“Это символическое поражение”

— Прокомментируйте результаты «Единой России». Могут ли они отразиться на результатах Владимира Путина на президентских выборах?

Станислав БЕЛКОВСКИЙ, президент Института национальной стратегии: «Выборы показали критическое падение популярности Владимира Путина. „Единая Россия“ для народа — это партия Путина. Поэтому у него возникли бы серьезные проблемы на президентских выборах, если бы системная оппозиция смогла бы выдвинуть единого кандидата. Этого не будет — на выборы идут традиционные Геннадий Зюганов, Владимир Жириновский, Сергей Миронов и Григорий Явлинский. Фактически целью их участия в выборах является легитимизация победы Владимира Путина».

Сергей МАРКОВ, президент Института политических исследований: «Причина уменьшения результатов «ЕР» — это не ошибочная политика, это потеря динамизма политики. В то же время сохранено лидерство «Единой России» в парламенте, что позволит ей самостоятельно принимать законодательство и самостоятельно голосовать за премьер-министра, за правительство. Власти просто нужно больше делать. Естественно, голосование за «ЕР» — это голосование за Владимира Путина. Социология говорит, что это главная мотивация голосования за партию. Я бы сказал, что избиратели требуют возвращения Путина дважды: они требуют его возвращения в качестве президента и требуют возвращения Путина к идеалам, ценностям и к политическому стилю его первого президентского срока — когда он был энергичным и жестким.

Дмитрий ОРЕШКИН, член Совета при Президенте по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека: «Никакого функционального смысла в выборах нет, только потому что законы, которые парламент принимает, на практике не исполняются, главный закон нашей жизни — «начальник всегда прав». А символический смысл очень важен: «ЕР» существенно просела, а граждане почувствовали, что они из себя что-то представляют. В то же время какая, собственно, разница, какие проценты партии получили: у «ЕР» 49% или 55%, 235 мест в парламенте или 280... Понятно, что функционально все равно конституционное большинство у нее всегда в кармане — верный Владимир Жириновский всегда проголосует как надо. Так что это символическое поражение «ЕР».

— Чем можно объяснить высокую явку избирателей и внушительные результаты «ЕР» в кавказских республиках?

Дмитрий ОРЕШКИН: «Я процитирую вам высказывание бывшего председателя республиканской ЦИК Дагестана г-на Халитова, сделанное в 2006 году осенью: «Наступает новая политическая эра, и пора наконец пресечь порочную практику, когда руководители отдельных районов и городов запирают все составы избирательных комиссий у себя в производственных помещениях и заставляют их пересчитывать голоса до того времени, пока не получат удовлетворяющий их результат». Порочная практика, таким образом, была зафиксирована и, естественно, не была пресечена, потому что, если ее пресечь, вы не получите 99% поддержки в Дагестане или Чечне. Надо очищать партию от коррупции. Но, с одной стороны, антикоррупционная деятельность приведет к разрушению драгоценного источника массового лояльного голосования в пользу «ЕР», а с другой — может усилить риски дезинтеграции страны. Если мы хотим честно считать голоса, то «ЕР» недосчитается примерно 5 миллионов в регионах мусульманского пояса, а если мы хотим бороться с коррупцией, то мы можем недосчитаться нескольких субъектов Федерации.

Сергей МАРКОВ: «В кавказском обществе очень сильны традиционалистские начала. А для традиционалистского сознания голосование — это не рациональный выбор между политическими альтернативами, а сакральный акт отождествления себя, слабого, с сильной властью. Поэтому голосуют за сильную партию».

— Как вы объясните, что «Справедливая Россия» набрала на выборах больше голосов, чем ей прогнозировали, а «Яблоко» не смогло преодолеть барьер в 7%?

Станислав БЕЛКОВСКИЙ: «СР» получила значительное количество голосов не тех, кому нравится Сергей Миронов, а тех, кто считал, что именно в этой форме можно выразить протест против «Единой России». К тому же «СР» более свежая партия, чем старые партии традиционной оппозиции. А запрос на новое — он очевиден. Что же касается «Яблока», то я допускаю, что у них отняли голоса, которых им было бы достаточно для прохождения в парламент. Но большого сожаления испытывать не приходится: воспроизводство старой, засаленной колоды оппозиционных партий не способствует реальным переменам в стране».

* * *

Политтехнолог Игорь Минтусов рассказал «МК» о грязных технологиях на выборах и о том, почему они не дали желаемого для власти результата.

— Сколько процентов, по вашей экспертной оценке, накрутили «Единой России» за счет административного ресурса и фальсификаций?

— Часть граждан проголосовали за нее потому, что их убедили: власть может проверить, как они голосуют. При исследовании фокус-групп это подтверждает четверть жителей небольших поселений с образованием ниже среднего специального.

Работники социальной сферы давали списки людей, которым оказывается помощь, и к ним привозили избирательные урны, но перед этим приносили пенсию и объясняли, что ее платит «ЕР». Этот ресурс позволяет накрутить от 5% голосов.

А передовой отряд власти — силовики — был призван усложнять жизнь и предвыборную работу оппозиции. Думаю, в сумме, по очень консервативной оценке, административное давление могло повлиять на голоса 20% избирателей.

Не могу не поделиться личными впечатлениями. Я был на двух избирательных участках. Сначала 153-й участок на Петровке. Не успел я вытащить фотоаппарат, раздались крики: «Фотографировать запрещено!». Ко мне подошла председатель комиссии, и я напомнил ей о постановлении ЦИК от 17 августа 2011 года, которое разрешает фото- и киносъемку на участках. Она понимающе улыбнулась и попросила пройти в соседнюю комнату: «С вами хотят поговорить». Здоровый человек с короткой стрижкой, по которому видно, что стреляет с двух рук, садится напротив меня и начинает допрашивать. Я требую: представьтесь, и он предъявляет удостоверение... наблюдателя от «Единой России». Некий Корсаков. А потом он достаточно вежливо поясняет, что будет пресекать фотосъемку. На участке № 159 ситуация практически повторилась. То есть «Единая Россия» игнорирует распоряжения Чурова, которые мешают ей производить фальсификации. И это в Москве, что же творится на местах!

Но при этом фальсификаций стало меньше, они добавили не более 5%.

— То есть власть в преддверии президентских выборов стала играть честнее?

— Нет. Если желание власти победить любой ценой на выборах 2007 года принять за 10 баллов, то сейчас я бы дал 12. Однако противостояние общества этому тогда равнялось 2 баллам, а сейчас оно выросло до семи. 12-7 — это меньше, чем 10-2, поэтому и фальсификаций стало меньше. Их масштабы смогло уменьшить именно общество — на редутах наблюдателей и Интернета, по которому мгновенно распространяется информация.

— А сколько людей, по-вашему, было задействовано в фальсификациях и административном давлении?

— 200–300 тысяч. Из них десятки тысяч — в искажении результатов, которое является уголовно наказуемым.

— Как будет выглядеть новая Дума?

— Там станет интересно. Сейчас у оппозиции есть чудная возможность вести переговоры с властью с позиции силы. У трех партий в колоде джокер: возможность признать или не признать результаты выборов. В 2009-м они уже не признали выборы в Москве, тогда президент послал их в суд. Но по сравнению с 2009 годом изменилось общество. Ему больше не пофигу. Поэтому власть очень заинтересована, чтобы выборы были признаны легитимными, и готова ради этого идти на уступки. Уверен, что все фракции этим воспользуются. Между оппозиционными партиями свои отношения. Они не сильно любят друг друга, и им часто будет проще договориться с властью, которая по разным вопросам станет заигрывать с разными оппозиционными партиями.