Сюрприз от колесницы Славы
Первая полноценная конная скульптура украсила город без малого два столетия назад. Речь идет о шести красавцах-скакунах, запряженных в колесницу Славы, которая венчает Триумфальные ворота.
Данное архитектурное сооружение возвели у Тверской заставы в 1829-1834 гг. в честь победы над Наполеоном. По прошествии века, в сталинское время ворота разобрали, а в 1960-е решили восстановить их уже на новом месте - у Поклонной горы.
Строительство Триумфальных велось по проекту известного зодчего Осипа Бове. А вот скульптурным декором занимались мастера-ваятели Иван Витали и Иван Тимофеев. Именно благодаря им и появился отлитый из чугуна образец «небесного гужевого транспорта» на самом верху ворот.
Интересно, что когда в 1936-м по решению Моссовета историческую постройку начали разбирать (якобы, она сильно мешала движению транспорта) и приступили к демонтажу грандиозной повозки, оказалось, что конструкция эта - с подвохом.
О случившемся однажды во время работ рассказал корреспонденту «МК» историк транспорта Михаил Егоров, который услышал об этом случае от своего дядя – фотокорреспондента московской газеты Анатолия Егорова. Делавший фоторепортаж о ходе демонтажа газетчик вспоминал, что стоило лишь рабочим вынуть крепежные стержни, колесница Славы дрогнула и медленно покатилась по наклонной площадке своего постамента! Еще чуть-чуть, - и массивное металлическое изваяние рухнуло бы вниз с высоты Триумфальных ворот! Однако монтажники успели подпереть кирпичами колеса «ожившей» вдруг повозки... Кто бы мог подумать, что мастера ХIХ века огромную чугунную колесницу для скульптуры сделали вполне действующей, насадив колеса на ось по всем правилам тогдашней техники?!.
Петербург в Москве
«Ты делаешь лошадей лучше, чем жеребец!» - пошутил однажды император Николай I, придя в восхищение от очередного конного шедевра, созданного скульптором Клодтом.
Петр Карлович обожал коней и готов был их рисовать и лепить с утра до ночи, пропадая ради этого в конюшнях гвардейских полков. Кроме того самых красивых скакунов специально приводили в мастерскую скульптора. На сей счет существовало даже распоряжение царя: всякую армейскую лошадь, которая приглянется Клодту, по первому требованию ваятеля предоставлять в полное его распоряжение, чтобы служили «натурщицей».
В Москве можно встретить больше десятка клодтовских лошадок. Возле Музыкального павильона бывшей усадьбы Влахернское-Кузьминки, например, установлены две конные композиции «Укротители коней», повторяющие знаменитые скульптуры, изготовленные П. Клодтом для украшения Аничкова моста в Петербурге. Подобное «клонирование» объясняется весьма просто: хозяин усадьбы князь С.М. Голицын владел литейным заводом, где и отливали клодтовских коней для моста. Выполнив «госзаказ», князь решил воспользоваться своим служебным положением и распорядился изготовить еще парочку экземпляров столь приглянувшихся ему скульптур, чтобы украсить ими собственное поместье... На рубеже ХХ века Первопрестольная разбогатела еще на две копии с клодтовских «мустангов» (работу выполнил внук П.К. Клодта, Константин Клодт), - их поставили на Ленинградском проспекте у начала Беговой аллеи.
Ну а наиболее примечательная, эксклюзивная работа Петра Карловича в Москве это, конечно же, квадрига с Аполлоном на портике Большого театра. Автор сумел в данном случае решить почти невыполнимую композиционную задачу: он добился, чтобы, вопреки всем архитектурным традициям, конную скульптуру выдвинули на самый край крыши, - так, что передние ноги четверки лошадей уже нависают над пустотой. Благодаря этому при взгляде на квадригу с земли создается эффект стремительного движения упряжки.
Не на того коня посадили
По словам специалистов, уже 7 десятилетий в самом центре Белокаменной красуется чудо-небывальщина. Этакий бронзовый агитплакат сталинских времен под названием памятник Юрию Долгорукому.
Само собой, портретных изображений первого московского князя отыскать невозможно. Поэтому скульпторам, создававшим монумент, пришлось пофантазировать, но... Строго в рамках полученного «сверху» задания. Требовалось показать «роль личности в истории» - ну и показали.
В связи с темой нашего рассказа обратим внимание на княжеского скакуна.
- Во времена Долгорукого таких лошадей попросту не существовало, — с улыбкой пояснил один из ветеранов Музея коневодства, Давид Гуревич, с которыми в свое время довелось встречаться автору этих строк. – Тогда – в 12-м столетии, - под седлом ходили довольно-таки миниатюрные степные лошадки. А тут изображен монументальный кавалерийский конь - из тех, что были выведены лишь горазд позднее, лет 150-200 назад, а, то и вовсе в прошлом веке.
На страницах многих путеводителей можно прочитать, что княжеский конь-богатырь для памятника скопирован со знаменитого жеребца буденновской породы по кличке Символ. В действительности все было несколько иначе. К четвероногому красавцу, на котором в довоенные годы любил принимать парады нарком Ворошилов, бронзовый скакун на Тверской имеет лишь косвенное отношение.
- Когда создавалась конская фигура для памятника Долгорукому, в мастерскую к автору - скульптору Сергею Орлову, из нашего музея специально отвезли скелет лошади, чтобы можно было с помощью этого экспоната проверять правильность пропорций... Потом скелет еще долго оставался в мастерской ваятеля, которая была оборудована в церкви напротив Белорусского вокзала. Помню, меня и еще одного сотрудника послали забрать, наконец, музейное имущество. Неподалеку от входа в храм как раз толпился народ в очереди за арбузами, и вся эта разношерстная публика с удивлением смотрела, как из церковных дверей двое каких-то мужиков вытаскивают скелет на деревянной подставке и грузят в кузов машины...
Знаменитый монумент был торжественно открыт в 1954 году. А тридцать лет спустя преподнес исследовавшим его специалистам сюрприз: выяснилось вдруг, что, помимо «главного» коня, у памятника имеется и еще несколько «потайных» «лошадиных персоналий». Во время реставрации, при тщательном осмотре всех декоративных элементов скульптуры, на медальонах, украшающих сбрую княжеского скакуна, были обнаружены миниатюрные барельефы, на которых изображены некоторые известные памятники Петру 1, - в том числе «Медный всадник», конная скульптура царя-реформатора работы Растрелли... Может быть, таким необычным образом авторы монумента основателю Москвы намекали на преемственность традиции при создании конных скульптур?
Подарок Кутузову от Буденного
52 года назад возле музея-панорамы «Бородинская битва» установили конный памятник знаменитому русскому полководцу Михаилу Кутузову. Создание этого монумента растянулось на шесть десятилетий. Еще по случаю 100-летия Отечественной войны 1812 года весной 1912-го в российской империи был объявлен сбор пожертвований на сооружение монумента «победителю Наполеона». Однако до революции не успели собрать необходимой суммы, а после прихода к власти большевиков от такой «контрреволюционной» затеи и вовсе отказались.
Ситуация изменилась в 1945-м. к тому времени Михаил Илларионович был уже возведен в ранг национальных героев, благодаря упоминаниям о нем самого Сталина. Через несколько дней после победного завершения Второй мировой Генералиссимус подписал распоряжение об установке в Москве памятника Кутузову. Однако и на сей раз не сложилось: работы над созданием монумента затянулись, а пришедший к власти после смерти «отца народов» Н. Хрущев в пылу затеянной им борьбы с культом личности «затормозил» этот одобренный Иосифом Виссарионовичем проект. В итоге лишь в 1973-м был открыт наконец памятник национальному герою, макет которого скульптор Н. Томский создал еще за 10 лет до того.
Здесь мы обратим особое внимание на «напарника» бронзового генерал-фельдмаршала - на его коня. В данном случае тоже обнаруживается «смешение времен». Ведь в качестве модели при создании фигуры этого скакуна была взята одна из самых знаменитых лошадей Советского Союза – жеребец Софист, любимец легендарного маршала Буденного (и чистокровный представитель его «именной» - буденновской породы, выведенной в СССР). Именно верхом на Софисте Семен Михайлович дважды принимал военные парады на Красной площади. Несколько раз этот четвероногий красавец был в числе победителей международных соревнований по высшей школе верховой езды…
Вот так русский фельдмаршал, одолевший со своими войсками «непобедимую» армию Наполеона, уже несколько десятилетий восседает на коне знаменитого советского полководца!
А Софист умер через 5 лет после открытия памятника Кутузову, где он оказался запечатлен. Жеребцу было тогда 33 года.
Бронзовый трофей
Кроме парадных конных статуй есть в городе и несколько более камерных скульптур, изображающих «просто лошадей». Две такие статуи на долгие годы оказались «прописаны» у входа в один из корпусов Сельскохозяйственной академии на Тимирязевской улице. По собственным наблюдениям знаю, что они традиционно привлекали внимание пассажиров трамвайного маршрута №27, который проложен как раз рядом с этим зданием. Однако мало кому известно, что попали они сюда издалека: одна лошадка «родилась» во Франции, другая – в Германии.
«Француженку» создал более 120 лет назад скульптор Ледюк. Причем отлитая им из чугуна композиция изображала арабскую кобылу с жеребенком. Такое «семейство» купил русский помещик Бобятинский, чтобы украсить свои владения в Нижегородской губернии. Когда грянула революция, местные крестьяне усадьбу разгромили, сковырнув конскую скульптуру с постамента в пруд. Видимо, при этом она сильно пострадала. Во всяком случае когда через несколько лет чугунное изваяние извлекли из водоема, обнаружилось, что жеребенок куда-то пропал. В 1928-м скульптуру перевезли в Москву и установили перед Музеем коневодства на Скаковой улице. А после войны «иностранка» перекочевала в Тимирязевскую сельхозакадемию.
Другая конская скульптура из «Тимирязевки» изображает вполне конкретный персонаж – знаменитого жеребца тракененской породы по кличке Темпельхютер («Хранитель Храма»). Этот красавец прославился тем, что успел стать родоначальником целой лошадиной «династии», и в 1932 году скульптор Кюбарт получил заказ увековечить в бронзе жеребца-производителя для украшения территории конного завода в Восточной Пруссии. Весной победного 1945-го, монумент «взяли в плен» советские войска. Вместе с другими трофеями статуя была отправлена в Москву, где и заняла место перед фасадом одного из корпусов ТСХА.
К слову сказать, по прошествии некоторого времени немцы надумали получить назад эту скульптуру и даже собрали деньги на изготовление бронзового «дублера», которого хотели отправить взамен подлинника. Однако у российской стороны данная инициатива не вызвала энтузиазма. Так что пришлось Темпельхютеру №2 остаться в Германии; этот «клон» теперь украшает город Верден.
Увы, уже начиная с 1980-х на долю этих двух импортных скульптур выпало немало бед. Однажды бронзового Темпельхютера, стоявшего на низеньком постаменте, протаранил грузовик, водитель которого не справился с управлением. При этом скакун лишился своего хвоста. Отломанную деталь, конечно, потом припаяли, но в разгар бурных послеперестроечных лет «Хранитель Храма» подвергся новому нападению: ночью какие-то вандалы опрокинули статую, и у не опять отломился хвост А «подружка» тракененского жеребца - чугунная кобыла, которую хулиганы тоже обрушили на землю, при падении и вовсе разбилась на несколько кусков!
После завершения всех работ по реставрации оба изваяния решили более не подвергать опасностям и перевели на «внутридомовое содержание». Статуя Темпельхютера в результате «поселилась» в холле Центральной научной библиотеки им. Н.И. Железнова, входящей в структуру нынешнего Российского государственного аграрного университета, а чугунная кобыла хранится в Музее коневодства.
