Россия теряет Белоруссию

Для страны стратегически важно наладить контакты с оппозицией режиму Лукашенко

Весь конец 2020 года официальная Россия занимала по отношению к белорусским событиям выжидательную позицию, несмотря на признание Александра Лукашенко легитимным президентом страны. Как известно из многочисленных информационных утечек Владимир Путин в Сочи недвусмысленно попросил Лукашенко уже в ближайшей перспективе уйти после изменений в Конституцию, которые предполагали досрочные, в том числе президентские выборы. Тем самым решались бы две задачи: 1) не дать «улице» (т.е. очередной «цветной революции») победить; 2) избавиться от надоевшего Кремлю «младшего брата» по Союзному государству. В конечном счете, такая стратегия должна была оставить Белоруссию в зоне влияния России.

Для страны стратегически важно наладить контакты с оппозицией режиму Лукашенко

        Но вот закончился 2020 год, а с ним и 5 месяцев так и не разрешенного по российским лекалам белорусского политического кризиса. Несмотря на то, что массовые уличные протесты пошли на убыль, сделать вывод о том, что Александр Лукашенко «успокоил» общество никоим образом нельзя. Протест перешел в следующую стадию: растёкся по дворам, микрорайонам, быстро формируется андеграунд социальной и культурной жизни. Возникает параллельная реальность: днем люди делают вид, что учатся и работают, а вечером и ночью, в социальных сетях жизнь идет так, как будто «лукашизма» уже нет. При этом власти не понимают, что делать, ведь всех «не переловишь». Это очень напоминает польские 70-80-е годы прошлого века, которые закончились крахом «социалистической системы» во всей Центральной Европе, а затем и распадом СССР.

         Но, в отличие от Польши, такое сосуществование может продолжаться не годами, а скорее всего лишь месяцами, потому что есть интернет. Его отключение на длительный срок технически себе дороже для нынешнего белорусского режима, потому что лишает его возможности развивать «цифровой ГУЛАГ», а также просто обрушит финансовую систему и остатки экспортного сектора экономики.

        На этом фоне важно, что Александр Лукашенко, судя по всему, решил слить обещанный Владимиру Путину процесс конституционных изменений. Сначала он заявил, что эти поправки рассмотрит «Всебелорусское народное собрание», но под Новый год оказалось, что этого там не произойдет. А это мероприятие, напомню, состоится 11-12 февраля и, очевидно, единогласно/ единодушно оближет Лукашенко со всех сторон, поклявшись ему в верности. Москве это будет недвусмысленный сигнал о том, чтобы она не рассчитывала на его досрочный уход, пусть даже из-за теперь непонятно когда и как вносимых изменений в Конституцию.

        Если Кремль будет и дальше выжидать, то такой вариант развития событий станет реальностью. А, между тем, имеется два очень важных фактора, которые могут свести влияние России в Белоруссии с нынешнего определяющего до чисто символического, ничего не значащего  уровня.

        Первый из этих факторов – постепенное изменение отношения белорусов к России. Если говорить о наиболее активной и относительно молодой части тамошнего общества (а именно она является «мотором» протеста), то социология показывает, что отношение к России постепенно ухудшается. Причина – демонстративная (пусть и вялая) поддержка Москвой Лукашенко. Хочу напомнить, что в Белоруссии до нынешнего политического кризиса антироссийских настроений практически не было, что, к нашему сожалению, уникально для нынешнего постсоветского пространства. Если продолжать занимать выжидательную позицию по отношению к режиму Лукашенко, сохраняя при этом позитивную официальную риторику, то быстро формирующееся белорусское движение сопротивления очень скоро поставит крест на своих еще остающихся надеждах на то, что Россия – главный внешний игрок, от которого зависит разрешение кризиса.

        И тут пора сказать про второй фактор – это позиция Евросоюза и США. С их стороны уже введены первые пакеты санкций в отношении физических лиц и некоторых белорусских предприятий. Но, скажем откровенно, пока это чисто символические жесты, которые никак не отражаются на экономике страны и положении окололукашенковской элиты. Однако с большой долей вероятности можно предположить, что ситуация будет ужесточаться и из-за изменения политики Евросоюза, и прихода к власти президента Байдена. 

        Хочу напомнить, что Конгресс США подавляющим большинством голосов принял «Акт о демократии, правах человека и суверенитете Беларуси», который дает возможности президенту вводить новые санкции и не признает включение Белоруссии в Союзное государство с Россией. Вряд ли можно сомневаться, что новая американская администрация этим не воспользуется. А это немаловажный сигнал и для Евросоюза, который медленно, но последовательно ужесточает свою политику в отношении режима Лукашенко.  

        Скорее всего, в ближайшие месяцы следует ожидать следующей волны санкций, которые могут не ограничиться отключением SWIFT. Министр иностранных дел Германии Хайко Маас недавно упомянул и о введении эмбарго на закупку у Белоруссии ее основных экспортных товаров – нефтепродуктов и калийных удобрений. Такого типа санкции в недавние времена применялись только против Ирана в связи с его ядерной программой и нанесли огромный ущерб этой стране, вынудив ее пойти на ощутимые политические уступки. В случае с Белоруссией подобные санкции моментально обрушат ее экономику, быстро приведут к массовому обнищанию и без того небогатого населения. Возьмет ли на себя Россия функции компенсировать этот ущерб, если Лукашенко будет по-прежнему удерживать власть? Дело здесь не только в огромных невозвратных финансовых расходах (речь пойдет о десятках миллиардов долларов), но и в очередном витке напряженности между нашей страной и Западом.

        При этом события в Белоруссии станут, скорее всего, развиваться по действительно революционному сценарию, в результате чего режим Лукашенко будет свергнут, а Россия останется явно проигравшей стороной с потерянными деньгами и утраченным позитивным отношением к себе в массовом общественном мнении. Вариант введения российских войск в Беларуси «по просьбам трудящихся» я даже не хочу рассматривать из-за совершенно непредсказуемых, но наверняка тяжелейших (даже по сравнению с украинским кейсом) последствий для всего международного порядка.

        Очевидно, что кто бы ни пришел к власти в Белоруссии после Лукашенко, он или они не будут настроены поддерживать с Россией какие-либо партнерские отношения, тем более в рамках Союзного государства. В лучшем случае речь пойдет о мирном сосуществовании двух некогда дружественных («братских») стран.

        Избежать такого сценария Россия может, только перейдя от выжидательной к активной политике по отношению к режиму Лукашенко. И прежде всего надо налаживать контакты с Координационным Советом. Конечно, речь пока не идет о том, чтобы Владимир Путин или Сергей Лавров позвонили Светлане Тихановской. Для начала достаточно будет попросить об этом группу депутатов Государственной Думы, представляющих все ее фракции, и озаботившихся судьбой российско-белорусских отношений. Важным было бы и публичное выражение солидарности выдающихся российских спортсменов тем белорусским коллегам, которые попали под каток нынешних репрессий. 

        Для политического планирования важно то, что Светлана Тихановская является переходной фигурой, которая считает своей функцией организацию действительно свободных, демократических президентских выборов. Явного фаворита на них пока не видно. Поэтому крайне важно налаживание прямых контактов с Координационным советом и его лидерами, а также людьми, которые потенциально могут стать лидерами новой Белоруссии. В их числе немало тех, кто арестован. Нужно применить все возможности для того, чтобы они оказались на свободе.

        Понятно, что у Лукашенко такие шаги вызовут истерику. Но, получив столь недвусмысленные знаки потери им российской поддержки, ему деваться будет некуда, кроме как собрать вещи на выход. Тем более, что его окружение в таком случае начнет массово разбегаться, спасая себя.

        Только такой вариант развития событий позволит России сохранить шансы на сохранение и укрепление своих позиций в действительно дружественной нам Белоруссии, продемонстрирует всему миру нашу способность не консервировать, а реально решать конфликты на постсоветском пространстве. 

         Но вот закончился 2020 год, а с ним и 5 месяцев так и не разрешенного по российским лекалам белорусского политического кризиса. Несмотря на то, что массовые уличные протесты пошли на убыль, сделать вывод о том, что Александр Лукашенко «успокоил» общество никоим образом нельзя. Протест перешел в следующую стадию: растёкся по дворам, микрорайонам, быстро формируется андеграунд социальной и культурной жизни. Возникает параллельная реальность: днем люди делают вид, что учатся и работают, а вечером и ночью, в социальных сетях жизнь идет так, как будто «лукашизма» уже нет. При этом власти не понимают, что делать, ведь всех «не переловишь». Это очень напоминает польские 70-80-е годы прошлого века, которые закончились крахом «социалистической системы» во всей Центральной Европе, а затем и распадом СССР.

        Но, в отличие от Польши, такое сосуществование может продолжаться не годами, а скорее всего лишь месяцами, потому что есть интернет. Его отключение на длительный срок технически себе дороже для нынешнего белорусского режима, потому что лишает его возможности развивать «цифровой ГУЛАГ», а также просто обрушит финансовую систему и остатки экспортного сектора экономики.

        На этом фоне важно, что Александр Лукашенко, судя по всему, решил слить обещанный Владимиру Путину процесс конституционных изменений. Сначала он заявил, что эти поправки рассмотрит «Всебелорусское народное собрание», но под Новый год оказалось, что этого там не произойдет. А это мероприятие, напомню, состоится 11-12 февраля и, очевидно, единогласно/ единодушно оближет Лукашенко со всех сторон, поклявшись ему в верности. Москве это будет недвусмысленный сигнал о том, чтобы она не рассчитывала на его досрочный уход, пусть даже из-за теперь непонятно когда и как вносимых изменений в Конституцию.

        Если Кремль будет и дальше выжидать, то такой вариант развития событий станет реальностью. А, между тем, имеется два очень важных фактора, которые могут свести влияние России в Белоруссии с нынешнего определяющего до чисто символического, ничего не значащего  уровня.

        Первый из этих факторов – постепенное изменение отношения белорусов к России. Если говорить о наиболее активной и относительно молодой части тамошнего общества (а именно она является «мотором» протеста), то социология показывает, что отношение к России постепенно ухудшается. Причина – демонстративная (пусть и вялая) поддержка Москвой Лукашенко. Хочу напомнить, что в Белоруссии до нынешнего политического кризиса антироссийских настроений практически не было, что, к нашему сожалению, уникально для нынешнего постсоветского пространства. Если продолжать занимать выжидательную позицию по отношению к режиму Лукашенко, сохраняя при этом позитивную официальную риторику, то быстро формирующееся белорусское движение сопротивления очень скоро поставит крест на своих еще остающихся надеждах на то, что Россия – главный внешний игрок, от которого зависит разрешение кризиса.

        И тут пора сказать про второй фактор – это позиция Евросоюза и США. С их стороны уже введены первые пакеты санкций в отношении физических лиц и некоторых белорусских предприятий. Но, скажем откровенно, пока это чисто символические жесты, которые никак не отражаются на экономике страны и положении окололукашенковской элиты. Однако с большой долей вероятности можно предположить, что ситуация будет ужесточаться и из-за изменения политики Евросоюза, и прихода к власти президента Байдена. 

        Хочу напомнить, что Конгресс США подавляющим большинством голосов принял «Акт о демократии, правах человека и суверенитете Беларуси», который дает возможности президенту вводить новые санкции и не признает включение Белоруссии в Союзное государство с Россией. Вряд ли можно сомневаться, что новая американская администрация этим не воспользуется. А это немаловажный сигнал и для Евросоюза, который медленно, но последовательно ужесточает свою политику в отношении режима Лукашенко.  

        Скорее всего, в ближайшие месяцы следует ожидать следующей волны санкций, которые могут не ограничиться отключением SWIFT. Министр иностранных дел Германии Хайко Маас недавно упомянул и о введении эмбарго на закупку у Белоруссии ее основных экспортных товаров – нефтепродуктов и калийных удобрений. Такого типа санкции в недавние времена применялись только против Ирана в связи с его ядерной программой и нанесли огромный ущерб этой стране, вынудив ее пойти на ощутимые политические уступки. В случае с Белоруссией подобные санкции моментально обрушат ее экономику, быстро приведут к массовому обнищанию и без того небогатого населения. Возьмет ли на себя Россия функции компенсировать этот ущерб, если Лукашенко будет по-прежнему удерживать власть? Дело здесь не только в огромных невозвратных финансовых расходах (речь пойдет о десятках миллиардов долларов), но и в очередном витке напряженности между нашей страной и Западом.

        При этом события в Белоруссии станут, скорее всего, развиваться по действительно революционному сценарию, в результате чего режим Лукашенко будет свергнут, а Россия останется явно проигравшей стороной с потерянными деньгами и утраченным позитивным отношением к себе в массовом общественном мнении. Вариант введения российских войск в Беларуси «по просьбам трудящихся» я даже не хочу рассматривать из-за совершенно непредсказуемых, но наверняка тяжелейших (даже по сравнению с украинским кейсом) последствий для всего международного порядка.

        Очевидно, что кто бы ни пришел к власти в Белоруссии после Лукашенко, он или они не будут настроены поддерживать с Россией какие-либо партнерские отношения, тем более в рамках Союзного государства. В лучшем случае речь пойдет о мирном сосуществовании двух некогда дружественных («братских») стран.

        Избежать такого сценария Россия может, только перейдя от выжидательной к активной политике по отношению к режиму Лукашенко. И прежде всего надо налаживать контакты с Координационным Советом. Конечно, речь пока не идет о том, чтобы Владимир Путин или Сергей Лавров позвонили Светлане Тихановской. Для начала достаточно будет попросить об этом группу депутатов Государственной Думы, представляющих все ее фракции, и озаботившихся судьбой российско-белорусских отношений. Важным было бы и публичное выражение солидарности выдающихся российских спортсменов тем белорусским коллегам, которые попали под каток нынешних репрессий. 

        Для политического планирования важно то, что Светлана Тихановская является переходной фигурой, которая считает своей функцией организацию действительно свободных, демократических президентских выборов. Явного фаворита на них пока не видно. Поэтому крайне важно налаживание прямых контактов с Координационным советом и его лидерами, а также людьми, которые потенциально могут стать лидерами новой Белоруссии. В их числе немало тех, кто арестован. Нужно применить все возможности для того, чтобы они оказались на свободе.

        Понятно, что у Лукашенко такие шаги вызовут истерику. Но, получив столь недвусмысленные знаки потери им российской поддержки, ему деваться будет некуда, кроме как собрать вещи на выход. Тем более, что его окружение в таком случае начнет массово разбегаться, спасая себя.

        Только такой вариант развития событий позволит России сохранить шансы на сохранение и укрепление своих позиций в действительно дружественной нам Белоруссии, продемонстрирует всему миру нашу способность не консервировать, а реально решать конфликты на постсоветском пространстве.