Год со дня аварии в московском метро: жизнь остановилась

Сегодня — годовщина страшной аварии в московском метро

Сегодня исполняется год с момента аварии в московском метро на перегоне Арбатско-Покровской линии между станциями «Парк Победы» и «Славянский бульвар». В результате этой катастрофы — крупнейшей в истории столичной подземки — погибли 24 человека и еще 271 пассажир был ранен. На судебном разбирательстве по делу об аварии, которое полным ходом идет в Дорогомиловском районном суде Москвы, в качестве потерпевших присутствуют 7 человек, которым довелось оказаться в злополучном поезде в 8.39 утра 15 июля 2014 года. Как страшная катастрофа изменила жизнь некоторых из них, выяснял «МК».

Сегодня — годовщина страшной аварии в московском метро

Уроженка Украины Анна ПАВЛОВСКАЯ в то роковое утро, как всегда, ехала на работу. Больших денег в Москва она не накопила — меняла одно место на другое, работая то уборщицей, то сторожем на стройке. Всю жизнь у женщины была мечта — она хотела купить собственное жилье, и год за годом копила на него деньги, которые, боясь потерять, все время возила с собой. Утром в ее сумке было 170 тысяч рублей. Потом — катастрофа, потеря сознания и больница, а сбережения безвозвратно потеряны (сумку так и не нашли). Диагноз — черепно-мозговая травма и перелом руки. После аварии у Павловской начались проблемы с речью.

— Компенсацию мне выплатили, — говорит пострадавшая, не уточняя ее сумму, — но на работу устроиться я больше не могла из-за состояния здоровья. В марте я решила поискать вакансии через Интернет — и нашла одну: искали прислугу для загородного дома на 100 тысяч рублей. Я взяла с собой сына и отправилась на собеседование. Там нас встретил мужчина, который представился Сергеем, он сказал, что хоть мы и не семейная пара, но вполне подойдем для работы в его загородном доме в Одинцове. Правда, для этой работы требовался патент от ФМС: у меня он был, а у сына — нет. Сергей предложил оформить его мне за 18 тысяч рублей — все, что у меня оставалось. Я на радостях отдала эти деньги — и он обещал мне перезвонить, когда вопрос решится, но так и не перезвонил. Деньги мне пока не вернули, и вот уже который месяц я перебиваюсь случайными заработками.

Потеря 55-летнего москвича Вадима ШИШКОВА не деньги, да и невозможно измерить ее никакими деньгами. Шишков в результате катастрофы лишился сына. 21-летний Вадим (на фото) после армии долгое время работал инструктором в горах и даже спас там не одну жизнь. Утром 15 июля он, как обычно, позавтракал с отцом и поехал на работу — хотел прийти в офис пораньше.

— Я днем по радио услышал о том, что случилось в метро, и мне сразу стало не по себе, — рассказывает Шишков, — я попытался дозвониться сыну, но безуспешно. Тогда стал звонить в полицию, в «скорую»... Уже вечером узнал, что Вадим в Царицынском морге. Мне потом рассказали, что погиб он мгновенно — ехал в первом вагоне. Компенсацию мне выплатили — около 3 миллионов рублей, — но для меня это слабое утешение: сына уже не вернуть. Я лично не знаком с обвиняемыми по делу об аварии, не знаю, кто они, что это за люди, и ненависти к ним не испытываю. Я просто хочу, чтобы виновные в катастрофе были наказаны.

Рамиль НАМАЗОВ до катастрофы работал преподавателем индийского языка и юристом. Еще утром, когда мужчина спускался в метро, у него было дурное предчувствие: мужчине казалось, что люди, которые ехали на эскалаторе навстречу ему, как-то странно на него смотрят. Намазов вошел во второй вагон, людей в нем было много, но некоторые сидячие места оставались свободными.

— Когда поезд ехал в тоннеле, я обратил внимание на его необычно большую скорость. Потом — резкое торможение и толчок, я ударился головой и потерял сознание. Когда очнулся, кругом было темно и душно — шел дым. Из кармана я достал сенсорный телефон, чтобы вызвать помощь, и на него полилась моя кровь из носа. В итоге я все же включил на нем фонарь и стал выбираться — это было долго и страшно. Когда я покинул метро, то сразу же «на автомате» пошел домой и просто лег в кровать: я не понимал, что происходит. Вскоре у меня подскочила температура — и мне пришлось вызвать «скорую». Врачи увезли меня в 67-ю больницу, где мне констатировали закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение головного мозга, перелом носа, травмы левой руки, ушибы таза и ног. Выписали меня 21 июля, но недавнее МРТ показало, что у меня проблемы с головным мозгом. Между полушариями накапливается жидкость (энцефалия). Из-за этого скоро мне придется делать дорогостоящую операцию. Как мне объяснили, только консультация по ней у европейских врачей стоит до 10 тысяч евро. Я все время плохо себя чувствую и из-за этого просто не в состоянии нормально работать, как раньше.

Историй таких — не одна и не две. Понятно, что власти сделали все возможное, чтобы несчастные пассажиры постарались забыть тот ужас, который им пришлось пережить утром 15 июля 2014 года. Но как стереть из памяти боль утраты близкого? И постоянное напоминание в виде боли физической? Уже сегодня ясно, что федеральному судье Антону Толстому, который ведет дело о катастрофе на перегоне Арбатско-Покровской линии, предстоит выслушать еще немало трагических историй.

Сюжет:

ЧП в московском метро: поезд сошел с рельсов

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №26859 от 15 июля 2015

Заголовок в газете: Их жизнь остановилась в тоннеле

Что еще почитать

В регионах

Новости

Самое читаемое

Реклама

Популярно в соцсетях

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру