Военная тема, активно эксплуатируемая современным кинематографом, все больше предлагает зрителю вариант пластмассовой войны, как в компьютерной игре, где никого не жалко. На мхатовской сцене у Сергея Женовача этого и в помине нет. Впрочем, увертюра его спектакля выглядит боевым экшном: по проходу кто-то бежит, но по причине кромешной темноты не рассмотреть бегущих. Слышны только дикие крики, стрельба над головой, легендарный занавес с чайкой наискось прошит очередью. Он как-то криво, своим левым полотном, тяжело валится на сцену. Зато его правая часть провисает, точно мокрый парус, едва держась на тросах А сверху с чудовищном грохотом летят фермы, что-то взрывается, рушится.... Того и гляди, по залу полоснут огнем. Как-то не по себе становится от имитации военных действий, материализованной постоянными соавторами Женовача – сценографом Александром Боровским и художником со свету Дамиром Исмагиловым.
Но это театр, где тепло и уютно, а каково было там, в окопах Сталинграда, молодым ребятам, по сути мальчишкам? Виктор Некрасов, которому в то время было слегка за тридцать, вместе с другими пережил этот ад и в 1946 году написал честную прозу о пережитом. Без пафоса и ложного патриотизма, простыми и великими словами. Не о войне, а о людях на войне, когда сегодня жив, а завтра убит. Не о территории и просторах, а об «изглоданной земле». А уже в 47-м за повесть «В окопах Сталинграда» 36-летнему Некрасову была присуждена Сталинская премия второй степени. Его «Окопы» перевели на 36 языков.
– Я убит или ранен? Почему не бегу? Надо бежать... – в неожиданно наступившей тишине спрашивает невидимый кто-то. – От смерти все рано не спасешься... Две маленькие дырочки у него в животе...
Да, сначала звучит голос, а потом появляется он, молодой лейтенант Керженцев (Артем Быстров), который, устало присев у провисшего занавеса, проведет нас в окопы Сталинграда – они тут же, слева от него на сцене, – и познакомит с живыми и мертвыми мальчишками, которым было-то не больше 24, но именно они определили ход войны, ее перелом.
![](https://static.mk.ru/upload/entities/2021/05/07/16/articlesImages/image/0d/30/ad/b7/6a0fcdcb45bd84f753e13f61b06b14c0.jpg)
Инсценировка повести, сделанной режиссером, выстроена так, что представляет каждого из них: короткий монолог тут переходит в такой же непродолжительный, а то и короче, диалог. Иногда текст разложен на три голоса, по репликам звучащий так просто, что становится не по себе от его будничности.
Окопная жизнь обошлась без вымыслов, эстетских или псевдоэстетских приемов (скажем, война как сон или бред, на которые легко списать все что угодно). Честной и суровой правде текста постановщики предложили такое же честное театральное прочтение. Минималистичное, сдержанное, где эмоцию выражает, пожалуй, одна лишь музыка Григория Гоберника – музыкальный пунктир, обозначающий тишину, цитата из симфонии Чайковского, вальс в финале.
Сергей Женовач: «Нам хотелось высказаться к 75-летию Победы в Великой Отечественной войне, но из-за пандемии премьеру пришлось перенести. Сейчас вокруг этой темы столько ведется разных разговоров, неверные оценки, наговоры... Война для многих уже не Отечественная, а только мировая. Мне кажется, это неправильно. Для своей работы я выбрал честную повесть Виктора Платоновича Некрасова «В окопах Сталинграда». Это полностью мужская история».
Да, в мхатовских окопах только мужской состав театра – 24 артиста, в основном молодых, и студенты. Актерам, особенно малоопытным, сложно существовать в таком вроде бы простом рисунке даже пластически, когда сидение в одной позе не напоминало бы отбывание номера. Хочу отметить несколько работ: сильную у Артема Быстрова, а также Алексея Красненкова, Артема Волобуева, Александра Усова, Данилы Стеклова...
Одна мизансцена на 1 час 15 минут (самая короткая постановка Женовача), которая изменится только в финале, когда мальчишки сорвутся из окопов, чтобы притащить к Новому году здоровенную елку и макушку ее украсить деревянной красной звездой. Под пронзительный вальс, который многие из них никогда больше не услышат.
![](https://static.mk.ru/upload/entities/2021/05/07/16/articlesImages/image/b4/cd/85/da/f528ca410bd6069887827a3b5dfe8376.jpg)
«Что там ни говори, а День Победы есть День Победы...Я сказал «что там ни говори», потому что многие вспоминают этот день по-разному. Не для всех это был праздник. Я не говорю о побежденных, я говорю о тех, кто в победе Гитлера видел только крах большевизма, о тех, кто, воюя с нами, думал, что воюет со Сталиным, наконец, о тех, кто считал, что война выиграна только большой кровью, штрафными батальонами, заградотрядами и СМЕРШем, больше ничем...
Все это не так. Победил в конце концов солдат. Ворчащий на все и всех, и в первую очередь на старшину, рядовой и Ванька-взводный, и в не меньшей степени генерал, пришедший на смену всем этим Ворошиловым, Буденным и Тимошенко; генерал, подобный Петрову, защитнику Одессы и Севастополя. Выиграл войну не Сталин, не партия, выиграл – народ!»
Так за два года до смерти напишет Виктор Некрасов, автор первого честного произведения о войне.