Илья Лагутенко стал "неожиданным гостем" на своем балу

На юбилей фестиваля пригласили шамана, хоббита и русскую Леди Гагу

10 августа 2017 в 17:54, просмотров: 4748

Во Владивостоке, на берегу Тихого океана, три дня звучали гитарные риффы, песни на разных языках мира и то чарующе нежные, то зажигательные мелодии, привезенные музыкантами со всех уголков планеты. V‑Rox — детище фронтмена «Мумий Тролля» Ильи Лагутенко, несомненно рожденное по любви, — первый фестиваль шоукейсов в России, по формату похожий на легендарный техасский South By Southwest и, пожалуй, самый масштабный по музыкальной географии. В этом году он отметил свое пятилетие, а для «MegaБита» стал третьим и в очередной раз удивил новыми именами, внезапными встречами и особой, ни на что не похожей атмосферой, под стать характеру самого города. Как поет Том Йорк в своей знаменитой «Creep»: «You’re so fucking special».

Илья Лагутенко стал
фото: Ольга Костина

Если сложить все фестивальные дни за три года, прослушанные на них концерты и собранные интервью, то кажется, на V‑Rox «MegaБит» уже прожил отдельную жизнь, яркую и насыщенную, параллельную культурной столичной. Каждый раз Лагутенко со своей командой находит новые редкие музыкальные экземпляры, придумывает свежую концепцию «ярмарки музыки сегодняшнего дня», как он выразился в одном из наших интервью (очередное — с пылу с жару — можно будет прочитать в ближайшем выпуске «ЗД»). Оказываясь на фестивале, становишься героем экшна и никогда не знаешь, что ждет за поворотом.

фото: Ольга Костина
Илья Лагутенко.

В 2015‑м я попала в цепкие руки южнокорейской музыкальной мафии, представители которой приехали тогда в город целой делегацией и запомнились многим слушателям больше всего, познакомилась с «вьетнамской королевой хип-хопа» Suboi, обаятельными британскими рок-щеголями Echotape. 2016 год, прошедший под девизом «Люди. Искусство. Космос», впечатлил шоу пионеров советской электроники Zodiac, похожими на цунами концертами Shtuby из Тель-Авива, звуковыми ретро-фантазиями эксцентричного австралийца Джоэля Саракулы (с которым мы неожиданно встретились позже в Техасе) и фильмом «SOS Матросу!» о записи одноименного альбома «Мумий Тролля» на паруснике «Седов». Сцены из раза в раз менялись так же, как имена участников: в разные годы для публики работали площадки «Звезда», «Ракушка» и «Амфитеатр», «солнечная» и «лунная» площадки и неизменно — уютные залы местных клубов, где проходила ночная музыкальная жизнь. В 2017‑м выбор клубов пополнился новыми названиями, а на набережной выросла одна большая сцена с горящей наверху буквой V, ассоциирующейся не только с названием фестиваля, но также с именами города и богини победы древнеримского пантеона.

Тем временем и фестиваль успел обзавестись своим личным пантеоном. Между концертами команд на больших экранах транслировались поздравления с юбилеем от бывших участников, отрывки их выступлений и интервью. «Это же я! Это меня взял Марк на руки!» — кричала в толпе юная поклонница Echotape, увидев ролик со своими любимцами. Их соотечественники The Ghosts делились эмоциями от города и жаловались, что не взяли плавки: искупаться в Тихом океане — особый «пункт» гастрольной программы. Нидерландцы IX признавались в любви Лагутенко и неожиданно группе Die Antwoord, фолк-металисты из Китая Dream Spirit откровенничали, что поездка на V‑Rox стала для них одной из самых запоминающихся. Если все они общались со зрителями виртуально, то физически с ними были уже новые герои.

фото: Ольга Костина
Хаски.

В Приморье высадился на этот раз небольшой десант московских музыкантов, уже успевших заинтересовать часть столичной искушенной публики своим опусами. Глядя на солистку Wet Red Эву Вострокнутову, невольно вспоминаешь Леди Гагу и Жанну Агузарову, правда, в отличие от этих двух див певице еще стоит поработать над голосом и разнообразить электро-поп-звучание, но ее имидж, продуманный до мелочей, притягивает и интригует. Красное, белое, черное — любимые цвета, преобладающие как в сценических образах, так и в клипах. Работа с визуальной составляющей в случае с этой командой — сильное место: ее ролики «Eldorado», «Real», «Fighting» — острая протестная история против любой социальной дискриминации — как ожившие картины, за которыми наблюдаешь завороженно, забыв о времени. Группа выступала на тайваньском фестивале Love Love Rock, закрытых вечеринках фэшн-брендов и по легенде стала любимой командой Скай Эдвардс из Morccheeba. Парад ассоциаций продолжил дуэт Elektromonteur. В Интернете справедливо отмечали: слушая их музыку, представляешь, как Брайан Ферри навеселе поет в группе Depeche Mode по-русски. Кажется, Дэйв Гаан наложил на солиста Михаила Борзенкова свои чары, чтобы в отсутствие первого российские фанаты не так сильно скучали. Впрочем, столичные ребята не занимаются откровенным копированием, стараются находить свои приемы и создают довольно любопытные тексты, чем вызывают скорее симпатию, чем недоверие. Еще одним московским гостям — Weary Eyes, пришлось раскачивать толпу: они открывали программу первого дня — молча, без слов, инструментальным сетом, в котором сплелись элементы математического рока, блюза, постхардкора, построка. Удивительно, как на этих парней реагировали зрители: несмотря на отсутствие текстов, они внимательно прислушивались ко всем партиям, замирая на особо драматичных моментах, и в этот момент пространство перед сценой как будто превращалось в зрительный зал оперы или консерватории. Местной перчинкой стал эмигрировавший в Москву из Улан-Удэ рэпер Хаски, чьи треки сегодня в столице не обсуждает только ленивый. Дмитрий Кузнецов (так на самом деле зовут новоиспеченную звезду, уроженца Бурятии) активно эксплуатирует образ антигероя. Непохожий ни на колоритных участников «Касты», ни тем более на обаятельного Оксимирона, он исполняет «больные сказки», как сам называет свои треки, маленькими шажками семенит по сцене, размахивая детскими мягкими игрушками, корчит рожи, но все это каким-то удивительным образом сводит людей с ума. Поклонники во Владивостоке чуть ли не штурмовали ограждение, хлопали, визжали и улюлюкали что есть мочи, в очередной раз доказывая своим восторгом: народная любовь — проявление спонтанное и порой непредсказуемое.

фото: Ольга Костина
Эва Вострокнутова (Wet Red).

Музыкальный клан Владивостока представили играющие солнечный рэггей «Марлины», очень популярная на родине, судя по реакции фанатов, инди-поп-певица mescheryakova и подающая, по словам Ильи Лагутенко, большие надежды нью-диско-группа Starcardigan. Конечно, в юбилейный год горожане и гости города больше всего ждали выступления других аборигенов — любимого «Мумий Тролля». История развивалась по неожиданному сценарию. В этом году команда отмечала 20‑летие дебютной пластинки «Морская» эффектными шоу в разных городах России (о московских «ЗД» рассказывала в одном из выпусков), обещая, что выступит и на опен-эйре. Однако праздничный концерт прошел буквально за несколько дней до него, а когда на сайте появилась фестивальная программа, в ней не было главных виновников торжества. В день открытия пультовая была оклеена большими плакатами с лайн-апом, в вечернее время среди участников значился некий «неожиданный гость», которым и оказалась легендарная группа. Интуиция не подвела любящих поклонников. В «час че» они начали изо всех сил скандировать: «Му-мий Тролль!» Лагутенко со товарищи начали свой концерт с яркой звуковой прелюдии, напомнившей увертюру к экспериментальной, психоделической опере, после чего ворвались на площадку, сразу же накрыв все пространство мощной волной энергии. Артисты отыграли полноценный часовой сет с хитами и новым синглом «Отв. за Романтику», а потом, воодушевив зрителей, уступили площадку следующему участнику, которого «MegaБит» впервые увидел еще в Москве.

Грэм Кэнди: «Устал притворяться кем-то другим — хочу быть собой»

«Мумий Тролль» и артист из Берлина, переехавший в столицу Германии из далекой Новой Зеландии, сделали рокировку: если на всех шоу юбилейного тура «Морской» певец разогревал российских музыкантов, то на фестивале все произошло наоборот. У Грэма Кэнди, который в шутку называет себя хоббитом, — необычный высокий вокал, своя манера поведения на сцене и тонны обаяния, так что ему удается с первых минут выхода на площадку влюбить в себя всех присутствующих, вызывая радость и умиление. После выступления в Приморье он рассказал «MegaБиту» о неожиданных поворотах жизненного пути, страхах и надеждах, а также о дружбе с Лагутенко.

фото: Ольга Костина
Грэм Кэнди.

— Грэм, твоя история — о том, как воплотить мечту в реальность, рискнув всем. Несколько лет назад ты переехал из Новой Зеландии в Берлин, повернув свою жизнь на 180 градусов. Что побудило тебя сделать это?

— Мне тогда было 22 года. До этого времени я был актером, и мне всегда приходилось притворяться кем-то другим, быть под руководством кого-то другого — в общем, жить по указке. Мне все это надоело. Мне просто захотелось быть собой на сцене, делиться своими историями и показывать людям свою истинную сущность. Музыка помогла мне самому ответить для себя на вопрос «кто я?», найти свой стиль, который позволяет точно передавать эмоции, которые я испытываю.

— Ты почувствовал творческую энергию этого города, о которой все говорят?

— Туда съезжаются люди, занимающиеся самыми разными видами искусства, со всех уголков планеты. Там очень много арт-студий, где они экспериментируют, пишут музыку, картины, делают совместные проекты. Если ты знаешь, чего хочешь, у тебя есть идеи, амбиции, само пространство предлагает тебе варианты для их реализации.

— У тебя был какой-то план в начале музыкального пути или ты двигался исключительно по наитию?

— Я до сих пор учусь и нахожусь в поиске. У меня такое ощущение, что я все еще стою у подножия горы, которую мне нужно покорить — столько всего нужно узнать... Я точно уверен в одном: то, что я делаю, на 150 процентов должно быть искренним, идти от чистого сердца, и я должен делать это не только для себя, но и для тех людей, которые приходят на мои концерты. Я на площадке и в жизни — один и тот же человек. Более того, то, что вы видите на сцене, — «чистейшая» форма меня, концентрация всей моей жизни, потому что там для меня не существует никаких границ.

— Тебе приходилось справляться со страхами?

— Конечно. Страхи, волнение перед выходом на сцену — это нормально. Когда ты испытываешь негативные эмоции, грусть или злость, то вынужден искать причину, разбираться в себе, а значит, развиваешься. Я все время боюсь разочаровать самого себя, боюсь, что в какой-то момент не смогу написать очередную песню...

— Какие впечатления остались у тебя от тура с «Мумий Троллем»?

— Я не ожидал, что мне когда-либо удастся отправиться в путешествие по России, тем более с такой крутой группой, одной из самых известных у вас. Меня поразило то, как тепло нас встречала публика, создавалось ощущение, что мы с ней становимся одной семьей на время шоу. Незабываемый опыт.

— Как ты думаешь, что важнее для артиста — наличие таланта, харизмы или трудолюбие?

— И то, и другое важно. Это как разные ингредиенты, необходимые для приготовления одного блюда. Если они соединяются в нужных пропорциях, все получится. Главное, быть честным в творчестве. Люди чувствуют фальшь, когда ты занимаешься музыкой ради денег и славы. Я знаю, что, может быть, говорю банальные вещи, но осознавать их необходимо.

Echo & Tito: электронный драйв с восточными специями

Музыкальные приключения «MegaБита» начались еще до фестиваля — в самолете я оказалась рядом с одними из его хедлайнеров, израильской группой Echo & Tito (прямо как в песне «Сплина» «Мое сердце»: «...и совершенно случайно мы взяли билеты на соседние кресла на большой высоте»). То, что вытворяет на сцене этот электронный дуэт, похоже на мощный ураган, в вихре которого закручиваются этнические мотивы, элементы даба, хип-хопа, других стилей. Сочный, теплый вокал певицы Эко задает настроение, на площадке она превращается в игривую нимфу, Тито же «рисует» звуковые картины, ловко жонглируя ритмами, мелодиями и приемами. Идеально дополняя друг друга, они взрывают пространство вокруг своей музыкой. Артисты много путешествовали по миру, впитывая культуры разных стран, выступали на крупнейших фестивалях — Stereoleto, Fusion, TMW, а также на одной сцене с Infected Mushroom, Beats Antique и Balkan Beat Box. Они стали не только одними из самых ярких, но и самых активных участников V-Rox, отыграв на разных площадках три полноценных шоу, в том числе — и на финальной вечеринке в честь его окончания. В интервью они поделились секретами вдохновения и своей волшебной творческой кухни.

фото: Ольга Костина
Echo & Tito.

— Ребята, расскажите, как вам удалось найти свой неповторимый стиль, тот музыкальный язык, на котором вы общаетесь со слушателями?

Тито: Мне кажется, каждый артист выходит на сцену со своим творчеством под влиянием той музыки, которая его наполняет, которая ему нравится. То, что мы делаем, — это результат сочетания наших музыкальных вкусов. Из этого уже рождается нечто новое.

— У вас разные вкусы?

Эко: В чем-то они совпадают, в чем-то различаются. У нас, безусловно, много общего, но все-таки мы разные люди: я прислушиваюсь к своему сердцу, Тито — к своему, так и рождаются композиции. Нам самим очень интересно наблюдать за собой, как это происходит.

— Я знаю, что вы много путешествовали. Как это повлияло на музыку?

— Тито: Я думаю, люди обязательно должны путешествовать, потому что, когда вокруг меняются декорации, когда ты знакомишься с жителями других стран, то как будто снимаешь шоры с глаз, начинаешь видеть перспективу, глубже познаешь мировую культуру и одновременно лучше понимаешь культуру своей страны. Ты замечаешь что-то общее и различия, у тебя есть, с чем сравнить, восприятие становится шире и одновременно тоньше.

Эко: Путешествия очень вдохновляют, помогают освежить взгляд, и это очень позитивно влияет на творческий процесс.

— Культура каких стран вас больше всего впечатлила?

Эко: Безусловно, индийская, также — ближневосточная, потому что мы живем в Израиле. Сейчас нам очень интересно изучать африканскую. Мы экспериментируем с элементами разных культур, создавая музыку, используем национальные восточные инструменты для записи некоторых композиций.

— А как происходит творческий процесс?

— Тито: Всегда по-разному. Иногда мы отталкиваемся от конкретного бита и начинаем развивать его, иногда сначала появляется мелодия. Для меня это всегда вспышка вдохновения, которую сложно уловить и описать. Просто ритм или луп (закольцованный звук или набор звуков. — Прим. авт.) задают движение, и все закручивается.

Эко: Все может начаться и с какого-то текста. Мы просто приходим в студию и никогда не знаем, что будет происходить дальше. В этом вся прелесть. Есть только одно правило, которого мы придерживаемся, — всегда работаем вместе. Наша музыка рождается в коллаборации.

— С чего началась ваша история?

Эко: У меня появилась идея создать свой проект, и когда я познакомилась с Тито, то поняла, что мы должны делать его вместе.

— О чем вы мечтали, создавая группу?

— Эко: О том, что когда-нибудь будем давать интервью в самолете по дороге на фестиваль во Владивосток. (Смеется.)

Тито: Нам интересно воплощать свои фантазии, эмоции в музыкальную форму и делиться ими со слушателями. Когда ты чувствуешь резонанс, видишь, как люди радуются, танцуют, слушая твои композиции, это дорогого стоит.

— Как развивается современная сцена в Израиле и насколько сложно музыкантам продвигать свое творчество?

— Тито: С одной стороны, сегодня очень легко донести его до слушателей благодаря Интернету. Но вседоступность — это одновременно и минус, потому что в Сети существует такое количество музыки, что в этом море можно утонуть.

Эко: Сейчас появляется все больше талантливых исполнителей в самых разных жанрах — в джазе, в роке, электронике. Активно развивается инди-сцена. У нас было несколько интересных коллабораций с живыми музыкантами. Мне кажется, будущее — за сочетанием электронного и живого звучания.

Rattle And Hum Band: «Индийские слушатели в шоке от нас»

Лагутенко впервые пригласил во Владивосток команду из Индии и не промахнулся. Этих артистов, которые своим примером подтверждают, что этническая музыка, сделанная в современной аранжировке, может звучать свежо и актуально, приняли на ура. То, что делают Rattle And Hum Band, вполне вписывается в определение «мейнстрим» в его лучшем понимании. «MegaБиту» участники команды рассказали о своем фестивале, реакции местных жителей на их творчество и влиянии на него мастодонтов рока.

— Ребята, как правило, со словосочетанием «индийская музыка» ассоциируются исключительно национальные ритмы и мелодии, но вы показываете, что она может быть абсолютно разной… Как вы пришли к такому звучанию?

— Мы приехали из Северной Индии. Все участники нашей группы родом из разных племен, а у каждого племени — свои традиции и своя музыка. Они отличаются друг от друга. Мы соединяем все эти мотивы в том, что делаем. Кроме того, когда мы росли, слушали рок-музыку — Queen, Deep Purple, Led Zeppelin, а еще — электронику. Когда группа создавалась, появилась идея, что здорово бы было совместить этнику с роком. Это интересно.

— Как на вашу музыку реагируют индийские слушатели?

— Хорошо, но, если честно, они обычно в шоке. (Смеются.) Наша массовая публика еще к такому не привыкла, люди в Индии достаточно консервативны, их нужно приучать к таким вещам.

— Я знаю, что вы проводите свой фестиваль…

— Да, он называется Handshake Concert и проводится под патронажем правительства Индии в пяти странах. Это масштабная история, которая длится 10 дней, там представлена национальная культура в самых разных проявлениях — и традиционных, и более современных, и музыка, и танцы. В этом фестивале принимают участие артисты со всей Индии, собирается гигантское количество участников.

— Много ли в Индии таких исполнителей, как вы, которые пытаются осовременить национальную музыку, сделать ее более актуальной?

— Да. Их, пожалуй, больше, чем аудитории, которая к этому готова. (Смеются.) Вы же знаете, что у нас, например, есть Болливуд — наш аналог Голливуда. Так вот для Болливуда пишется вполне себе современная музыка. Не только для него, конечно. Многие исполнители просто играют сами по себе.

My Skin Against Your Skin: «Хотим показать тайваньскую сцену всему миру»

Весьма харизматичными оказались не только индийские, но и тайваньские артисты. На фестиваль приехал не только «шаман» Sangpuy, чей голос, как верят его соотечественники, обладает целебной силой, но и инди-рок-группа с эротично-эксцентричным названием My Skin Against Your Skin. Команда во главе с очаровательной Андреа Хуанг играет яркую, немного агрессивную и однозначно запоминающуюся музыку. Андреа рассказала в интервью о своих амбициях и впечатлениях от России.

— Как вы сами определяете свой стиль?

— Ну, в нашем понимании — это панк-рок. Мы росли на такой музыке и в этом смысле хорошо чувствуем, понимаем друг друга, смотрим в одном направлении, поэтому и возникла наша группа.

— А такая музыка популярна в вашей стране или вы — редкий диковинный экземпляр?

— Да, у нас есть свои слушатели, мы чувствуем себя достаточно комфортно в этом смысле. На самом деле в Тайване очень много самой разной музыки, как и везде, сцена потихоньку развивается, пусть в чем-то и медленнее, чем в каких-то других странах, но варианты развития есть. Вообще, говоря о музыкальной индустрии, тайваньский рынок — очень закрытый. Сегодня гораздо более популярны китайские артисты, чем исполнители из Тайваня, приходится пробиваться к своему месту под солнцем. Конечно, мы очень заинтересованы в том, чтобы расширять аудиторию, находить ее в других странах, представлять тайваньскую сцену за рубежом.

— Кто для вас является примером на большой сцене?

— На меня повлияли очень многие известные артисты. Среди них — Muse, No Doubt, Рианна. И это лишь маленькая часть.

— Вы первый раз в России?

— Да! И нам здесь очень нравится — прекрасные дружелюбные люди, приятная погода (в Тайване очень жарко, а здесь — идеально). Мы, конечно, уже наслышаны, что Россия — очень разная. И Владивосток совсем не похож на Москву, например.

Wa Rubbers: японский гибрид «Ленинграда» и Billy’s Band

Слушаешь их, и ноги невольно пускаются в пляс, а настроение поднимается на десятки градусов — удивительно, откуда в Японии появились такие задорные зажигательные парни, как будто с молоком матери впитавшие не то балканскую культуру, не то музыку Тома Уэйтса. Впрочем, фестиваль уже много лет доказывает, что панки, рокеры, джазмены, инди-музыканты и местные бреговичи есть везде. Было бы желание, а играть можно все что угодно. «MegaБит» попытался выяснить, откуда ноги растут. Некоторые ответы оказались неожиданными.

— Вы что-нибудь слышали о русской группе Billy’s Band? Вы на них чем-то похожи.

— Правда? Честно говоря, не слышали, но здесь, на фестивале, мы стараемся по максимуму знакомиться с творчеством российских команд, нам это очень интересно. Любопытно наблюдать, что в музыке каждого артиста на самом деле отражается его жизнь…

— Как возникла ваша команда и кто из легендарных музыкантов повлиял на вас?

— Мы все давние друзья. Изначально мы все вместе были участниками одного творческого объединения, которое занимается видеопродакшном, съемками короткометражек, даже дизайном одежды… Мы всегда много говорили о музыке и в какой-то момент решили: «Почему бы нам не сколотить бэнд?» Мы стараемся развлекаться и получать удовольствие, раздвигаем границы, можем сыграть и на гитаре, и на стиральной доске. Что касается тех, кто на нас повлиял, — этих исполнителей очень много. The Beatles, например…

— А Том Уэйтс, балканские музыканты?..

— Честно говоря, мы мало о них слышали…

— Удивительно. Ваша музыка — экзотика для японской сцены?

— В Окинаве — да. Хотя люди радуются, танцуют, мы видим, что они получают удовольствие, но не все к такому привыкли. К тому же у нас очень зажигательная музыка, а японская публика довольно сдержанна в своих проявлениях. В этом смысле — в России веселее.

* * *

Космические LudiSTELLO из Южной Кореи, играющие спэйс-рок с особым звучанием, которого они добиваются, используя аналоговую синт-/электрогитару, соединенную с электронными басами и акустическими ударными, их соотечественники National Pigeon Unity — герои южнокорейской молодежи, одна из лучших молодых инди-рок-групп в Америке Filligar, японцы Unhellys, поражающие слушателей хитрым сочетанием джаза, рока и хип-хопа в своей музыке, пост-панки The Big Wave из Китая — на три дня Владивосток превратился в целую звуковую Вселенную, эти и многие другие артисты выступили на фестивале, а если написать обо всех, приехавших на него с концертами за пять лет, получится большая энциклопедия V-Rox. И она будет пополняться все новыми и новыми страницами.




Партнеры