«Исламское государство» угрожает российско-китайской границе

Джихадисты откроют второй фронт?

8 июля 2015 в 11:33, просмотров: 13812

Недавние теракты запрещенной в России террористической группировки «Исламское государство» (ИГ) в Тунисе, во Франции, в Кувейте, а также обстрел израильской территории со стороны Синая продемонстрировали, что экстремисты продолжают укреплять свои позиции. Об этом в интервью «МК» заявил исламовед, директор Института религии и политики Александр Игнатенко, который в то же время отметил, что в Сирии и Ираке дела группировки идут не так хорошо. Эксперт также рассказал, зачем ИГ хочет открыть фронт в Китае и чем это угрожает России и ее международным экономическим проектам.

«Исламское государство» угрожает российско-китайской границе
фото: youtube.com

Убийства для отвлечения внимания

- Ввиду последних терактов можно ли говорить, что ИГ усиливается и выходит на новый уровень?

- Не только можно, но и нужно говорить о том, что ИГ, осуществляя вот эти все теракты, демонстрирует свои организационные и военно-политические возможности. Все эти теракты были осуществлены в одно и то же время – это было дни либо накануне Рамадана, либо во время Рамадана. Во всех этих терактах, что характерно, фигурирует ИГ – либо по названию, либо какой-то символикой. Во время теракта на заводе во Франции фигурировало знамя группировки. Так делается везде, где осуществляются подобные теракты и вообще где осуществляются любые акции ИГ. Например, отрезание голов или побивание камнями прелюбодеев – все эти акции осуществляются с манифестацией, с демонстрированием знамени ИГ. Они стремятся всеми этими терактами показать то, что ИГ реализует широкомасштабную экспансию в разных странах и даже на разных континентах.

Здесь есть второй аспект. В территориальном ядре ИГ в Сирии и Ираке дела сейчас идут не очень хорошо, и они, совершая теракты на периферии ИГ как территории, тем самым стремятся отвлечь внимание и оттянуть антитеррористические силы от территориального ядра группировки. Наконец, нельзя не сказать, что в каждом теракте преследуются конкретные цели. Например, их деятельность в секторе Газа связана с тем, что боевики хотят прорваться на побережье Средиземного моря. Они предпринимали эти попытки в Сирии, в Ливане. Вот сейчас это происходит в секторе Газа. Что касается тех ракет, которые были выпущены по Израилю, то это не военная акция, а акция пропагандистско-маскировочная. Таким образом они, выступая против палестинской администрации, а также против ХАМАС, заявляют себя как антиизраильскую силу, хотя на самом деле их главная цель – это та самая палестинская администрация и все те группировки, которые находятся и действуют в секторе Газа…

В настоящее время на Синайском полуострове идут бои египетских войск с филиалом ИГ – «Вилайетом Синая». Что характерно, этот «Вилайет Синая» возник как группировка, которая называлась «Ансар Бейт аль-Макдис» («Партизаны Иерусалима»). Они с самого начала шумели по поводу того, что они будут воевать против того, кого они называют «сионистским агрессором». Группировка с самого начала выступала под знаменем ИГ. Сейчас мы видим, что их настоящей целью является Египет и режим ас-Сисси. Там идет настоящая террористическая и контртеррористическая война.

Свидетельство веры

- Вы отметили, что перечисленные нападения произошли в Рамадан. Как это вписывается в понимание ислама боевиками?

- Рамадан для мусульман – это тот период, когда они могут засвидетельствовать свою веру и верность исламу через воздержание от пищи и питья в течение всего светового дня. Но в течение длительного времени – десятилетия, полтора десятилетия – во всех этих террористических группировках, которые, по их утверждению, ориентируются на ислам, появилась другая трактовка Рамадана. Боевиков этих группировок призывают продемонстрировать свою верность исламу через то, что называется по-арабски «шахада». От этого слова происходит известное слово «шахид». Первое значение слова «шахада» - свидетельство. Так вот этим боевикам говорят: «Засвидетельствуйте свою верность исламу в период Рамадана». Другим значением слова «шахада» стало принесение себя в жертву. Те люди, которые совершают самоубийственные теракты, делают это, веря в то, что они в этот период свидетельствуют свою верность исламу и что они прямиком попадут в рай.

Теракт в Кувейте, со слов очевидцев, произошел вот каким образом. Террорист-саудовец вышел перед молящимися и сказал: «Я сейчас буду разговляться (то есть делать то, что называется ифтар) в присутствии пророка». То есть он верил или делал вид, что верил, что он сейчас взорвется и попадет в рай и окажется рядом с пророком Мухаммадом в высших «этажах» этого рая. Причем все эти комбинации – пропагандистские и операционные – коррелируют с одним правилом, которое распространено среди боевиков-суннитов в этих организациях. Эти люди реально верят, что, убив шиита, они попадают в рай, как верили, что попадут в рай, те террористы, которые совершили теракты 11 сентября.

И потом, когда мы говорим об исламе, нужно всегда указывать какие-то квалитативы – какой ислам? Не существует ислама как такового. Он есть в многочисленных формах. Это сотни и тысячи школ, направлений, течений, группировок и т.д. В принципе, его можно представить как количество групп, которые следуют тем или иными улемам, то есть знатокам религии. Есть те, кто следует одним, а есть те, кто следует другим. ИГ имеет свой так называемый «комитет фетв и исследований». Этот комитет издает фетвы (решение по какому-то вопросу в исламе – «МК») по самым разным вопросам. У него была фетва о том, что должен делать настоящий мусульманин в Рамадан. Примерное содержание этой фетвы я уже изложил. Те люди, которые читают или слушают все это, принимают или вынуждены принимать за чистую монету. Здесь вопрос не столько в вере, сколько в том, что на этих будущих шахидов оказывается давление разными методами и способами. Роль этих «знатоков религии» очень велика. Кстати, те государства, которые борются с этой формой терроризма, высылают «имамов ненависти», то есть просто изгоняют, как это делает Франция, либо, как это сделано после терактов в Тунисе, закрывают те мечети, где выступают подобного рода «знатоки религии».

Сибирь под прицелом джихада

- Не так давно власти Таджикистана заявили об усилении экстремистских группировок вблизи их границ. Известен случай, когда командир таджикского спецназа перешел на сторону ИГ. Есть ли опасность, что группировка откроет второй фронт – в Центральной Азии?

- То, что она когда-нибудь откроет фронт в Центральной Азии, но он будет не вторым, а пятым или седьмым, если взять то, что происходит в разных странах мира, совершенно очевидно. Думается, что сейчас ИГ все делает для того, чтобы этот фронт был открыт не просто в Центральной Азии, а в какой-нибудь ее чувствительной части. По моим представлениям, это будет Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая. Делается очень много для того, чтобы в рядах ИГ и в других формах создать боевые террористические группы из уйгуров и других мусульманских национальностей, которые живут в Китае и в Центральной Азии в целом. А Синьцзян интересен для ИГ как минимум в двух отношениях. Во-первых, Синьцзян – в определенном смысле уникальное территориальное образование. Оно граничит по меньшей мере с 7 государствами Центральной Азии. Если там будет создан плацдарм ИГ, то с него можно будет выйти на 7 государств, включая Россию, которая граничит с Синьцзяном. Во-вторых, Синьцзян – это тот район, через который в Китай может быть проложен газопровод. Так вот те, кто стоит за ИГ, попытаются сделать все для того, чтобы разрушить этот проект. По этой причине боевики нанесут удар по территории Синьцзяна, а точнее – по российско-китайской границе в том месте, где Синьцзян примыкает к России. Читателям будет интересно узнать, что глобальное джихадистское движение провозглашает российскую Сибирь «исламской территорией», которая должна быть «освобождена». Сейчас идет подготовка к тому, чтобы открыть там новый фронт. Для этого делается много всего, включая вербовку жителей центрально-азиатских республик, Китая и России.

– То есть, проще говоря, России нужно переключить внимание на юго-восточное направление?

– Я бы применил лозунг, который выдвинул Советский Союз еще в конце 30-х годов, – «бить врага в его логове». Решение вопроса, конечно, заключается в том, чтобы уничтожить ИГ на чужой территории. Но, прежде всего, нужно создать большой «санитарный кордон», то есть по границам с востока на запад выстроить оборонительные рубежи. Это сейчас делается. Я упомяну антитеррористические мероприятия Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ). Так что там люди работают над этим.

«Самое большое количество чеченцев в ИГ – из Австрии»

– В июне появилось видеообращение, в котором боевики Северного Кавказа присягают на верность ИГ. Как вы оцениваете численность «северокавказской» части группировки?

– Тут есть несколько проблем. Некие люди анонимно выступили с заявлением, что создается «Вилайет Кавказа» как эксклав, как «часть ИГ» на российском Северном Кавказе. Но это писано вилами по воде. У ИГ есть такая манера – объявлять о создании вилайета (административная единица – «МК»). Например, в Саудовской Аравии уже провозглашено три или пять вилайетов. В других странах тоже провозглашаются вилайеты, но в них может быть один или несколько человек с черным знаменем ИГ. То заявление, о котором мы говорим, сделано не в форме видеозаявления, на котором можно было бы увидеть, сколько человек выступает, – оно записано в виде звукового послания. Там можно объявить все, что угодно. Совсем не факт, что за этим человеком, который выступил на записи, стоят какие-то силы.

Второй вопрос – это те северокавказцы и те русскоязычные бойцы, которые воюют в ИГ. Цифры разнятся. Это от тысячи до двух тысяч человек. В ходу цифра пять тысяч. Значительная их часть – это люди, которые попали туда совсем не из России и не с Северного Кавказа, а из таких стран, как Турция, Германия, Грузия и, вы будете удивлены, Австрия. Самое большое количество чеченцев в ИГ – из Австрии. Не из России.

Спецслужбы и правоохранительные органы разных стран опасаются того, что эти боевики будут возвращаться в соответствующие страны, в том числе и в Россию. Эпизодически это уже происходит, но я полагаю, что этого в обозримом будущем не произойдет. ИГ призывает на те территории, которые оно контролирует, как боевиков, так и специалистов разных профессий, включая врачей, инженеров, нефтяников, а также семьи мусульман из разных стран. Оно осуществляет зачистку контролируемых территорий, изгоняя оттуда всех немусульман, и заселяет эти территории мусульманами из разных стран. Так что они, по моей оценке, идут туда не для того, чтобы набраться опыта или принести какой-то опыт, а потом вернуться в страны «исхода». Они идут туда, чтобы там остаться.

ИГ не станет распылять тот человеческий материал, который оно в настоящий момент накапливает, не станет боевиков и их семьи возвращать во Францию, в Великобританию, в Италию и т.д. ИГ будет работать над тем, чтобы создавать фронты глобального джихада. Об одном из таких фронтов мы уже говорили.

«Львята» в балаклавах

– В последнее время много говорят о вербовке детей в ИГ. На одном из видео подростки участвует в казни сирийских военных в Пальмире. Как террористам удается привлечь несовершеннолетних?

- Первое и самое главное, в шариате и в западноевропейском праве есть различия в трактовке того, кто такие дети. По исламскому шариату, взрослым мусульманином считается та особа мужского пола, у которой уже есть поллюция. Поллюция может наступить и в 10 и в 11 лет. И вот этот мальчик, который с точки зрения западного права является ребенком или принадлежит к группе детей, с точки зрения шариата является полноценным взрослым человеком со всеми правами и обязанностями, среди которых – вести джихад. Когда говорят о том, что дети кого-то расстреливают, это – с точки зрения западных или общечеловеческих правовых норм. То же самое касается девочек. Взрослой женщиной в шариате считается особа женского пола, у которой была менструация.

ИГ с первого дня своего возникновения стало работать с детьми, которым было по два-три года, по пять лет. Была создана и до сих пор существует сеть школ, которые называются «Львята аз-Заркауи», «Львята Усамы бен Ладена» или еще как-нибудь, но с употреблением слово «львята». Дети в этих школах проходят курс молодого бойца, тренируются, изучают ту форму ислама, которую распространяет ИГ. Там очень много европейских детей с европеоидными чертами лица, а также детей с азиатской внешностью – из государств Центральной Азии, из Китая. Это будущие моджахеды, которых можно будет посылать на любой фронт глобального джихада – будь то Синьцзян, Париж, Лондон или Кавказ. С этим явлением практически невозможно бороться. Я уверен, что правоохранительные органы западноевропейских государств не знают, что с этим делать. Есть один очень характерный момент. Дети в этих школах, а речь идет о десятках и сотнях школ и о тысячах учеников, живут и обучаются в балаклавах, то есть они не видят лиц друг друга. Это будущая армия террористов, которые еще принесут много зла разным странам.

Смотрите видео по теме "Чем опасно ИГИЛ для России? Мнение эксперта"



Партнеры