страны должна быть выстроена система раздельного сбора мусора. Как-то иначе решить поставленную нацпроектом задачу нельзя.

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28335 от 12 августа 2020

Заголовок в газете: Мусор на ветер