Онколог рассказал об участившихся случаях заболевания раком в период пандемии

Выросло и число тяжелых больных

22.06.2020 в 18:14, просмотров: 4664

— В связи c пандемией COVID-19 временно приостановлены скрининговые программы и диспансеризация (проводилось семь обследований на различные виды рака). И это может повлечь за собой снижение выявляемости онкологических заболеваний на ранней стадии, — сказал на днях на пресс-конференции, проведенной в онлайн-формате, главный онколог Минздрава России, генеральный директор НМИЦ радиологии, академик РАН Андрей КАПРИН. — Но это еще не все проблемы, которые возникли в онкологии в связи с коронавирусом. Хотя найдены и перспективные решения...

Онколог рассказал об участившихся случаях заболевания раком в период пандемии
Андрей Каприн.

Новый коронавирус напугал россиян едва ли не больше, чем заболевание раком. Особенно тех, у кого уже есть злокачественные новообразования. Как справляться с тяжелой ситуацией, если у кого-то заболеваний «два в одном»? Выросла ли смертность раковых больных на фоне COVID-19? Что делать, если заподозрили рак, а онколога рядом нет и карантин еще не снят? Как быть, если при этом нужна операция? На эти и другие горячие вопросы дня ответил наш постоянный эксперт.

«Онкобольные хуже переносят вирус и чаще умирают»

— Несмотря на угрозу нового вируса, онкологическую помощь удается удерживать на приемлемом уровне, — сказал Андрей Дмитриевич. — Мы всегда ориентируемся на данные статистики. Так вот, если судить по итогам прошлого года, то подросло количество и наблюдаемых пациентов, и впервые выявленных. Есть рост и среди мужчин, и среди женщин. Но рак у женщин бывает чаще, чем у мужчин. И это связано с большей продолжительностью жизни женщин в нашей стране. Но мужчины заболевают раком в более молодом возрасте. К сожалению, сами они к врачам не спешат, и зачастую на обследование их приводят жены и дочери.

Если говорить о локализации, то у мужчин на первом месте — злокачественные новообразования легких и предстательной железы. Наибольший рост дает именно рак простаты (за год рост с 62,4 до 67,2 на 100 тысяч населения). У женщин — рак молочной железы (рост — с 89,9 до 93,9 на 100 тысяч населения). И в целом по РФ — значительно выросла заболеваемость раком: за последние 5 лет — на 12,4%.

И что касается смертности: рост есть практически во всех федеральных округах. По доле выявленных тоже ситуация стала хуже. Но это происходит в том числе и потому, что сейчас стала более четкой система учета заболеваемости и летальности. Помогли также скрининг и диспансеризация. Стали больше людей обследовать и больше выявлять злокачественных новообразований на ранней стадии. И если бы не пандемия, через 4–5 лет можно было бы рассчитывать на улучшение показателей в онкологии.

Но новый вирус спутал все карты.

— В ближайшее время будем наблюдать и спад выявленных новых случаев на ранней стадии, и рост запущенных больных, — считает академик Каприн. — Хотя многое будет зависеть от того, сколько времени еще продлится пандемия в регионах. Страна у нас большая, и в этом смысле России труднее бороться с коронавирусом.

На вопрос, когда планируется возобновить скрининговые программы, Андрей Дмитриевич ответил: «Мы сами мечтаем их возобновить. Но в России неравномерно идет заболеваемость коронавирусом, и многое будет зависеть от ситуации в регионах. Онкологи готовы проводить скрининги с соблюдением всех мер эпидемиологической безопасности».

Онкологические программы на фоне пандемии будут проседать во всех странах, утверждает эксперт. Из-за этого многие страны прервали скрининговые программы. Свернули работу онкологических клиник, и мощности распределили по многопрофильным стационарам. В результате для пациентов исчез островок безопасности, и для сотрудников не удалось создать приемлемый эпидемиологический режим для лечения таких больных. Из практики лечения у них целиком выпали химиотерапевтические отделения. И онкологические больные во многих случаях оказались без помощи врачей.

— У нас тоже временно приостановлены скрининговые программы. Но российскую онкологическую службу спасло то, что мы не пошли по западному пути, — добавил Каприн. — В России, несмотря на то, что на период пандемии были перепрофилированы многие стационары, онкослужба ни на день не прекращала свою работу. Более того, в стационарах, где лечились наши пациенты, стали принимать онкобольных, заразившихся коронавирусом. В результате удалось еще и накопить научный материал об особенностях течения рака на фоне ковид-инфекции. В частности, под коронавирус было отдано целое отделение НИИ урологии им. Лопаткина.

— Как это сказалось на онкобольных? И тяжелее ли они переносят новый вирус?

— Для всего мира пандемия стала испытанием. Наших больных спасла в том числе и четкая организация работы службы «скорой помощи». Мы точно знали, откуда взяли больного (из дома или из стационара), какая у него локализация опухоли и куда его нужно везти. Конечно, раковые больные хуже переносят коронавирус, особенно в межпроцедурный период. Эти пациенты, к сожалению, и умирают чаще. Во многих странах процент потерь онкопациентов, заболевших новым вирусом, доходит до 20% . В России — 8–10%, в зависимости от тяжести заболевания. И сегодня мы продолжаем лечить этих пациентов: сами заготавливаем для них плазму, имеем полный набор препаратов, хорошо оснащены технически.

фото: Кадр из видео

«Опухоль — не плановая ситуация: она продолжает расти при любом вирусе»

— Как известно, за время пандемии коронавируса вы сами бывали, и не раз, в «красной зоне». Что спасает тех, кто рискует быть зараженным смертельной инфекцией? И насколько снижают этот риск витамины Д, С и цинк?

— Накануне обязательно сдаю все необходимые анализы, мазки. Но больше мне хотелось бы сказать о тех, кто каждый день работает с зараженными коронавирусом. Это — героические люди, без всякого преувеличения. Настоящая сборная команда: пульмонологи, эндокринологи, химиотерапевты, опытные инфекционисты. Всем им я очень признателен: насколько четко они выполняют свою работу! Горжусь, что мне позволено руководить таким коллективом. И еще: мы ни разу не были поставлены в условия, чтобы врачам чего-то не хватало: защитных или гигиенических средств, лекарств, технических средств...

Кстати, российских врачей, работающих в самой опасной, «красной зоне», от нового вируса спасал в том числе и прием профилактических препаратов в терапевтических дозах. А что касается витамина Д для укрепления иммунитета, то как и витамин С, цинк, прием витамина Д в это время очень рекомендуется. Его надо принимать и тем, кто лечится, и тем, кто работает с заболевшими коронавирусом.

— Но и о плановых операциях нельзя забывать во время пандемии.

— Самая большая проблема в нашей области — больному не откажешь в операции: рак не плановая ситуация. Он продолжает расти и метастазировать при любом вирусе. Поэтому мы вынуждены оперировать и тех госпитализированных, у кого вдруг «выскочит» еще и коронавирус. Если такое происходит, пациента продолжаем лечить, но только в специальном ковидном отделении НИИ урологии.

Помогают онкобольным, подцепившим коронавирус, и новые технологии, которые были внедрены в практику лечения рака в последние годы. А это — лучевая терапия, ядерные технологии, радионуклидная терапия. И от химиотерапии не отказались. Все это применяется не по отдельности. В онкологии нужен комплекс технологий. Не будет такого, что одна пилюля спасет от всех форм рака. Лечение раковых больных надо вести в комплексе и в комбинации лекарств. Разные технологии должны подставлять плечо друг другу. Вот тогда и получится эффект. Мы к этому идем.

И еще очень важную деталь в связи с коронавирусом подметил эксперт: «Во время пандемии у больных, которые получают агрессивную химиотерапию, ковидная реакция оказалась не такой выраженной. У них не было цитокинового шторма, когда организм идет вразнос, когда иммунная система не справляется, и зачастую человек погибает. И это при том, что у онкобольных иммунитет по определению ослаблен. Что это за феномен такой? Еще придется разбираться.

— Кстати, в последнее время увеличилось число иностранных онкобольных, желающих лечиться в России.

— В частности, к нам хотят приехать, чтобы получить протонную терапию и агрессивную химиотерапию, сделать трансплантацию костного мозга. Мы готовы оказать им эту услугу. Но я как главный онколог России считаю, что предпочтение надо отдавать нашим пациентам. А если останется время, то не в ущерб своим пациентам можно принять на лечение и иностранцев. Дело в том, что во многих странах национальные программы лечения рака рухнули. Оказываем консультативную помощь и больным из стран СНГ, в том числе удаленно, в режиме телемедицины.

Вообще использование телемедицины во время пандемии коронавируса оказалось как нельзя кстати. У российских пациентов есть возможность получить и подкорректировать терапию удаленно. Благо, в этом плане нам даже не пришлось перестраиваться. Года полтора-два назад в России уже начали развивать телеконсультации. И в самом начале пандемии 30 ординаторов начали удаленно консультировать больных. Присланы тысячи эпикризов, вопросов от онкобольных.

И в этом, как ни странно, мы можем опираться на опыт наших предков. В 20-х годах прошлого века, когда «испанка» поразила весь мир, врачи уже занимались заочной консультацией раковых больных. Из регионов специалистам Российского научного центра радиологии, Института им. Герцена и Института им. Петрова привозили снимки, и они без присутствия больного давали рекомендации, как лечиться. И сегодня наши врачи в экстремальных условиях удаленно работали с эпикризами, анализировали их, изучали анамнез. Иногда — это ворох исследований, привезенных пациентами не только из российских регионов, но и из Израиля, Германии. Иногда на анализ документов только одного больного приходится тратить часы. Хочу предложить Министерству образования изучить этот бесценный опыт работы онкологов во время пандемии. Он пригодится и студентам, будущим врачам, и нынешним докторам. Все хорошее, что приобрели за время борьбы с коронавирусом, должно остаться в практике лечения и помогать бороться с любой инфекцией.

На вопрос, будет ли в связи с пандемией сокращение закупок лекарств, в том числе для химиотерапии, Андрей Дмитриевич определенно ответил: «Перебоев ни с закупкой, ни с доставкой лекарств не будет. На уровне государства ни разу не было сказано, что надо сокращать намеченные ранее онкопрограммы и что будет урезан бюджет на лечение наших больных. Как известно, в России раковые больные всю терапию получают бесплатно, в рамках программы ОМС».

Солнце — нам друг, но здоровье дороже

— Витамин Д, так необходимый организму во время коронавируса, как известно, вырабатывается на солнце. Но солнечные лучи могут и навредить — спровоцировать рак. Как найти золотую середину? С одной стороны, загорая, человек приобретает витамин Д, с другой — может спровоцировать рост опухоли. В частности, злокачественную меланому. Но не только.

— Действительно, по данным ВОЗ, немеланомный рак кожи — самое частое заболевание в мире и самая большая доля рака. Кожа не только получает приятный оттенок, но и страдает, если пользоваться УФ-лучами без ограничений. Для выработки нужного для организма витамина Д вовсе не надо часами лежать звездой под палящим солнцем, достаточно посидеть несколько минут в тени или под зонтиком. Но многие не знают меры и получают серьезный ожог кожи. И если долго не заживает какая-то часть кожного покрова, надо срочно обратиться к онкологу. Лучше, конечно, прийти к специалисту лично.

Но если такой возможности нет, достаточно прислать фотографию онкологу. Сегодня это возможно — отправить снимок повреждения на коже и получить консультацию специалиста дистанционно. По характерным признакам врач поймет, рак ли это. И даже если это пока не рак, но есть непонятное нарушение кожного покрова, врач предупредит человека: есть высокая вероятность развития рака. Сегодня есть специальные компьютерные программы, позволяющие делать такие выводы удаленно, в режиме телемедицины. Доктор может попросить сфотографировать повреждение на коже с другого ракурса. И даже подскажет, как под камерой взять соскоб с кожи, нанести на стекло и отправить онкологу.

Вообще, по мнению эксперта, в нынешней непростой ситуации людям надо быть особенно внимательными к своему здоровью и при малейшем подозрении на рак сразу обращаться к специалисту. Тем более что и во время пандемии коронавируса продолжают оказывать помощь не только профильные федеральные онкоцентры, но и все региональные онкодиспансеры.

Академику был задан вопрос и относительно второй волны коронавируса, которую предрекают осенью. Хотя эта вторая волна, якобы, уже сейчас началась в некоторых странах.

— Непростая эта история и в мире, и у нас, — ответил Андрей Дмитриевич Каприн. — Но в России второй волны можно и не бояться. Первый удар отбит, хотя он и был неожиданным. Справимся и со второй волной. Служба эпидемиологическая в нашей стране уже отлажена, в том числе и что касается онкологии. Коек для госпитализации больных достаточно. Методики диагностики и лечения заразившихся COVID-19 разрабатываются. Технологии есть.

Но что касается прививки от нового коронавируса, история непростая везде в мире. Но, думаю, Россия будет первой в ее создании, потому что очень ответственно отнеслась к пандемии.

Пандемия коронавируса. Хроника событий


|