Признания врача, работающей с зараженными: «Уверена, мой тест будет положительным»

«В Москве мы всех считаем контактными по коронавирусу»

В Москве продолжают активно разворачивать коечный фонд для борьбы с коронавирусом. Сейчас пациентов с COVID-19 принимают в 13-ти федеральных, городских и частных стационарах. Молодой врач одного из инфекционных отделений, Светлана, ежедневно находится в самом очаге заразы и зоне риска. Она рассказала «МК» о своих трудовых буднях и о том, почему нам всем следует продолжать сидеть дома.  

«В Москве мы всех считаем контактными по коронавирусу»

– У нас три зоны, в которых мы работаем: два «грязных» отделения – приемное отделение и стационар, и есть чистая зона, где сидит ординатор и врач, которые занимаются бумажной работой: созваниваются с СЭС, с Минздравом, дают все сводки по поступившим пациентам. Если у кого-то подтвердился COVID-19, мы звоним в СЭС, а уже они связываются с пациентами и спрашивают о контактах.

   – С чего начинается дежурство и как заканчивается?

   – Мы поднимаемся в чистую зону, – в костюмах мы туда не ходим, у пациентов в нее доступа нет. После пятиминутки идем переодеваться. Нам всегда помогают одеваться, объясняют, в какой последовательности что надевать. Кто-то идет в стационар, кто-то в приемное. Принцип у нас такой: мы ко всем относимся, как будто у них выявлен коронавирус. Есть такие, кто поступает к нам уже с подтвержденным диагнозом, а есть те, кто с подозрением. Потенциально мы боимся всех. Поэтому – в двух парах перчаток, респираторах, шапочках, костюмах, сверху еще защитный костюм с капюшоном, очках, бахилах – со средствами защиты, слава богу, все в порядке. У нас один вход, куда мы заходим в этом костюме, пока он еще чистый, а в другой выход мы выходим, когда уже считаемся грязными. Специальный человек обрабатывает нас, помогает послойно снимать костюм, это целая наука… Хорошо, что помогают, а то я периодически забываю, в какой последовательности что снимать.

В приемном отделении мы сортируем пациентов: кого мы можно отпустить домой, а кому на госпитализацию. Сейчас люди сильно накрученные, боятся; вот, например, приходил пациент с обострением аллергии, мы его проконсультировали и отпустили домой. Если делаем КТ и видим пневмонию, то госпитализируем, не имеем права отпустить. Вообще сейчас всех по Москве мы считаем условно контактными по коронавирусу – потому что уже такое число заболевших и огромное количество тех, кто является бессимптомным носителем.

  – Сколько врачей в день занимается такими больными?

  – С 8 утра до 20:00 девять человек, а в ночную смену с 20 ч до 8 утра дежурная бригада – пять.

  – Как происходит прием? Больных привозят на машине и в «скафандре»?

  – Нет, хотя я вначале тоже так думала... Часть приезжает на такси, даже не по скорой. Просто человек в маске приходит, в основном они без кислородной поддержки, более-менее себя все нормально чувствуют. Редко бывает, что кого-то привозят очень тяжелого, за неделю я только одного такого видела.  

  – А сколько в день принимаете с подозрением на вирус?

  – По-разному, вчера в дневную смену, например, я приняла 10 человек. Госпитализируются, как правило, все, отпускаем единицы. У всех берем мазок на коронавирус. Вообще он готовится три дня, но из-за большой нагрузки на лаборатории, выходит дней пять. С симптомами мы никого не отпускаем. Могу сказать, что из тех результатов анализа, которые пришли за последние пять дней, из 10 человек у трех подтвердился COVID-19, это средний процент. 

 – А сколько сейчас из всех больных, находящихся в больнице, с коронавирусом?

 – Из 100 у 20 подтвержден этот диагноз. Из оставшихся 30 процентов ждут результатов, а остальные – отрицательные.

 – А если отрицательный мазок, они все равно останутся у вас?

 – Они продолжают лежать до двух отрицательных проб. Вот они поступают – им сразу делают тест, и, если он отрицательный, мы делаем еще пробу. И если она опять отрицательная – выписываем. А если у человека подтвердился коронавирус, во-первых, мы лечим до выздоровления, плюс – когда у него оказывается уже после излечения мазок-положительный – потом берем еще два раза, и, если два раза отрицательный мазок, только после этого можем выписать. 

  – Сколько на ИВЛ у вас и как себя чувствуют остальные?

  – На ИВЛ пока один человек. В целом, у других температура от субфебрильной до 38,8. Как только мы видим повышение температуры – сразу сбиваем. Но у большинства температура до 38, и чувствуют они себя как при обычной ОРВИ. Сейчас такая тенденция, это то, что я наблюдаю, что становится меньше тяжелых. Поступают с редким покашливанием, делаем КТ, а там полноценная двусторонняя пневмония. Очень много бессимптомных.

  – Устаете сильно? В костюме защитном комфортно или нет?

  – Ну, мы молодые, нам чуть легче. Работаю смену по 12 часов, потом сутки отдыхаю, пока не устала, есть врачи, которым тяжелее, кто больше часов в сутки работает. В костюме жарко и плохо слышно, потому что он очень шуршит (улыбается), но сейчас я к нему привыкла и уже не так дискомфортно. 

  – А заразиться боитесь?

  – Сначала, если честно, было очень страшно. Я даже хотела уйти из специальности. Но решила посмотреть, как будет. Сейчас я уже не так боюсь, когда поняла, что вся Москва уже контактная. Врачи, конечно, первые в зоне риска, но я просто изменила отношение к ситуации. Уже осознала, что мы участвуем в чем-то очень важном. Хотя родители за меня ужасно переживают, конечно. Я считаю, что мы в больнице защищены достаточно хорошо, и, надеюсь, что я не принесу ничего домой на волосах, на своей одежде…

  – Больные лежат по одному, в полной изоляции?

  – Да, конечно. Пациенты между собой никак не контактируют. Еду им привозят, в коридор они не выходят. Посещения запрещены. Если нужно им что-то передать, то привозят в приемное отделение, и уже санитарки отвозят наверх. У нас есть как платные пациенты, так и по ОМС.  

  –  Бывает, что пациенты, которые платно, капризничают? 

  – Да вроде нет, едой они довольны, кормят «до отвала». Условия у нас очень хорошие. Скандалов никаких не было, а из капризов единственное – как-то раз два пациента одновременно поступили, а в приемном был только один врач, и никто больше не мог подойти. А некоторые любят поскандалить, – мол, мы платим деньги, а нас так долго не принимают.          

   – Есть мнения в обществе, что опасность преувеличена. Вы находитесь в самом очаге коронавируса, что вы думаете по этому поводу?    

  – Я считаю, что надо было еще раньше и еще жестче вводить меры, потому что сейчас до сих пор люди ходят по улицам. Разница в чем: гриппом обычно болеют сезонно, и он не так быстро распространяется. Проблема коронавируса в том, что он по контагиозности как ветрянка, то есть, один больной может в среднем заразить коронавирусом до двух человек в день. И изначально говорили, что маски нужно носить только больным. Но учитывая нынешнее положение, получается, что контактны в Москве все. Я могу себя хорошо чувствовать, но распространять коронавирус. Человек может вообще никак не болеть, но носить и выделять его и передавать остальным. Это связано с особенностями иммунитета. Поэтому сейчас важно, чтобы все сидели дома не для того, чтобы не заболеть, а для того, чтобы хотя бы не переносить, если у тебя нет симптомов, а ты заразен.  

 – Вы на улице в маске?

 – Я в маске хожу. Я-то понимаю, что я вряд ли уже заражусь, потому что и так в самом эпицентре. Но оттуда могу что-то выносить и быть переносчиком. И я даже думаю, что если сейчас мы сдадим тест, то он у меня точно будет положительным. 

  – А вас еще не проверяли? 

 – Должны в ближайшее время, у нас составлен график... 

Читайте также: "У бессимптомно болевших коронавирусом обнаружились поражения легких"

Сюжет:

Пандемия коронавируса

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28237 от 9 апреля 2020

Заголовок в газете: Врач «грязного» отделения: в Москве контактны все