Руслан Байсаров: “Как я мог украсть ребенка у самого себя?”

Отец Дени утверждает, что планирует забирать сына к себе только на время гастролей Кристины Орбакайте

07.09.2009 в 19:17, просмотров: 55959
Вчера в Грозном состоялось громкое судебное заседание. Чета Орбакайте—Байсаров не может поделить сына. Истец Руслан Байсаров, ответчица Кристина Орбакайте. Накануне вечером мы беседовали с Русланом в самолете. Руслан сразу оговорился: если вы хотите объективной информации, я вам ее дам. “Я не публичный человек, мне не нужна вся эта шумиха. Подобных дел в судах рассматриваются сотни. В нашей ситуации все тоже могло бы пройти тихо и мирно”.
Могло бы… Если бы Кристина не опубликовала открытое письмо в прессе и если бы не устроила пресс-конференции.


— Кристина планировала приехать на суд в Грозный?

— Накануне я ей звонил, спрашивал: поедешь или нет? Говорил: я тебя встречу, обеспечу твое проживание. Она сказала: не знаю, пока не решила. Обещала позвонить и сообщить. Но звонка до сих пор нет.

— А Пугачевой вы звонили?

— Она на гастролях, насколько я знаю. Зачем ее лишний раз беспокоить?

— На пресс-конференции Кристина говорила, что у чеченцев есть традиция: в 12 лет они забирают ребенка у матери и воспитывают сами.

— Я не знаю о таких традициях. Поэтому не могу это прокомментировать. Могу сказать точно: в моей семье ничего подобного нет. По законам ислама я несу ответственность за сына — это да. Но забирать ребенка от матери я не имею права. Это полный бред.

— Почему ваша мама подала иск к вам?

— Когда моя мама узнала, что Дени вывезли в Америку и там его бросили в прямом смысле слова, она сильно переживала. Ведь сначала из Майами улетела Алла, за ней последовала Кристина, Дени остался один с няней. А потом появилась информация, что Дени вообще хотят оставить в США учиться. Никиту (старший сын Кристины. — Прим. авт.) уже давно отправили в Америку, и Дени готовят ту же участь. Когда мама услышала, что внук может оказаться практически один в чужой стране, у нее началась паника: “Я больше никогда не увижу внука”. Тогда она и подала иск, просила вернуть Дени.

— Дени давно был в Грозном?

— Мы ездили в Чечню на мой день рождения, в августе.

— Может, Кристина боится, что вы хотите прописать сына в Грозном?

— В прессе муссируется тема — Грозный, Америка. Я против Америки. Все, что касается проживания Дени в пределах России, — это уже второй вопрос. Почему мой сын должен жить в Грозном, если я живу в Москве? И также почему он должен жить в Америке, если я остаюсь здесь? Я не понимаю этого вопроса.

— Но, может, ваша мама сама захочет его воспитывать?

— Бабушка Дени всего лишь против его отъезда в Америку, вот и все.

— Кристина говорила, что вы ей практически не платите алиментов.

— Мало давал?

— По всей видимости, да.

— То есть Кристина осталась недовольна? Честно говоря, я не понимаю, куда больше.

— Вы довольны воспитанием сына?

— В данный момент, конечно, доволен. Ведь я сам занимаюсь его воспитанием. Он интеллигентный мальчик, хорошо учится в школе, у него спокойный характер.

— Вы все 11 лет были довольны его воспитанием?

— Он 11 лет прожил в Москве и почти все выходные проводил со мной. Конечно, я принимал непосредственное участие в его воспитании. Я и няня, которая 10 лет с ним живет.

— А сам ребенок понимает, что сейчас происходит?

— Конечно, понимает. Он-то как раз и не хочет ехать в Америку.

— Он сам сказал об этом?

— А с чего все началось? Дени приехал из Америки и сказал, что не хочет жить там, а хочет жить в Москве.

— Странно, Кристина говорит совершенно противоположное.

— А вам не кажется странным, что она уезжает с сыном на каникулы в Майами, а потом неожиданно заявляет мне, что решила его там оставить, причем не обсудив предварительно со мной этот вопрос? Не странно разве, что гражданка России говорит, что у сына нет будущего в нашей стране и он должен жить в Америке? Не странно, что, когда мы с Дени находимся в Москве или на рыбалке в Грозном, она заявляет на всю страну, что сын ушел и не вернулся? Куда он должен был вернуться? Куда он ушел?

— А каковы ваши требования сейчас?

— Я требую только одного, чтобы Дени жил в России и учился в московской школе. Он уже взрослый парень, он говорит мне: “Папа, я не могу жить в доме один со взрослой посторонней женщиной. Я не хочу спать со взрослой женщиной в одной комнате”. Кристины ведь никогда нет дома, у нее плотный гастрольный график, она звезда. Мальчик фактически ее не видит. Что я должен делать, скажите, когда сын говорит: я хочу жить с тобой, папа? Я резонно ему на это отвечаю: конечно, оставайся со мной и бери с собой няню. Поймите, никто у Кристины сына не отнимает, и я не ограничиваю ее в общении с ним. Я хорошо отношусь к Алле и к Кристине, но я не хочу, чтобы мой сын жил с чужой женщиной и в другой стране. Я даже предлагал бывшей жене: давай найдем ему девушку красивую, пусть с ней живет. Но никак не с 50-летней тетей.

— Как я понимаю, речь идет о няне?

— Да, эта женщина живет с Дени уже 10 лет. Но парень растет, няня не может заменить ему мать или подругу. Сейчас сына сажают в клетку, которая называется домом, и он сутками там сидит. Понимаете состояние ребенка? Как ему жить все эти годы с посторонней женщиной? Дени часто жалуется: “Няня в меня кидается карандашами, она меня ругает, когда я медленно делаю уроки”. Хотя Дени отлично учится, у него всего одна “четверка”.

— А вы бы хотели забрать его к себе насовсем?

— Я настаиваю, чтобы он жил со мной в отсутствие Кристины. Когда Кристина в Москве, пусть живет с ней.

— Но вы тоже занятой человек и редко бываете дома.

— Дени сейчас со мной живет, я отвожу его в школу. Мы с удовольствием вместе завтракаем. В моем доме живут его братья и сестры, моя жена. Все они тоже находятся со мной. Так своих детей я даже успеваю забирать из школы. У меня свободный график работы, могу себе позволить. В пять часов вечера я уже дома.

— Ваши дети от других браков живут с вами в вашем доме?

— Ну да, они так же, как сейчас Дени, живут со мной. Ходят в одну школу, один детский сад. Дени хорошо с ними. Мы все вместе ездим отдыхать. Но это отдельный разговор. Я не понимаю, за что мы с Кристиной спорим. Зачем она устроила пресс-конференцию, чего она хочет добиться? Ведь я не ограничиваю ее в общении с Дени.

— Возможно, это пиар?

— Мне тоже так кажется. Более того, я даже уверен в этом. Когда в прессе появилась информация, что Дени пропал, я был в шоке. Куда он пропал, он же с отцом. А потом стали писать: украли внука. Кто украл? Как я мог украсть ребенка у себя самого?

— Возможно, этот пиар придумала Пугачева?

— Этого я не знаю. Они мне не сделали никакого конкретного предложения. Что они хотят, тоже не говорят. О краже ребенка я услышал только по телевизору. Они меня не предупредили о своих намерениях. Хотя на самом деле прекрасно знали, где находится мальчик. В розыск же его не стали объявлять. Поэтому разговоры о похищении внука — неправда.

— Почему Кристина говорила, что не знает, где ее сын?

— Я не знаю, почему она так сделала. 29 августа она разговаривала с Дени и прекрасно знала, что он со мной. Моя мама подала иск 13 августа, я — 26-го. Это была конфиденциальная информация, о ней знали только Кристина и Алла. Нам не нужен был пиар. 26 августа я вел с ними переговоры. Приглашал Кристину отвести мальчика в школу. Мой адвокат звонил ей. Она сказала: мы никуда не пойдем. Так что Кристина прекрасно знала и в какую школу идет ее сын. Для меня было неожиданностью, когда в одной газете я прочитал: “Похищен мальчик. Кто знает о его местонахождении, позвоните в газету”. Это бред. Все знали, где находится Дени. Возможно, Алла с Кристиной преследуют какую-то иную цель.

— Дени скучает по маме?

— Он мне говорил: скажи маме о том, что я не поеду в Америку, о том, что я остаюсь с тобой.

— Откуда у него такой негатив по отношению к Америке?

— Он еще совсем ребенок, поймите это. Вот его слова: “Я и так не вижу мать, а в Америке я не увижу и отца”. Он там был с няней, все за нее переводил, она не говорила ни слова по-английски. Это для ребенка просто очень тяжелая ситуация — чужой уклад жизни, чужой язык, чужие люди вокруг. Я не могу его бросить в такой ситуации. Дени жаловался, что ближе к вечеру у него пухла голова, что няня постоянно водила его по магазинам, по пляжам и так далее. Вечером ему было плохо от одних и тех же вопросов: а это сколько стоит? а это? Мне не нравится эта ситуация. Я сам не могу покинуть Россию, я живу здесь с 16 лет. И мысли об эмиграции у меня никогда не возникало. Я люблю отдыхать за границей, и только. После поездки моего сына в Майами я сказал Алле: “Я тебе доверил своего сына, а вы его взяли, выбросили там и вернулись. Вам не стыдно?”

— Кристина говорила, что вам не просто попасть в Америку.

— Я не знаю, что она придумала. Я всего лишь один раз не получил визу, правда, непонятно, откуда она это знает. И тем более, если она знает, что мне тяжело попасть в Америку, тогда зачем она хочет увезти туда Дени?

— А еще ваша бывшая супруга упоминала, что у вас три паспорта, и непонятно, где вы прописаны.

— Отвечаю: у меня два паспорта: заграничный и гражданский. Живу я в Москве.

— Но вы понимаете, что суд всегда принимает сторону матери?

— Но это будет странное решение, потому что Дени останется жить не с мамой, а с няней.

— Если Кристина знала о местонахождении сына, то почему она ни разу не встретилась с ребенком?

— Это, наверное, вопрос к ней. Мы с ней встречались в ресторане, разговаривали. Я не знаю, почему она 1 сентября не пришла на школьную линейку.

— На пресс-конференции Кристина говорила о вашем неуважительном отношении к Алле Борисовне.

— Все это ерунда. Я никогда Аллу не оскорблял, я по-другому воспитан. Я уважаю старших, и тем более никогда не стану оскорблять женщин. Более того, у меня по-прежнему хорошие отношения с Аллой.

— Неужели после этого случая отношения не испортились?

— Я не думаю, что они испортятся. Например, в воскресенье я общался и с Аллой, и с Кристиной по телефону. Мы хорошо поговорили.

— Вы придете на судебное заседание в Москве?

— Да, я обязательно приду.

— На пресс-конференции Орбакайте почти плакала. Вы же, судя по всему, чувствуете себя нормально, даже улыбаетесь.

— Кристина — актриса, а я не актер. Я бы тоже заплакал, если бы умел. А что, она правда плакала?

— Ну, была расстроена.

— Она это может.

— Ваша мама придет на суд?

— Ее интересы будет представлять адвокат. После всей этой истории она плохо себя чувствует, у нее скачет давление, “скорую” вызывали дважды. У нашего народа не принято выносить ссор из избы, и, конечно, весь этот процесс ей неприятен.

— Когда Дени станет совершеннолетним, возможно, он сам захочет уехать в Америку?

— Нет никаких проблем, я об этом сказал и Алле, и Кристине. Если это будет его желание, мы найдем школу в Лондоне, Америке, Австралии — пожалуйста. Но российское образование тоже хорошее, и я говорил об этом Кристине. Нет ничего зазорного в том, что он получит наше образование. Мы все учились здесь и прекрасно себя чувствуем. Кристина — известная артистка, я — миллионер. Все в порядке.

— Руслан, может быть, это идет давление со стороны нынешнего мужа Кристины?

— Я его не знаю, никогда не видел. Честно говоря, сомневаюсь, находится ли он сейчас вообще с Кристиной.

— Наверняка в школе к Дени пристают с вопросами одноклассники?

— Я всех прошу не говорить с ним об этом инциденте. Но он уже взрослый мальчик, от него ничего не скроешь.

* * *

Второе досудебное заседание по вопросу, с кем из родителей будет жить сын Кристины Орбакайте и Руслана Байсарова, прошел в грозненском суде в закрытом режиме. Репортер “МК” связался с адвокатами Руслана Байсарова и самим ответчиком, чтобы получить комментарии по существу вопроса.

Адвокат Александр Добровинский: “Сегодня проходило предварительное слушание. Было заявлено два ходатайства. Главное — органами опеки, которые представляют интересы ребенка. Собственно говоря, весь этот процесс проходит в интересах ребенка. Органы опеки ходатайствуют о том, чтобы Дени Байсаров до окончания судебного процесса жил там, где он находится сейчас, кидать его из одной части света в другую, отправлять в разные школы и менять ему друзей недопустимо. Органы опеки просят оставить ребенка с Русланом. Мы надеемся, что с сегодняшнего дня и до окончания процесса ребенок будет проживать с отцом. Такое решение было предварительно принято”.

Виктория Копытцева, еще один адвокат Руслана: “Очередные слушания состоятся 15 сентября. Суд пригласил все стороны. Мы надеемся, что они придут. Сегодня никого из ответчиков не было. Мы увидели лишь странные телеграммы от Кристины, которые она выслала из Саратова. В них сказано, что в субботу мать ребенка прихватила странная болезнь, в связи с чем она вынуждена находиться в Саратове и посещать врача. Адвокат ответчицы тоже не приехал”.

— Сотрудники органов опеки разговаривали с ребенком?

Адвокат Александр Добровинский:

— Дама из опеки сказала, что мальчик хочет остаться у отца. Но окончательного заключения мы пока не видели.

Адвокат Виктория Копытцева:

— Когда мальчик вернулся из Америки, он рассказал органам опеки, что ему было сделано 7 прививок. По прилете в Москву он показал места от прививок отцу. Было сделано одновременно 7 прививок в обе руки. И после этой вакцины он плохо себя чувствовал. Мы думаем, Кристина пошла на это, чтобы отправить Дени в американскую школу. Мы не знаем, какие это прививки, и, по-моему, этого не знает никто.

— Как происходило судебное заседание?

Адвокат Александр Добровинский:

— Стандартный суд, ничего особенного. Мы сидели за одним столом с председателем заседания, с двумя представителями органов опеки и прокурором.

— Вы были дома у Руслана, расскажите, как он живет?

— Мне понравилось дома у Руслана, его особняк произвел на меня впечатление. Руслан построил этот дом на месте разрушенной постройки. В доме живут бабушка, служанки и охрана.

— Ваши прогнозы на будущее?

— Это непростое дело, органы опеки будут внимательно рассматривать место жительства обоих родителей, доходы, характеристики личности.

После заседания репортер “МК” задал еще несколько вопросов самому Байсарову.

— Вы в суде уточнили свои требования по вопросу воспитания ребенка?

— У нас с Кристиной все шло нормально, никаких проблем не было. Я лишь против обучения ребенка в Америке — это основное мое пожелание.

— На судебном процессе будет присутствовать сам Дени?

— Пока еще рано об этом говорить.

— Часто ли ваш сын бывает в Чечне?

— Да, мы часто здесь бываем. И Кристина здесь была. Последний раз в августе мы с сыном ездили в горы, ловили рыбу в горной реке, загорали. К сожалению, в связи со всеми этими событиями поездка в Диснейленд не получилась. Я отец и могу возить его куда угодно, будь то Чечня, Америка или Лондон. И даже если бы он находился летом в Грозном, ничего страшного в этом нет.

— Правда, что какое-то время вы не платили алименты Кристине?

— Да, это так. Про алименты, я, честно говоря, забыл. Да и не такие это большие деньги. Она же богатая девушка, подарки, которые я ей дарил, были гораздо дороже.

— Если вам передадут ребенка, вы намерены воспитывать его в духе чеченской ментальности?

— Он и так воспитывается в духе чеченского национального менталитета. И Кристина никогда не возражала против этого.

Грозный.