«Внук чуть не умер»: несколько заводов сознательно травят жителей Подольска

Несмотря на усилия местных жителей, перенести их в другое место пока не удается

21 декабря 2017 в 18:25, просмотров: 153192

Спроси любого — хочет ли он здоровья своим детям, пожилым родителям, себе, наконец. Банальный вопрос, скажете вы, кто же этого не хочет? Здоровье человека — основа основ.

Между тем уже второй год многотысячное население северной части подмосковного Подольска и прилегающей к нему Новой Москвы в буквальном смысле травят с молчаливого согласия чиновников. Люди задыхаются от выбросов сразу четырех (!) построенных в опасной близости к жилым домам асфальтобетонных заводов и завода по переработке металлолома. Успешные предприниматели Хачатур Авакян и Вагинак Аветисян рады результатам. Еще бы: они снабжают асфальтобетоном почти весь столичный регион и Калужскую область, выпуская его почти по тысяче тонн в час. А то, что дети, живущие в 200 метрах от предприятий, сутками не могут вдохнуть чистого воздуха из-за выхлопов АБЗ и металлической пыли от «Вторчермета», никого, похоже, не волнует. Кроме их родителей, которые уже готовы на самосуд, потому что многочисленные обращения во все инстанции не дают желаемого результата — вывода заводов II класса опасности из их жилой зоны. Спецкор «МК» разбиралась в ситуации.

«Внук чуть не умер»: несколько заводов сознательно травят жителей Подольска
фото: соцсети

Кто украл детский смех?

Люди приперты к стенке, по-другому не скажешь. Корреспондента «Московского комсомольца», приехавшего на место происшествия (сначала я заехала в район Силикатная-1, который оказался на первой линии от заводов), встречает многочисленная группа подольчан, которые наперебой рассказывают о своих страданиях последних двух лет.

Евгения, 34 года, жительница улицы Плещеевская, живет здесь 12 лет, растит двух дочерей. Старшей — 10, младшей — годик. Уже больше года старшая числится на учете у пульмонолога из-за страшного лающего кашля. «Это не прекращается почти никогда, — чуть не плачет мама, — ни мокроты, ни температуры не наблюдается, легкие вроде бы чистые, но стоит ей засмеяться, как начинается страшная одышка, ребенок пытается вдохнуть, но у него не получается. Врач говорит: это свидетельство гиперактивности легких, которая напрямую связана с воздухом, который мы тут вдыхаем. Особенно ухудшается состояние детей после подвижных игр на улице, ведь при беге легкие работают активнее и впитывают все, что летит из заводских труб».

Александра Федоровна, 56 лет, жительница улицы Плещеевская: «Вонь от разогретого битума, жженой резины, какой-то непонятной химии порой стоит такая, что не помогают плотно закрытые окна. Особенное «наслаждение» испытываем в теплое время года, когда на АБЗ перевыполняют план. Сейчас тоже дымят, но чуть поменьше, потому что сезон их к концу подходит, зима наступает, асфальт в России в это время все равно кладут, но меньше».

— Врачи какие-то советы дают? — спрашиваю я доведенных до отчаяния жителей.

— Они советуют, если хотим здоровья своим детям, уезжать отсюда как можно скорее, — отвечает Евгения. — А куда уезжать? Жилье после появления здесь заводов подешевело, никто особенно не стремится в эту «газовую камеру», а потому, чтобы здесь продать и где-то в Подмосковье купить равноценную квартиру, надо половину суммы добавить. У нас с мужем таких денег нет. А дочери уже ингаляции с сильнейшим гормональным средством пульмикортом прописали....

Женщина отворачивается, у нее вздрагивают плечи... Все собравшиеся с пониманием затихают, у многих такие проблемы.

фото: Наталья Веденеева
АБЗ промзоны «Северная».

Экологи на службе заводов?

И ладно бы эти люди сами поселились вблизи заводов. Так нет, — это предприятия вторглись на их жилую территорию, существовавшую здесь еще 60 с лишним лет назад. Старожилы говорят, что экология здесь и раньше была не на высоте. Еще в начале 90-х здесь возвели асфальтный завод. «Он был маленький, маломощный, мы его так болезненно не ощущали. Повеет неприятным запахом в течение 15–20 минут, и дальше мы живем спокойно, — говорят горожане. — Летом с детьми ходили купаться на пруды, расположенные неподалеку, в лес за грибами: маслятами и рядовками».

Кто бы мог подумать, что наступят времена, когда глоток чистого воздуха и привычное пение птиц в округе (пропали даже самые устойчивые к загрязнению воробьи) станет для них мечтой. Когда в 2013 году здесь заработала самая мощная в Московской области шредерная установка по переработке металлолома, люди сразу почувствовали запах металлической пыли и невыносимый грохот. В это же время на Шамотной улице, 10, появился новый асфальтовый завод «АБЗ-Подольск», который дополнил «букет» специфическими «нотками» асфальта, битума и еще какой-то дряни. Летом 2016 года появились рядышком еще 3 асфальтовых завода — ООО «СК Дорлидер» (он имеет две установки) на улице Шамотной, 8, принадлежащий Аветисяну, и ООО «СтройИнвест-3» на Нефтебазовском проезде, 10, принадлежащий Авакяну.

Их заборы перекрыли дорогу к живописному водному каскаду из четырех прудов. А лес... Он обуглился, словно здесь был пожар.

Активисты много раз обращались в администрацию и прокуратуру с вопросом: кто дал разрешение на размещение опасного производства возле их домов? А из городской администрации, из минстроя Московской области им отвечали, что таких разрешений не давали.

— Так, значит, частные заводы здесь незаконны? — вопрошали люди. — Уберите же их от нас как можно скорее, пока мы не заработали кучу хронических заболеваний!

Что бы администрации взять да выполнить просьбу жителей, ведь асфальтобетонные заводы II класса опасности грубо нарушают градостроительный регламент, позволяющий размещать возле жилых домов только предприятия IV–V классов опасности, к примеру такие, как пошивочные цеха, обувные фабрики, но никак не асфальтовые заводы.

Но и тут Авакян с Аветисяном выкрутились: стали называть свои заводы «не капитальными», для которых правоустанавливающих документов уже не требуется.

— Это вранье, колес мы у их заводов не видели, к заводам подведен газ, что может быть только у стационарных предприятий, — поясняет местная активистка Елена Кошелева. — Да и имеет ли это значение, если заводы никуда отсюда не выезжают уже четыре года, обосновались здесь очень прочно и исторгают дым и копоть, соответствующие II классу опасности?

Чиновники вместе с владельцами заводов отбивались от людей при помощи бюрократических методов. Вот на основании чего, как вы думаете, минэкологии Московской области год за годом выдавало разрешения владельцам опасных заводов на производство асфальта? Удивительно, но оно не находило превышения предельно допустимой концентрации отравляющих веществ в воздухе! Сколько люди ни обращались к экологам за помощью, все время ответ был один: «На место выезжали, замеры делали — все в норме». И ведь не обманывают — просто перед своим приездом проверяющие всегда предупреждают руководство заводов о визите... И получается, что к назначенному времени установки не дымят, не шумят. А когда лаборанты уезжают, для людей вновь наступает ад: «Вонь стоит невыносимая. От гари, которая лезет в нос, начинается нестерпимый насморк, кашель, слезятся глаза. Работы активизируются в ночное время, грохот у нас стоит такой, что ощущение: мы вот-вот взлетим», — жалуются они.

фото: Наталья Веденеева
Директор «АБЗ-Подольск» Авакян.

Как ни странно, предупреждать владельцев предприятий о проверках требует закон. Посмотреть бы в лицо автору этого правила. И для чего вообще нужна области экологическая служба, Роспотребнадзор, инспекторы, если их методы беззубы? Чьи интересы на самом деле они поставлены защищать?

Помнится, еще в сентябре, когда в «МК» получили сообщение от подольчан, наш корреспондент отправился с представителем минэкологии в рейд. Только подъехали к домам, расположенным возле одного из дымящих заводов на улице Шамотной, сразу почувствовали едкий запах в воздухе: то ли жженой резины, то ли битума. Выездная лаборатория взяла пробы воздуха возле этих домов, возле самого завода. Обещали через две недели прислать в редакцию выводы специалистов, но так и не прислали. Мне удалось дозвониться только инспектору, который сопровождал нас тогда, Илье Константинову, и на словах тот заверил, что превышение было зафиксировано только возле самого дымящего завода, а у домов якобы все было чисто.

«Если бы мой внук умер, нашел бы автомат и перестрелял бы всех»

Интересна история появления новых заводов на территории Северной промзоны. В 2009 году городская администрация, проведя публичные слушания, установила, что территория, где сейчас находится «АБЗ-Подольск», расположенная вблизи жилых поселков и многоквартирных домов, будет отдана под складские базы, и вдруг в 2013-м ставит новый асфальтобетонный завод II класса опасности. От него по закону расстояние до ближайших домов должно быть не менее полукилометра. Завод же «подполз» к домам на расстояние до 190 (!) метров. Ну а за ним повырастали, словно грибы, трубы еще трех предприятий, а также шредер, кстати, единственный в России, который размещен рядом с проживанием людей.

Люди стали жаловаться во все инстанции, ведь получается, что голосовали они за одно, но их обманули. На вопрос к администрации, почему разместили такие агрессивные заводы рядом с жилыми домами, городские депутаты отвечали, что в 2013 году территория промзоны относилась к городу, а территория СНТ — к Подольскому району. А это разные муниципальные образования.

фото: соцсети

— Спустя год после появления «АБЗ-Подольск» и «Вторчермета» со шредерной установкой, в 2014-м, у нас тут чуть не умер 3-летний мальчик, — рассказывает Елена Кошелева, чей дом, расположенный в СНТ «Москвич», находится в 230 метрах от заводов. — Приехали мы в свой дачный поселок, начали работать на участке. Соседка с сынишкой — рядом. И вдруг он перестает дышать, задыхается, катается по траве, царапает себе грудь. Мать не знает, что делать, как помочь, а ребенок умирает на глазах. Я, наверное, за те несколько минут поседела на полголовы. Побежали к дому, где женщина-астматик живет: может, даст какое-нибудь лекарство. Пока бежали (в направлении от заводов), ребенку и полегчало. Женщины той дома не оказалось, и мы пошли обратно. Приближаемся, а у него опять все начинается заново... Потом-то мы поняли, да и другие люди, живущие поблизости, подтвердили, что это были последствия от металлической пыли, которая летает в воздухе и забивает дыхательную систему. Прадедушка того мальчика тогда сказал: «Если бы мой правнук задохнулся и умер, нашел бы автомат и перестрелял бы всех причастных к шредерной установке». А ведь она еще и грохочет так, что все нутро выворачивает.

— Жалуетесь?

— Жалуемся. Сейчас, под нажимом общественности, работу двух из четырех заводов приостановили на несколько месяцев. Основание — у одного («АБЗ-Подольск») закончилось разрешение на выбросы, у другого («Дорлидер») нашли все-таки превышение норм по выбросам и негерметичность газоочистной установки. Деятельность «Дорлидера» приостановлена на 60 суток.

Но народ, наученный горьким опытом, уже не верит власти: «Закрывают временно, на зимнее время, как это всегда бывает, а как наступит тепло, наверное, снова откроют». И потом, завод «Стройинвест-3» дымит сейчас за всех троих.

Фото: facebook@silikatnaya

Склад превратили в завод росчерком пера

Куда только люди не обращались с просьбой убрать заводы! Но над ними словно насмехались — вместо того чтобы удовлетворить их требования, лишь утроили количество вредных предприятий. «Как же это возможно?» — спросите вы. Ведь территорию отводили под склады. Но уж, видно, кому-то сильно приспичило создать на Силикатной пункт выпуска асфальта для всей Московской области и Москвы, что в конце концов они исправили свою прежнюю «ошибку» — в 2015 году поменяли вид разрешенного использования территории со «складской» на «территорию для строительной промышленности». Получается, узаконили заводы спустя два года, а мнения жителей уже не спросили, что опять же противоречит закону.

Максим, житель поселка «ПЭСЗ №2», что в 190 метрах от асфальтобетонных заводов: «У меня в этом поселке жили еще бабушка с дедушкой, на том месте, где сейчас стоят асфальтовые заводы и «Вторчермет», они 50 лет назад картошку сажали».

К словам соседа присоединяется Аслан Апресьян: «17 лет назад я купил здесь участок, ничего не было, никаких заводов. Теперь тут все в черной пыли! Если бы знали, ничего не построили бы!»

Люди, живущие в этом СНТ, находятся на первой линии от заводов. То, что они рассказывают, кажется фантастическим, невозможным в наш просвещенный век высоких технологий и трепетной борьбы правительства за экологию (по крайней мере на словах). Когда работают заводы (в теплое время года это происходит каждый день), местные жители и дачники сидят в наглухо закупоренных домах со вставленными в уши берушами. Дети после таких каникул лечатся в стационарах, а те, чьи родители имели неосторожность купить в свое время постоянное жилье, вообще не вылезают из поликлиник с приступами ларингитов, астмы, бронхитами.

Александр, житель СНТ «ПЭСЗ-2», выбрал здесь участок и построил дом лет пять назад. Говорит, специально выбирал, выгадывал, изучал карту, чтобы поблизости не было никакого вредного производства. «И вот четыре года назад началось!» — в досаде восклицает он. В ста с лишним метрах завод отгрохали, вонь пошла, «КамАЗы» каждые пять минут громыхают под самым забором. Ни мы, ни наши дети здесь отдохнуть уже не можем, на улице пыль стоит столбом, от которой мы спасаемся искусственным фонтаном, — не разрешаем детям выходить из дома, пока не польем всю территорию из шлангов.

Один из жителей, который не захотел называть себя, возил раньше сюда из Москвы своих четверых детей, теперь, говорит, в столице воздух гораздо чище. Интересно, как люди за несколько лет научились разбираться в тонкостях асфальтного производства: «Вечером машину помоем, утром на ней — толстый слой жирной пыли красноватого оттенка. Значит, они используют красный компонент для изготовления смеси. В другие дни осадок на наших автомобилях серый — значит, компоненты сменили».

То, что некоторые жители поселка не называют своих имен, понятно. Люди бояться расправы со стороны владельцев заводов или тех, кто их покрывает. «Хотите, мы покажем вам дом, который подожгли через три дня после того, как его хозяин пригласил сюда телевидение?» — спрашивают меня. Мы идем на бывшее пепелище, на котором новые хозяева уже возводят новую постройку. «Хорошо, что семьи его в момент поджога в доме не было. Сам хозяин долго в больнице лежал с сердечным приступом, а потом продал участок и уехал».

Руки у людей опускаются. А сдвинуть проблему с мертвой точки не получается.

Какой ад переживают во время работы заводов жители Силикатной-1, можно себе представить, послушав отклики жителей Силикатной-2 с улиц Подольская, Профсоюзная, Тепличная, Московская, Рязановское шоссе и столичного микрорайона Родники, расположенных аж в 2 километрах от заводской зоны. Если уж ветер приносит смог на такое расстояние, мешая людям спать по ночам, то что говорить о живущих в 190 метрах от заводов? Нам рассказали, что, оказывается, две здешние школы во время наиболее сильных выбросов отменяли уроки физкультуры на свежем воздухе. Да уж какой тут свежий воздух! По той же причине лишались в теплые месяцы прогулок и воспитанники детского сада.

Производство асфальта и жилые кварталы несовместимы

По состоянию на декабрь 2017 года совокупная производительность вредных предприятий на территории промзоны «Северная» увеличилась по сравнению с 90-ми годами в 6 раз и составляет 960 тонн готовой продукции (асфальта) в час. Добавлю, что если раньше асфальтобетон производили без примесей, то сейчас это может быть и перетертый термоэластопласт, и ПВА, и резаная резина, с которыми асфальт становится более долговечным, чего не скажешь о здоровье населения, проживающего возле таких заводов.

После многочисленных жалоб все заводы перешли исключительно на ночной режим работы да преимущественно по выходным дням. А контролирующие службы отвечали жителям: «Мы по выходным не работаем, по ночам выезжать на место не обязаны. Надо — вызывайте полицию». Что люди и делали последние месяцы. А полиции что — она ведь замеры не делает, поэтому правоохранители только фиксировали, что завод, которому на днях запретили работать, продолжает дымить и выпускать из своих ворот «КамАЗ» за «КамАЗом».

Жители двух районов Подольска и москвичи из Новой Москвы, объединившись, создали настоящий экологический народный фронт, стали собираться каждые выходные на митинги, чтобы докричаться до тех, кто принимает решения. В итоге мэр Подольска опубликовал на сайте администрации обращение к минэкологии с просьбой запретить деятельность асфальтобетонных заводов на территории промзоны «Северная», а губернатор Московской области взял дело под личный контроль. По его же поручению на Силикатной-2 вскоре провела выездную сессию Мособлдума во главе с депутатом Аллой Поляковой, которая обещала всячески содействовать возвращению в городской план развития зон комплексного и устойчивого развития территории (КУРТов). В свое время жители Силикатной возлагали на них большие надежды, ведь КУРТы предполагают перевод части территории из промышленной зоны в общественно-деловую, а это повлекло бы за собой долгожданное расставание с вредными заводами.

— В июне 2017 года у нас прошли публичные слушания по Правилам землепользования и застройки, — комментирует ситуацию Кошелева. — Жителям на слушания представили проект правил, в котором часть территории, а именно та, на которой расположены все асфальтовые заводы и «Вторчермет», переводится из промышленной зоны в общественно-деловую, и назвали ее КУРТом. Это был очень разумный план, ведь территория промзоны используется очень нерационально. На площади 250 га работают 2500 человек. Это по 1 человеку на 1000 (!) квадратных метров. Перевод территории в общественно-деловую зону позволил бы создать для подольчан гораздо больше высококвалифицированных рабочих мест. Поэтому 754 человека летом отдали свои голоса за зоны, благоприятные для жителей наших районов. Однако нас снова обманули. Наши 754 голоса заглушил всего один встречный — от владельца завода «АБЗ-Подольск» Авакаяна, который предложил оставить здесь предприятия по выпуску асфальтобетона с проектом сокращения (!) санитарно-защитной зоны. Что же касается предложения жителей, тогда его даже не занесли в протокол. Я обратилась и в прокуратуру, и к президенту, и в главное управление архитектуры, чтобы все-таки внесли в протокол предложение жильцов о КУРТах. Если Алла Полякова нам поможет вернуть КУРТы и остановить работу заводов по выпуску асфальта и работу «Вторчермета», мы будем ей очень благодарны.

19 декабря в администрации рассматривалось предложение по внесению изменений в генплан городского округа Подольск. На этом заседании было вынесено решение все-таки принять предложение жителей перевести часть северной промзоны, где находятся асфальтобетонные заводы и шредер, в общественно-деловую. Теперь слово за градостроительным советом Московской области.

Хочется надеяться, что интересы 35 тысяч подольчан и жителей столицы, а также еще нескольких сотен новоселов выстроенного в 300 метрах от заводов многоэтажного дома по улице Плещеевской будут все-таки учтены. Никакие сверхприбыли от продажи асфальта не стоят их жизней и здоровья. Все-таки заводы легче передвинуть на безлюдные территории, чем найти альтернативное место жительства такому количеству людей, а вместе им никак не ужиться.

«Мама, как вообще государство могло разрешить частнику открывать в городе экологически опасное производство? — задал мне вопрос мой 13-летний сын, с которым я поделилась темой своей статьи. — Это же все равно что отдать в частные руки атомную станцию или производство ядерного оружия!». Увы, я не нашлась, что ответить ребенку на его правильно поставленный вопрос.



Партнеры