Суть сигнала: маяк в эфире
99% своего эфирного времени УВБ-76 излучает характерный жужжащий звук. Это — маркер. Он выполняет простую и гениальную функцию: занимает частоту, сигнализируя «канал активен и контролируется». Любое его изменение или прекращение было бы мгновенно замечено. Однако именно редкие и нерегулярные вкрапления человеческого голоса породили ореол таинственности.
Что передает «Жужжалка»? Голос из ниоткуда
В случайные моменты жужжание прерывается. В эфире звучит голос диктора (мужской или женский), который четко произносит последовательность кодов. Формат шаблонен: сначала позывной, например, «НЖТИ» или «Ангел», а затем наборы кодов.
Именно эти коды стали объектом пристального изучения. За годы наблюдений энтузиасты составили обширный лексикон станции, включающий сотни уникальных слов и словосочетаний. Анализ одного из таких списков, содержащего 298 позиций, показывает поразительное разнообразие: 293 из них являются уникальными. Это не случайный набор букв. Слова варьируются от осмысленных, но вырванных из контекста («Буран», «веселье», «геенна», «бильярд»), до искусственно созданных, лишенных прямого смысла («лесолед», «КОРЖОПЛОТ», «НИТРОМОПС»). Иногда передаются целые команды, например, «ОБЪЯВЛЕНА КОМАНДА 135», которая считается единым кодовым блоком.
Примечательно, что повторения крайне редки. В том же анализируемом списке лишь несколько слов, такие как «НИТРОМОПС» и «КОРЖОПЛОТ», встретились по два раза. В контексте десятков тысяч переданных за годы уникальных кодов это статистическая погрешность. Каждое такое повторение, однако, заставляет задуматься: было ли это ошибкой оператора, специальным акцентом на критически важной команде или подтверждением её получения?
Теории назначения: от шпионов до ядерного апокалипсиса
Точное назначение УВБ-76 официально никогда не раскрывалось. Молчание породило три основные теории.
Самая известная и драматичная связывает станцию с системой гарантированного ответного ядерного удара «Периметр» (на Западе — «Мёртвая рука»). Согласно этой гипотезе, непрерывный гул — это сигнал «всё в порядке». Его прекращение может интерпретироваться как свидетельство катастрофы (например, уничтожения командных центров) и стать одним из триггеров для автоматического запуска ответного удара. Хотя в 2019 году опровергли эту связь, миф остаётся крайне живучим.
Более вероятная и распространённая среди экспертов версия — это «номерная станция». Такие станции десятилетиями использовались спецслужбами по всему миру для связи с агентами в глубоком тылу противника. Агент, имея одноразовый шифроблокнот (книгу кодов), может расшифровать переданные слова («НИТРОМОПС», «БИЛЬЯРД-75») в конкретную инструкцию. Огромный запас уникальных кодовых слов и их редкая повторяемость идеально соответствуют этой модели, обеспечивая высочайший уровень криптографической стойкости.
Третья теория рассматривает УВБ-76 как закрытый канал военной связи для оповещения удалённых, засекреченных объектов (например, радарных станций или баз в Арктике), где обычная связь ненадёжна.
Активность как зеркало мира
Наблюдатели отмечают, что активность голосовых передач УВБ-76 — величина непостоянная. В спокойные периоды сообщений может не быть неделями. Но в моменты политических или военных кризисов их количество резко возрастает. Например, всплески активности фиксировались в феврале 2022 года, а также в августе и декабре 2024-го, когда за сутки могли прозвучать десятки сообщений. Для внешнего мира это служит неким сейсмографом, косвенно указывающим на повышение уровня готовности или активности неизвестных структур.
Можно ли её услышать?
Это самая доступная часть мистификации. Благодаря природе коротких волн, сигнал УВБ-76, хоть и с переменной силой, можно поймать почти в любой точке планеты на простой коротковолновый приёмник, настроенный на 4625 кГц (режим USB). Существуют и десятки онлайн-радиоприёмников (WebSDR), транслирующих её эфир в реальном времени. Любой желающий может прямо сейчас подключиться и услышать этот навязчивый гул — устойчивый, древний и бесконечно таинственный звук из прошлого, который продолжает звучать в настоящем, напоминая о тщательно охраняемых секретах ушедшей эпохи.
А вдруг это связный текст?
Мы предложили искусственному интеллекту составить связный рассказ из слов, которые передавала "жужжалка" в 2025 году. Получился текст в духе литературных экспериментов начала ХХ столетия.
Глядя на смотренье луны над Припятью, вождь ощутил измождение. Это был перенаем заката, череда перемен в сугубый день. Его адовый мозгопрах, томомозг, терзал крахосуп мыслей. Восход денницы не сулил пресности, лишь ржавленье души и омертвление воли.
Ранее, в апрельский звучаний джаз, его адъютант, долговязый мексиканец, принес коммюнике: объявлена команда 135. Это значило приближение обрыва. Верхом на нарте, рядом с тигроваром из зоопарка, он мчался по бульвару, но расстояние до спасенья было длиннющим.
Бесподобный завотст вел его через лесовьюк, где енотобюст и лесоволк вели безмoтивный спор. Котовоин с клиноком и пиратский самурай из Аннамит наблюдали. В ларьке аэропорта вокзальный коммерсант продавал шнапс и коньячный шнапс, а стиляга с аккордеоном наигрывал рунический мотив. Всюду была галиматья: бродолай с плюсоводом, ныряльщик с водометным глиссером, озоозаирский дитя с пищалкой.
Его замред, умелый стоик, дал поддержку. Но дружность была непременной лишь на делимитацию градиента. Математичка из Лиссабона что-то считала на арифмометре, а милиция в лютоволчьих шапках вела допрос однофамильца.
Вдруг — обвал. Стечение мелочишки стало критичным. Нервация охватила централ. Покаянный гречневик и опальный клиновой клиновец устроили сбраживание у склада. Возмещение ущерба требовало фондошурф. Краностольный грузчик, азотовоск, уронил бобину джутовредного препарата.
Он увидел дымозюзю над загребом — это горел склад снопового зерна. Пожарный, азовопулянин, метался с дымоскальпом. Рядом водолаз с ныряльщиком искали утонувший токосъемник в озере.
В перспективе маячил широкий Ассирийский воин, но это был лишь мираж, плагнат воображения. Его диалектизм рушился, как карточный домик. Ограждение из швеллеров не спасало от вьючного скотогона.
Он вспомнил давний лунотог с однофамильцем на пляжокоте. Тот был пимофлик, вечно жевал пастилку и говорил о квантовом микротроне. Теперь же тот персолют стал спидократом, владельцем файлораек и скрытых счетов.
Нареченье судьбы было жестоким. Живодерка суток тянула его к обрыву. Зуболиф времени сточил ключицу гордости. В носу стоял сладкий запах нарциссового зацветения и горький — гноевых ран.
В финале он стоял на обрыве, глядя на луну. Звучание череды событий стихло. Остались лишь тишина, холодный ветер и ясное понимание: все это было не сном, а суровой былью. Оборотень времени взял свое. Вождь стал тенью, переменой, дымом на ветру истории.
