Как музей превратился в мастерскую Владимира Дубосарского и что из этого вышло

Зураб Церетели молча входит в зал и тут же берется за кисть. За тем, что он пишет на красном холсте, следят три десятка глаз: лицеисты, не долго думая, начинают изображать мастера за работой на своих мольбертах.