Сандру отдали в безнадежные руки

Приемный отец Саши Зарубиной — “МК”: “Она отказывалась целовать мать, потому что от нее шел запах алкоголя и табака”

29.05.2009 в 19:28, просмотров: 12128
Жоау Пиньеру и Флоринда Виейра, португальские опекуны 6-летней Саши (Сандры) Зарубиной, в начале этой недели собирались приехать в Россию, чтобы увидеть свою малышку. Но наш МИД отказал им в визе. Отец Саши — а как еще можно назвать Жоау, если сама девочка зовет его так? — дал эксклюзивное интервью “МК”.  

— Сразу предупреждаю, что постараюсь говорить сдержанно, — начал телефонный разговор г-н Пиньеру. — Мы с женой не хотим ссориться с Натальей, не хотим войны. Мы очень надеемся еще увидеть Сандру.

— Расскажите, как девочка попала в вашу семью?  

— У нас есть подруга Лариса из соседнего города Брага. Она русская, замужем за местным жителем. Однажды она пришла ко мне и попросила помочь собрать вещи для ребенка, который находится в тяжелом положении. В течение трех месяцев мы с женой собирали детскую одежду и передавали ее через Ларису. А потом Лариса неожиданно спросила: не можем ли мы забрать этого ребенка, девочку, к себе? Иначе она погибнет. Мать не может ее содержать. Ребенок часто спит на улице, в телефонной будке… Когда я впервые увидел Сандру, ей было 17 месяцев, а весила она всего 5 кг. Истощенная, грязная. Мы забрали домой обеих — и девочку, и ее мать Наталью.  

— Наталья рассказывает, что платила вам за Александру, что Флоринда нанялась в няни ребенку.  

— Если я взял у нее хоть цент, пусть у меня будет рак в горле! Она никогда и ничего нам не платила. Она приезжала, только когда ей самой нужны были деньги, и мы всегда их ей давали. Ей было совершенно не до ребенка. Мы попросили Наталью подписать доверенность, чтобы можно было держать Сандру у себя законно, водить к врачу и т.д.  

Когда Наталья приезжала, мы ее кормили, она всегда выпивала у нас дома. А через какое-то время уходила. В тех редких случаях, когда мама появлялась, ребенок отказывался целовать ее, потому что от нее шел запах алкоголя и табака. Наталья за это колотила дочку.  

— Что вам известно о ее жизни в Браге?  

— В Браге она была хорошо известной личностью. Вела разгульный, буйный образ жизни. Ее боялись даже местные цыгане. Она часто затевала драки, водилась с людьми “дна”, занималась проституцией.  

Однажды она позвонила мне ранним утром и говорит: “Жоау, я в городе Визеу (а это больше 200 км от нашего городка Барселуш). Приезжай за мной, мне плохо...” Я приехал в 8 утра, нашел ее в кафе, она к тому времени уже выпила 5 бутылок пива. В Португалии чтобы женщине пить с утра — это признак того, что человек совсем конченый… Привез ее домой, накормил. После этого она снова уехала куда-то надолго.  

Мне ее жалко. Наталью нужно лечить. Чтобы сделать из нее нормальную женщину.  

— А какой росла девочка?  

— Сандра очень любила играть с местными ребятишками и была любимицей нашей семьи. Все наши родственники ее обожали. Понимаете, португальская родня — очень сильная вещь, у нас принята взаимопомощь. И ребенок оказался внутри этого клана.  

Что еще сказать? Нормальный, веселый ребенок. Очень любила собак. Однажды принесла домой бездомную собачку, беременную. Когда Наталья забирала Сандру, то швырнула эту собачку нам со словами: “Забирайте, мне она не нужна!”.  

Как Сандра плакала, когда уезжала! Я никогда этого не забуду. Я не слишком надеюсь, что девочку вернут нам, но очень хотелось бы, чтобы она хоть иногда, на каникулы приезжала. Мы готовы принять и ее, и Наталью…

МЕЖДУ ТЕМ

Судья Гобейа Барус, вынесший решение о передаче Александры Зарубиной родной матери, заявил местной прессе, что почувствовал себя неуютно, увидев телерепортаж из России. 

В свое оправдание сказал следующее: “Я не рассматривал, что в Португалии Александра была жертвой плохого обращения. Но я судил по тем фактам, которые у меня тогда имелись. Да, ребенок жаловался, что мама ее несколько раз била. Но я посчитал, что это недостаточный повод для того, чтобы отнять дочь у матери. У меня было заключение психиатрической больницы Св. Марка города Брага, в котором сказано, что Наталья Зарубина не определена как хронический алкоголик. И второе: российские дипломатические власти гарантировали, что у ребенка в России будут нормальные условия”.  

Интересно, откуда у российских дипломатических властей такая уверенность? И что они понимают под “нормальными условиями”?