Спасибо «неправильной» пицце
К своим 28 годам Элина успела побывать замужем дважды. Первый, студенческий брак просуществовал всего полгода — молодой супруг Элины, мальчик-мажор из обеспеченной семьи, вел себя с нею точно так же, как со своей матерью, готовой ради любимого сыночка на все и прощавшей ему хамство, грубость, ночные загулы и неограниченные денежные траты. Любить его такой же безоглядной материнской любовью Элина не смогла, поэтому расставание было бурным и быстрым.
Второго мужа она уже выбирала более тщательно — им стал расчетливый бизнесмен, умный, деловой, умеющий не тратить, а зарабатывать деньги. Однако и тут не сложилось: Элине в этом браке отчаянно не хватало тепла и спонтанности, тем более что деньги к тому моменту она и сама получала очень даже неплохие, работая руководителем пресс-службы крупного банка.
После того как оба мужа, и безответственный, и ответственный, счастья не принесли, она решила жить дальше в гордом одиночестве, разбавляя его эпизодическими, ни к чему не обязывающими романами. Любовники водили ее в рестораны, возили отдыхать на райские острова, дарили дорогие украшения, и Элина чувствовала себя в таком режиме прекрасно — по крайней мере так она говорила друзьям и знакомым.
Каково же было их удивление, когда спустя несколько лет совершенно неожиданно для всех разборчивая и капризная Элина вышла замуж за Андрея, своего ровесника без гроша за душой, без высшего образования и фактически без работы!
Молодожены не устраивали свадьбы и первое время почти ни с кем не общались. Но коллеги по работе, видевшие Элину ежедневно, признавали, что она буквально светится от счастья.
Долго сдерживать это счастье оказалось невозможно, и вскоре Элина призналась подругам, что ее избранником стал... разносчик пиццы, принесший ей заказ.
— Он доставил не ту пиццу, которую я заказала, — рассказывает девушка. — А у меня и без того в тот день было плохое настроение, вот я и разоралась на него — какого черта, это не «четыре сыра», я сейчас жалобу на вас напишу! Он мне вежливо так отвечает: пишите, конечно, но это не моя вина, перепутал упаковщик заказа. А я от этого его спокойствия еще больше разошлась — все вы там хороши, работать не хотите и не умеете! Он говорит — хотите, я сейчас же сгоняю за новой, «правильной» пиццей, и сделаю это как можно быстрее! Я ору — почему я должна ждать, уроды вы все! Короче, очень грубо и несправедливо с ним разговаривала. В итоге он принес мне другую пиццу и маленькую хризантемку — сказал, что это в знак извинения.
Элина говорит, что к тому моменту уже успокоилась, и ей было очень стыдно за свое поведение перед таким воспитанным и уравновешенным молодым человеком. Она извинилась и попросила его поужинать с ней вместе этой злосчастной пиццей. Он сперва отказывался, но девушка так искренне переживала и раскаивалась, что в итоге парень согласился.
— За ужином выяснилось, что Андрей вообще-то менеджер по продаже мебели, а курьером подрабатывает, потому что зарплата небольшая и не хватает денег на съемное жилье — свою квартиру он оставил после развода жене и дочке. Меня очень тронуло и то, что он не стал делить квартиру с бывшей, и особенно то, как великодушно и спокойно он о ней говорил. Без малейшей злобы, без раздражения, как это обычно бывает.
Элина предложила ему прийти к ней в гости завтра — сказала, что хочет угостить его нормальным домашним ужином, а не готовой пиццей. И в тот же вечер оставила ночевать...
— Я чувствовала, что нравлюсь ему, а уж сама и вовсе «поплыла» — меня тронули благородство и терпимость Андрея. Когда я извинилась за грубость, он посочувствовал и сказал, что это из-за нервной нашей жизни. Я раньше никогда таких мужчин не встречала...
Молодые живут вместе уже полгода, и Элина утверждает, что с каждым днем все больше убеждается в правильности сделанного выбора.
— Мне его отношение ко мне, его великодушие и доброта гораздо важнее, чем деньги и социальный статус. Потому что деньги у меня и так есть, а социальный статус в наше время — анахронизм. И мой Андрей — лишнее тому подтверждение.
Руки из того места
40-летняя Марина разошлась с мужем два года назад. За долгую семейную жизнь у нее накопилось к нему много претензий, и тот факт, что руки у мужа росли не из того места, был далеко не на первом месте.
Но сейчас Марина вспоминает об этом чаще всего:
— Все, что принято считать мужской работой по дому, мне приходилось делать самой — чинить потекшие краны, устанавливать электрические розетки, ремонтировать мебель... Если что-то сложное, то, конечно, мастера вызывала. Муж не умел вообще ничего делать руками, и даже посоветоваться по этому поводу с ним было нельзя. Сразу отмахивался — я, мол, в этих вещах ничего не понимаю. Конечно, развелись мы совсем не из-за этого, у него, изнеженного нарцисса, хватало и других, куда более серьезных недостатков. Но все же с тех пор у меня осталось неудовлетворенное восхищение мужчинами, которые способны засучить рукава и взяться за любую работу...
И однажды такой мужчина постучался в Маринину дверь. Вернее, не сам постучался — она вызвала его, чтобы повесить на стену новый плазменный телевизор. Олег уже одним своим видом заставил быстрее забиться сердце Марины: аккуратная и очень идущая ему спецодежда, чемоданчик с инструментами, вдобавок улыбчивый, общительный, но не болтливый. Он быстро управился с порученным ему нехитрым делом и заботливо поинтересовался, не нужно ли хозяйке еще что-нибудь сделать (Марина к этому моменту уже успела сообщить ему, что женщина она одинокая и ее дому не хватает мужских рук).
В результате за этот вечер Олег успел поменять проводку в ванной и починить неработающий миксер. И даже пытался отказаться от денег за дополнительную работу — но тут уж Марина настояла. А потом спросила, когда он мог бы приехать к ней на дачу — вот там вообще непочатый край работы!
На даче она растаяла окончательно, глядя, как ловкий и мускулистый Олег, скинув рубашку, залез на крышу и прибивал там оторвавшееся покрытие. И поскольку после крыши мужчине пришлось также налаживать электрический котел, заменять сливной бачок в туалете и чинить перила на крыльце, закончил все дела он уже почти ночью.
Марина заявила, что ехать по темной дороге она ему не