Бунт на «цирковом корабле»: почему артисты начали массово увольняться

Росгосцирк предлагает реформировать систему проката, но уволившиеся не верят в перемены

В цирковом мире — буря. За последние четыре месяца 99 артистов написали заявления об увольнении по собственному желанию из Росгосцирка, среди них представители известных династий — Мстислав Запашный (младший, двоюродный брат Эдгарда и Аскольда), Сергей Нестеров, Татьяна и Василий Тимченко и Наталья Майхровская. Причины озвучивают разные — и маленькие зарплаты, и отсутствие финансирования на содержание животных. Дрессировщики жалуются, что им самим приходится покупать корма. И проблемы с прокатом представлений: долг артистов — прокатчиков программ главной цирковой компании достиг 19 млн рублей!

Росгосцирк предлагает реформировать систему проката, но уволившиеся не верят 
в перемены

Причины увольнений артистов на днях обсудили в Общественном совете при . Инициировал встречу один из его членов, Эдгард Запашный. Но одним заседанием дело не ограничится — договорились встретиться еще раз на следующей неделе. Хотя, очевидно, этим дело не кончится. А собственно, из-за чего весь сыр-бор? В чем винят уволившиеся цирковые артисты Росгосцирк?

Василий ТИМЧЕНКО (младший), дрессировщик морских львов:

— Во время отпуска наши животные содержались на базе Росгосцирка, но корма приходили от нас. Когда деньги кончились, фирма, которая нам поставляет корма, под честное слово кормила животных. Животным ведь не объяснить, что денег нет. Потом от Росгосцирка пришло гарантийное письмо о том, что компания обязуется погасить все долги до 1 октября, но до сих пор деньги поставщику кормов не выплачены. Что касается лично меня, то после отпуска и после вынужденного простоя (ждали две недели, пока закончится одна программа и началась следующая) за сентябрь я получил 25 тысяч. А у меня семья, грудной ребенок. Теперь я вольная птица, у меня масса предложений — на год вперед. Но ни в одном филиале Росгосцирка, которые есть по всей стране, я работать не смогу.

 Заслуженный артист Россия Рауф РАСУЛОВ озвучил другую, может быть, более важную причину непримиримости конфликтующих сторон: 

— Я уволился потому, что довели. Зарплату платят не по норме. Был приказ при Халиловой, что 20 представлений нужно отработать в месяц, а реально дают 12–17. Допустим, когда я как прокатчик арендую цирк на 15–20 номеров, это стоит 4 миллиона, а Росгосцирк выставляет мне, как прокатчику, счет на 6 миллионов 800. Я понимаю, что Главк хочет заработать, но если хотя бы миллион сверху брали, то можно было бы справиться. А так — нет. А как только я отказался от проката, меня начали гнобить. Еще я за свой счет кормил животных. Меня довели — уволился. Как только ушел — сразу появились предложения. У меня номера хорошие: групповой эквилибр — теперь такого номера в Росгосцирке нет. При советской-то власти было штук шесть, а теперь ни одного. Номеров с собачками-кошечками — штук 120, а наездников на страусах после того, как я ушел, не осталось. За последнее время ушло больше 90 человек, а за год — в разы больше. Люди недовольны политикой Гаглоева, но либо боятся уйти, либо их держат животные, купленные компанией, либо костюмы, приобретенные за счет государства, а один может стоить 30 тысяч.

Александр РЫБКИН, председатель общественной организации «Гильдия артистов циркового искусства», подтверждает, что на форум гильдии приходит много писем с претензиями к Росгосцирку — увольнения принимают массовый характер. Он также отмечает, что еще год назад было собрание гильдии, где ведущие мастера говорили о развале российского цирка, какого не было никогда. В итоге написали постановление собрания (его отправили в Минкультуры), и там сказано, что «работа Росгосцирка заслуживает неудовлетворительной оценки, действия компании ведут к краху российского цирка и гильдия выражает недоверие Гаглоеву и ставит вопрос о снятии его с должности». 

Что же на эти претензии отвечает Росгосцирк? «МК» связался с гендиректором Главка Вадимом ГАГЛОЕВЫМ. 

— Мы все большая семья, иногда бывают в семье скандалы. Но все равно мы живем все вместе — и цирк для нас общий дом. Вопросы, которые возникают, появляются не просто так: существует системная ошибка, которая была создана с начала 90-х, с момента распада Советского Союза и раздела Союзгосцирка, когда из системы вышло много цирков. Тогда сложилась практика частного проката. На мой взгляд, сейчас мы пожинаем плоды этой системной ошибки. Я имею в виду, что сотрудники Росгосцирка, работая как артисты в госпредприятии, стали при этом частными прокатчиками. Происходит конфликт интересов: где заканчивается артист государственной компании, а где начинается частный прокатчик? Для того чтобы разрешить эту системную ошибку, я предложил принять положение о прокате — как о внутреннем прокате цирковых программ, так и о внешнем. Определить, что такое цирковое представление, как оно создается. Вместо слова «прокатчик» я бы оперировал словом «продюсер». Вместе с продюсерами на основе государственно-частного партнерства мы будем создавать программы с последующим прокатом в наших цирках либо на других площадках. 27 октября на рабочей группе в Минкультуры по делам цирка я буду делать доклад по этому вопросу. Я хочу разрешить эту системную ошибку: на сегодняшний день многие артисты не понимают, что они работают в госкомпании, а то, что они при этом являются частными прокатчиками, — это коммерческая деятельность, которая не может быть субсидирована государством.

— Давайте внесем ясность: долг в 19 миллионов за Нестеровым и Запашным — за артистами или прокатчиками?

— Да, это долг за ними как за прокатчиками. Пока у меня нет четкого решения вопроса. Мы попытаемся найти ответ с коллегами из Министерства культуры и с коллегами из циркового сообщества. Разговор будет серьезный. Мне кажется, что нам удастся найти решение, чтобы исключить подобные споры.

— Вы хотите, чтобы уволившиеся артисты вернулись в большую семью?

— Это право каждого артиста. Они ушли по собственному желанию, если они захотят вернуться, мы рассмотрим их заявления. По странному стечению обстоятельств ушли именно те артисты, у которых есть долги, но они признают долги и готовы их погасить в судебном порядке.

— На встрече были представители семьи Тимченко — у них нет долгов, но есть претензии насчет кормления животных, которое они обеспечивают за свой счет и за счет зарплаты.

— Претензий Тимченко я не понял. Никто не урезал их животным корма. Я только поставил вопрос о том, что нормы, принятые еще в 70-е годы, на сегодняшний день устарели. Многие коллективы переходят на современные корма, но хочу обратить внимание, что артисты, которые занимаются лошадьми, собаководы, кошатники давно перешли на современные корма — сбалансированное питание с нужным содержанием белков, витаминов, минералов и т.д. Сложный процесс — рано переходить на новые нормы, потому что вопрос нужно прорабатывать со специалистами, ветеринарами, с научным сообществом.

— Речь, как говорят артисты, идет не о рационе, а о том, что кормление не было обеспечено Росгосцирком...

— Это не так. Все животные на довольствии, им обеспечен уход в необходимых комфортных условиях. Речь идет о другом. В случае с Тимченко в рационе ластоногих присутствует и осетрина, и лосось, и гигантские креветки, и телячья печень. Они считают, что эти продукты необходимы для сбалансированного питания. Об этом я и говорил: ну не питаются ластоногие телячьей печенью и осетриной в природе. Я только поставил этот вопрос и дал поручение соответствующему отделу в нем разобраться — рацион еще никто не менял. Когда получим заключение, тогда и будем принимать решение. Обратите внимание, что нормы питания одних и тех же животных в разных номерах существенно отличаются: такие же ластоногие в другом номере кормятся в два раза дешевле, чем в номере Тимченко.

— Отток артистов из Росгосцирка не приведет к тому, что программы будут оголены, а соответственно, неинтересны?

— За четыре месяца по собственному желанию ушли 99 артистов, включая Запашного, Тимченко, Нестерова, Майхровскую. А пришли 104. Сейчас возвращаются артисты из-за рубежа, которые уехали в сложные, переломные времена. Олег Константинович Попов возвращается для работы в компании — будем открывать с ним цирк на Фонтанке в феврале-марте следующего года. К тому же в этом году выпустился замечательный курс циркового училища, с которым мы сделали программу на профессиональной премии «Мастер». В рамках премии «Мастер» провели фестиваль «Мастерок»: привезли 260 детей из разных студий и коллективов, которые работают в нашей стране. Это потрясающие молодые кадры. И я не понимаю заявления Эдгарда Вальтеровича Запашного, что «все пропало, все ушли, некому работать». Это неверие в наши таланты, в страну! Мы два часа проговорили, и мне стало обидно, что мне никто из артистов не задал творческого вопроса. Ни о новых постановках, ни об открывающемся Ивановском цирке, ни об открытии программы, в которой будет участвовать Виталий Смолянец, который совершил подвиг: спас несколько человек во время аварии, при этом сам потерял две ноги. Были куплены специальные протезы. Он сейчас репетирует, очень хочет вернуться в строй. Разговор шел только о деньгах. Говорят, вот вы с нас требуете долги — поймите, это деньги налогоплательщиков, я должен это делать.

— Звучала претензия, что, допустим, арена на 20 представлений стоит 4 миллиона, а Росгосцирк берет еще 2 миллиона сверху.

— Расчет проката программ состоит из себестоимости цирка (зарплата сотрудников, расходы на содержание, коммунальные платежи и т.д.). Зарплата артистов и кормление животных должны погашаться за счет коммерческого проката. Все, что будет сверху себестоимости, делится между прокатчиком следующим образом: от 10–15% Росгосцирку, остальное — прокатчику. Это не такие плохие условия. Много прокатчиков выполняют эти условия: Гия Эрадзе, Анатолий Сокол, Таисия Корнилова, Артур и Карина Багдасаровы. Они справляются, а Нестеров и Запашный — нет. Значит, им нужно активнее привлекать зрителя, делать программы более интересными.

— Можно рассчитывать, что в следующие встречи в Минкультуры проблемы будут решены?

— Мы постоянно решаем проблемы. У нас работает художественный совет, тарификационная комиссия, которая рассматривает квалификацию артиста и вопрос о повышении зарплаты. Надеюсь, на этой встрече наша позиция была услышана: Росгосцирк имеет право на свою экономическую и творческую политику.

Однако, судя по всему, это был разговор слепого с глухим. Артисты остались на своих позициях, Росгосцирк — на своих. Однако из наших источников стала известна еще одна версия конфликта: ее суть в том, что артисты подняли мятеж с целью снять Гаглоева и поставить своего человека, который соблюдет их интересы. Кто может быть этим человеком? В частности, называется Эдгард Запашный. Так это или нет — покажет время.

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №26941 от 19 октября 2015

Заголовок в газете: Бунт на «цирковом корабле» обнажил ошибки 90-х?