В деле Политковской счет пошел на минуты

Журналистку нашли мертвой раньше, чем убили

Сразу два скандала произошли на процессе по делу об убийстве Анны Политковской, как только свои доказательства начала предоставлять защита подсудимых. Выяснилось, что кто-то умышленно “урезал” детализацию телефонных соединений журналистки в день убийства и что труп Политковской был обнаружен раньше, чем она, по версии следствия, была убита.

На то, что детализации поступили в суд в “оскопленном” виде, обратила внимание адвокат потерпевших Карина Москаленко. Как выяснилось, суд запрашивал билинг Политковской за 3, 4, 5, 6 и 7 (день убийства) октября 2006 года. В таблице, пришедшей в суд, разговоры обрываются 7-го в 14.46, несмотря на то что еще около 1 часа 20 минут журналистка была жива и разговаривала с сыном.

— Мы просим продолжить детализацию, — заявила Москаленко. — Это очень важно для установления маршрута Политковской.

Тут поднялся подсудимый Сергей Хаджикурбанов, бывший убоповец (обвиняется в организации преступления), и сообщил, что есть программа, благодаря которой можно вообще полностью просчитать маршрут человека не только исходя из точек соединения, поскольку сотовый регистрируется автоматически. И что в милиции в управлении “К” есть специалисты, которые могут в этом помочь.

— Вы пройдете маршрутами одного Махмудова и второго Махмудова и поймете, где они были точно.

— Это просто затягивание процесса и создание непонятного ажиотажа! — взвились прокуроры.

Но подсудимых поддержали и адвокаты потерпевших: “Несмотря на то что мы формально находимся на стороне обвинения, мы не поддерживаем его позицию. Для нас важно, чтобы были привлечены к ответственности виновные”.

Весь день стороны спорили и о том, что можно делать защите подсудимых. Получалось, что из того, что они заготовили на этот день, — практически ничего. В итоге присяжные пробыли в зале не более 10 минут. Им успели только показать уже продемонстрированную ранее прокурорами раскадровку с камер видеонаблюдения. Следом за этим адвокат Джабраила Махмудова Мурад Мусаев хотел зачитать присяжным выдержки из рапорта об обнаружении преступления, составленный сотрудником милиции. Убийство, по версии обвинения, было совершено в 16.07. Но в рапорте написано, что в 16.06 уже был обнаружен труп журналистки. (В деле, кстати, фигурирует время 16.20 — момент, когда убитую впервые обнаружили жильцы дома.)

Однако обвинение категорически воспротивилось тому, чтобы этот документ был зачитан присяжным, поскольку он является процессуальным и это запрещено законом.

— Это будет основанием для отмены решения суда, — предупредили прокуроры. И судья с ними согласился, пообещав защите, что вызовет сотрудника, который этот рапорт составлял, чтобы он объяснил, в чем именно дело.

Адвокаты считают, что в деле либо имеется ряд фальсификаций, в том числе и этот документ, либо сотрудник написал правду, а значит, он мог видеть убийцу.

— Это теория заговора, — прямо заявил Мурад Мусаев. — Мы не сомневаемся в причастности к убийству сотрудников и МВД, и ФСБ.

— Правильно, именно поэтому они и на скамье подсудимых, — парировали гособвинители.

— Да только не те, что нужно, — усмехнулся адвокат.