Как подставили Витаса

Только в «МК»: первое интервью певца и его продюсера Сергея Пудовкина после скандального «велосипедного дела»!

24 сентября 2013 в 17:42, просмотров: 31835

В сентябре вступил в законную силу приговор, вынесенный певцу Витасу по нашумевшему и скандальному «велосипедному делу». Почти четыре месяца, прошедшие с 12 мая, когда федеральное телевидение сообщило оторопевшей стране о том, как на ВВЦ зарвавшийся поп-стар наехал на своем джипе на несчастную велосипедистку, а потом еще и угрожал убить несчастную, ни сам Витас, ни его продюсер Сергей Пудовкин не давали ни одного интервью. Они оба — и только в «МК» — прерывают обет молчания.

Как подставили Витаса
фото: Prodyussersky centr Sergeya Pudovkina

Это двойная сенсация. Во-первых, потому что приговор, который был вынесен еще в августе, но вступил в законную силу лишь в середине сентября, совершенно не оправдал ожиданий взволнованной общественности. Потрошителя велосипедисток и без пяти минут убийцу Витаса, несмотря на грозные реляции по ТВ высших чинов Следственного комитета о наказании по заслугам «невзирая на популярность», вдруг испугали штрафом на 100 тысяч руб. за сопротивление полиции! И ни слова о сбитой жертве и ее увечьях! Голосившая в мае на всю страну и на всех телекнопках плачем Ярославны Ольга Холодова после суда бесследно исчезла из информационного пространства! Заглохла, как «Голос Америки» в советском радиоприемнике. Неужели четвертовали и по кусочкам зарыли в темном лесу? Общественность недоумевала, а Пудовкин отказывался что-либо объяснять до вступления приговора в законную силу.

Во-вторых, Витас почти никогда не давал интервью в принципе. В этом был высокохудожественный пиар-ход его продюсера, годами лепившего из подопечного мутанта с жабрами, таинственную пирамиду Хеопса. За Витаса если и не пел высокой нотой, то уж всегда говорил только сам г-н Пудовкин.

И тут они оба — перед диктофоном. Лица не то что счастливые, но с печатью большого облегчения, а из рассказа возникает, по сути, трагикомическая история о том, как они стали жертвой банальных гопников-мошенников с большой дороги. Теперь авторам-исполнителям громкой «дорожной подставы» с велосипедом может самим грозить «небо в клеточку», а скандальный шлейф вокруг Витаса, в отличие от провалившихся на бирже айфона и Твиттера, взметнул его акции до поднебесных высот — по итогам летнего чеса артист наряду с Киркоровым и Михайловым вошел в тройку самых кассовых гастролеров. Несмотря на радующий в кризисные времена приход, оба в голос твердят о «жутких трех месяцах», когда шли следствие и суд, и признаются, что «с большим удовольствием отказались бы от такой рекламы».

О том, как Витас не сел в тюрьму, расплатившись репутацией за потерю бдительности и сотней тысяч рублей за «сопротивление полиции», артист и его продюсер Сергей Пудовкин рассказывают сегодня в интервью «МК».

Легким движением судейской руки Витас из «зарвавшейся и буянившей звезды», сбившей велосипедистку, превратился в оболганную жертву… Если я правильно понял, приговор суда и этот штраф за «сопротивление полицейскому».

Витас: — Ничего себе — «легким движением руки»! Никому не пожелаю пережить и пройти через такое. Мне было вдвойне тяжело, потому что заложником ситуации, в которую я попал, стал и Сергей Пудовкин, мой продюсер. Мне одному никогда не удалось бы выкарабкаться из этой ситуации и доказать что-то, я бы пропал. Банальные слова о психологическом стрессе, нервном напряжении, ощущении бессилия от той несправедливости, лжи и травли, которые лавиной на меня обрушились, не могут передать того, что я на самом деле чувствовал. У меня было просто физическое ощущение того, что земля уходит из-под ног и я проваливаюсь в бездну.

Пудовкин: — То, что Витас попал в дорожную подставу, подвергся унижению, фальсификациям и обструкции, теперь уже очевидный факт. Но это не делает из него героя, потому что любой публичный человек, на мой взгляд, особенно в нашей стране, должен быть в десятки раз осторожнее, внимательнее к тому, что происходит вокруг него, и Витас не исключение, даже если собрался в тот злосчастный день просто погулять с семьей на ВВЦ и покататься на каруселях. До вступления приговора в законную силу я старался вести себя чрезвычайно корректно. Мне кажется, мужское лицо и Витасу, и мне удалось сохранить. Мы не прятались ни за чьими спинами. Я не пользовался так называемыми дружескими ресурсами. Хотя вал атаки был колоссальным, но мы решили идти нормальным юридическим путем.

фото: Prodyussersky centr Sergeya Pudovkina

А письмо ваших коллег-артистов в поддержку Витаса, которое ты предъявил в суде, это не «дружеский ресурс»?

Пудовкин: — Нет, это именно поддержка коллег, за которую мы им искренне и бесконечно признательны. Если позволишь, я вернусь к этому письму чуть позже, тем более что оно было уже в финале судебного разбирательства. Под «ресурсом» я имею в виду то, что называется «поднять связи», «надавить». Вот мы принципиально решили ничем таким не пользоваться. Нам не в чем было оправдываться или заметать следы! Все было фальсификацией с самого начала. Честно скажу, что я в этом сам не сразу разобрался, только дней через пять после случившегося. Но когда понял что к чему, твердо решил, что мы будем биться до конца и строго по закону.

Пока истина так долго всплывала, стали возникать подозрения в специально раздуваемом пиаре…

Витас: — Ну, да! Пиар ценою в репутацию, нервы, бессонные ночи, косые взгляды даже не чужих людей, насмотревшихся этих страшных новостей по телевизору. Поначалу никто не верил, даже Сергей, что все было по-другому, что велосипед под колеса мне подложили. Потом уже появились эти признательные показания.

Объясните тогда, что мы видели по телевизору собственными глазами, эти жуткие съемки, страсти, крики, брыкания, перекошенные лица?

Пудовкин: — Мы говорим о самой большой фальсификации в истории российского шоу-бизнеса! Есть признательные показания человека, этой Ольги Холодовой, которая хотела посадить Витаса в тюрьму, обвинила его в наезде, в угрозе убийством, в оскорблении и пришивала Витасу три уголовных статьи. Целенаправленно! Это был не шоу-бизнес, не пиар, не шутки! Это история совершенно другого масштаба и уровня.

Какого масштаба? Заговор против Витаса?

Пудовкин: — Нет, не заговор, но так складывалась ситуация. А теперь, когда в Интернете набираешь в поиске «Витас», первое, что выскакивает, — Витас сбил велосипедистку. Не альбомы, не памятник в Китае, не аншлаги в Сочи… То есть выскакивает то, чего не было, и сейчас это уже доказано. Ситуация простая, но не дай бог никому из ваших читателей попасть в подобные обстоятельства, хотя я с ужасом понял во время всей этой истории, что попасть под такую раздачу может любой. Мы все знаем о том, как подбрасывают мыло или пустую бутылку в рядом едущую машину. Останавливают и говорят: ты нас зацепил, давай-ка выйдем, дай денег. С Витасом случилось что-то похожее. Он сидит в машине, ему постучались в окно. Говорят: пожалуйста, немножко отодвиньте машину, тут тесно. ВДНХ, праздничный день. Он начинает движение, вдруг слышит хруст, скрежет, какой-тот грохот под днищем. И тут же — это доказанный следствием факт — получает безо всяких предупреждений порядка восьми (!) ударов по голове.

Витас: — Я даже не понял, что произошло, когда я вышел из машины… До сих пор жутко вспоминать!

Пудовкин: — Все это происходит в течение одной минуты, и он оказывается на газоне, его окружают люди. Начинается съемка — сперва мобильными телефонами, еще часа через два приезжают телекамеры. А теперь скажу, что произошло на самом деле: велосипед уже лежал под колесами, когда Витаса попросили сдать назад. Никто никого не сбивал. Эта Холодова была подсадной уткой. Все это выяснилось только на следствии и в суде. Зачем это было сделано? На этот вопрос, видимо, будет отвечать уже новое следствие и суд. Я могу предположить, что это обычный механизм зарабатывания денег.

То есть охотились не специально за Витасом, а просто за очередным лошком?

Пудовкин: — Вся проблема в том, что они его не узнали. Если бы они идентифицировали, что это Витас или любой другой публичный человек, возможно, никто бы к нему не полез. Я абсолютно убежден, что там цена вопроса была три-пять тысяч рублей. Все просто. Ставится велосипед, водителю стучат и просят сдвинуть машину, он двигается, велосипед падает, и это предлог, чтобы попросить «компенсацию» за погнутое колесо и покореженные спицы. Вопрос исчерпывается в течение 10 минут. Но тут попалось известное лицо, и начиналась самая большая проблема для Витаса. Его узнали люди с мобильными телефонами. ВДНХ, праздничный день, огромное количество народу. Начинают снимать. Что делают люди, которые подложили велосипед под колеса? Как призналась сама «потерпевшая», далее «неизвестный ей мужчина» берет «сбитый» велосипед и перекладывает его под передние колеса автомобиля… А сама «велосипедистка» со стороны за всем этим наблюдает. Она сама дала эти показания! Ее откровения, когда их прижали, поразили меня на всю жизнь, клянусь!

фото: Prodyussersky centr Sergeya Pudovkina

Из протокола допроса Холодовой, оказавшегося в распоряжении «МК»

Вопрос: «Знаете ли вы этого очевидца, подложившего велосипед под колеса автомобиля? Если нет, можете ли вы его описать?»

Ответ потерпевшей: «Указанного очевидца я не знаю. Это был мужчина, описать его не могу, т.к. не помню».

Вопрос: «Возражали ли вы против действий очевидца, который подложил ваш велосипед под колеса автомобиля Infinity FX»?

Ответ: «Я не успела этому возразить, т.к. мое внимание было приковано к автомобилю, который в этот момент начал движение и наехал на велосипед...»

Вопрос: «Выразили ли вы возмущение очевидцу после того, как автомобиль Infinity FX наехал на ваш велосипед, который этот очевидец подложил под колеса автомобиля?»

Ответ: «В этот момент я переживала за то, что водитель автомобиля Infinity FX портит мое имущество в виде велосипеда, и я пыталась донести это до водителя. Возмущение очевидцу, подложившему велосипед, я не выражала, т.к. на это не было времени».

* * *

Пудовкин: — И где же «Витас сбил велосипедистку»? Она где-то стояла и со стороны на все смотрела. А потом начала орать: сбили, убивают! На суде меня, конечно, разрывало. Это сейчас я немного успокоился. Отдельное спасибо и восхищение нашему адвокату Сергею Жорину за его невероятную профессиональную работу. Они раскололись во многом благодаря его кропотливости и въедливости, а поначалу твердо стояли на своем, да еще с таким заносчивым апломбом. В первые дни ситуация действительно казалась абсолютно чудовищной, понятной и очевидной до банальности — приехал зарвавшийся артист в публичное место, сел за руль, сбил несчастную велосипедистку… А собравшаяся толпа видела не сам инцидент, а уже его последствия — возню на газоне, где с Витасом разбирались какие-то «очевидцы» за «сбитую велосипедистку». Его окружили и не отпускали. Полиция приехала намного позже. И после этого началось шоу — Витас насильник, монстр, угрожал оружием, пытался скрыться. Сонм обвинений, преступник номер 1 в мире, а я — продюсер уголовника... Даже у меня, человека, который 15 лет проработал с артистом, знал его человеческие характеристики, в первые дни было какое-то затмение, что да, я чего-то такого недоглядел.

Витас: — Для меня это было очень тяжело, когда я видел, что даже Сергей сомневается. Мне казалось, что я попал в западню, из которой нет выхода…

Ну, телекадры — вещь сильная, и Витас на них выглядел явно непрезентабельно и изрядно подшофе…

Пудовкин: — А насколько адекватно будет выглядеть человек после семи или восьми ударов по голове, что установило следствие? Дают по голове, человек плывет, впадает в прострацию. Его держат на газоне, стекается публика. Все видят велосипед под колесами. Начинаются съемки на телефоны, 99% снимает сама Холодова, которая через два дня обвиняет Витаса в угрозе убийства. Ничего себе, она написала заяву, что человек ее пытался убить, застрелить, но не испугалась, взяла мобильный телефон и начала снимать «убийцу» у него же в машине. Нормально испугалась?! Абсурд! Кадры, которые крутили везде по ТВ первую неделю после происшествия, снимала именно Холодова. Только она. С этого момента они начали отвлекать внимание от себя. Сейчас мы знаем, кто подложил велосипед. Более того, этот человек известен и уже дает показания.

То есть «потерпевшие» станут обвиняемыми?

Пудовкин: — Остался только один вопрос: было ли это в составе организованной группы или они идут как отдельные, не связанные друг с другом люди? От этого может зависеть количество лет.

Зачем же Витас, понимая все, что с ним происходит, был так груб в общении с полицией, за что теперь и наказан штрафом?

Витас: — Мне тогда казалось, что все и всё против меня, я чувствовал себя загнанным зверем, которого вот-вот растерзают. Я действительно не очень хорошо понимал, что происходит. К тому же рядом были мои жена и ребенок, страшно напуганные происходящим, и мне казалось, что им угрожает еще большая опасность. Я жалею, что так вышло.

Пудовкин: — Сотруднику полиции, который оказался в этой ситуации, мы принесли извинения. Я сейчас не ерничаю, прошу прощения за то, что они тоже оказались участниками этой провокации. Надо понимать, какую они увидели картину, когда приехали. Видят покореженный велосипед, видят людей в попытке линчевать преступника, который переехал этот велосипед. Видят, что это Витас, та самая зарвавшаяся звезда. Всё на лицо! Не надо ничего доказывать! Холодова орет, что ее зарезали, изнасиловали и задавили. У полиции нет никаких вариантов, кроме как заковать злодея в наручники. Они его и заковывают. Витас получает по полной за то, чего он не делал. Вот вся схема. В какой-то мере я понимаю сотрудников полиции, у которых не было возможности разобраться на месте. А это уже идет четвертый час шоу, когда он, как медведь, стоит на цепи, его снимают на мобильники, орут! Я видел эти кадры — ужас! Спой-ка нам, ты клип снимаешь? Собираются пьяные люди, тычат со всех сторон, издеваются. Ребенок начинает плакать, истеричная атмосфера, никто бы не выдержал. Я не буду комментировать, кто толкнул жену, но то, что Витас дернулся к своей жене, оттолкнув полицейского, — по-мужски я его понимаю. По закону — нет. Вот моя позиция. Пусть в меня кинут камни те, кто к своей бы жене не бросился, видя, что ей угрожают, — в наручниках ты или без наручников... Как бы там ни было, он за это ответил. Героизировать я его не хочу, и мы на эту тему серьезно говорили. Популярность не дает права вести себя некорректно — ни к людям вообще, ни к представителям полиции при исполнении. Популярный ты или не популярный, но обязан уважать закон и быть предельно корректным, даже если ты попал в затруднительную ситуацию. Это никого не интересует. Следствие с Витасом разобралось, и на сегодняшний момент претензий к этому человеку и к этому артисту у следственных органов нет…

В какой-то момент, однако, было ощущение, что из этой истории делают очередной показательный процесс, как у нас любят. К счастью, до истины докопались — и вам это обошлось всего в 100 тысяч. А узники Болотной вот за то же самое уже год сидят в тюрьме под судом и следствием, и, похоже, там задачи докопаться до истины даже не стоит…

Пудовкин: — Пока не появились протоколы допросов «потерпевших», а это случилось не сразу, казалось, что все к тому и идет — к показательной порке «зарвавшейся звезды», и никакие вмешательства извне были невозможны. Но расследование оказалось абсолютно беспристрастным, на мой взгляд, дистанцированным и на таком уровне, что ни продюсеры, ни певцы, ни какие-то письма ни на что в принципе не могли повлиять.

Хорошо, что следствие у нас иногда бывает беспристрастным. Вам крупно повезло.

— В этом случае даже мини-сенсация произошла, потому что больше всего мне помогло именно следствие. А телевидение, наоборот, не помогало, а топило нас. В какой-то момент я и сам поплыл, а следствие доказало, что это была банальная дорожная подстава. И осталось только одно обвинение — сопротивление полицейскому при исполнении служебных обязанностей. Прокурор прямо на заседании запросил штраф. И уже когда было ясно, что все обвинения с Витаса сняты, только тогда, перед финальным заседанием суда, я обратился к коллегам с просьбой подписать письмо о смягчении наказания, а до этого ни к кому не совался, чтобы это не выглядело как давление или пиар-кампания. Текст был простой: мы, такие-то и такие-то, просим не применять максимальную меру наказания и отнестись к артисту со снисхождением за заслуги, 15 лет он честно и порядочно выходил на сцену и т.д., мы его поддерживаем, мы его коллеги. Не более того. И мы благодарны всем, кто подписал письмо, — Юрию Антонову, Валерии, Александру Маршалу, Трофиму, Стасу Пьехе, Ани Лорак, Николаю Баскову, который вообще первый, в первые же дни травли выступил в нескольких телепрограммах с призывом перестать травить Витаса и раздувать из мухи слона, когда все живы и здоровы.

Может, вам в том же составе — от Баскова до Антонова с Валерией — попросить теперь и за сидельцев с Болотной? Несчастных уже год маринуют за то же, что Витасу обошлось в 100 тысяч, — сопротивление полиции. Просто письма от академиков, писателей, общественных деятелей, Шевчука, Макаревича, Гребенщикова и прочей «совести нации» не помогают. Может, не хватает народной попсы в хоре защитников? Может, после записи гимна всей поп-компанией поднять голос за гонимых, раз вы сами в этой шкуре побывали и знаете, как это плохо?

Пудовкин: — Дело не в презренной «народной попсе» и благородном «протестном роке». Я думаю, что надо разбираться по факту, непосредственно по каждому эпизоду, но, конечно, беспристрастно и честно, как было и в нашем случае. Можешь считать, что прямо сейчас Витас и его продюсер Пудовкин призывают со страниц «МК» к честному и беспристрастному суду, тем более что эта история, так же как в нашем случае, тоже резонансная. Хотя справедливость должна торжествовать в любых случаях, и не только резонансных.

К счастью для Витаса, он, отбиваясь от полиции, не скандировал: «Жуликов, воров и узурпаторов под суд!», — что, видимо, и помогло насладиться диковинной по нынешним временам штукой — честным и беспристрастным судом…

Пудовкин: — Нет, дело не в этом. Я скажу свою позицию. Витас ведь безоговорочно признал свою вину. Сразу. Никаких комментариев и возражений в части «сопротивления полицейскому при исполнении» не было. Накосячил — отвечай по-мужски, не дело потом идти в отказ и делать вид, что ты не сопротивлялся. Я думаю, есть определенная градация и определенные последствия. У нас не было ни увечий, ни выбитых зубов, просто факт сопротивления и обвинительный приговор. Такой, какой есть. Был факт — изволь ответить. Но отвечать за то, что ему подложили велосипед, тут уже извините — пусть отвечают те, кто его подложил, и тут я не остановлюсь. Сколько у меня есть сил и энергии заниматься этим, столько я эту историю не оставлю.

И когда ждать посадки Холодовой и компании?

Пудовкин: — Это вопрос к следствию. Наш адвокат Сергей Жорин предлагает инициировать возбуждение уголовного дела. Но помимо юридической есть и эмоциональная сторона всего этого дела. Настолько это была мелкая шушера! Шелупонь же, гопники! Вдвойне обидно. В этом и сложность, и унизительность ситуации, но так сложились звезды в тот день. Витас попал под эту гопоту. Я в шутку теперь ему говорю: пойдешь на ВДНХ, надевай костюм сценический, чтобы сразу видели, не перепутали. Но что с ним сделали потом на ТВ, взрывая свои рейтинги на травле! Только ленивый не рассказал, какой Витас монстр и как зарвавшаяся звезда сбила несчастную велосипедистку. Вот интересно, что они сейчас будут говорить?

А ничего! Ложки нашлись, осадок остался. Сатисфакцию будете требовать? Или такова жизнь артиста, что уже ничего не поделаешь?

Пудовкин: — Да, такова жизнь артиста, и по лицу тоже надо уметь получать. Причем желательно лицо потом нормальное сохранить. Что касается сатисфакции… Мне многие каналы и программы предлагают теперь деньги от миллиона рублей за то, чтобы мы пришли и рассказали всю правду о случившемся. Наверное, самая лучшая сатисфакция — моральная. Но я ею не воспользуюсь...



    Партнеры