«Исламское государство» угрожает российско-китайской границе

Джихадисты откроют второй фронт?

8 июля 2015 в 11:33, просмотров: 13632

Недавние теракты запрещенной в России террористической группировки «Исламское государство» (ИГ) в Тунисе, во Франции, в Кувейте, а также обстрел израильской территории со стороны Синая продемонстрировали, что экстремисты продолжают укреплять свои позиции. Об этом в интервью «МК» заявил исламовед, директор Института религии и политики Александр Игнатенко, который в то же время отметил, что в Сирии и Ираке дела группировки идут не так хорошо. Эксперт также рассказал, зачем ИГ хочет открыть фронт в Китае и чем это угрожает России и ее международным экономическим проектам.

«Исламское государство» угрожает российско-китайской границе
фото: youtube.com

Убийства для отвлечения внимания

- Ввиду последних терактов можно ли говорить, что ИГ усиливается и выходит на новый уровень?

- Не только можно, но и нужно говорить о том, что ИГ, осуществляя вот эти все теракты, демонстрирует свои организационные и военно-политические возможности. Все эти теракты были осуществлены в одно и то же время – это было дни либо накануне Рамадана, либо во время Рамадана. Во всех этих терактах, что характерно, фигурирует ИГ – либо по названию, либо какой-то символикой. Во время теракта на заводе во Франции фигурировало знамя группировки. Так делается везде, где осуществляются подобные теракты и вообще где осуществляются любые акции ИГ. Например, отрезание голов или побивание камнями прелюбодеев – все эти акции осуществляются с манифестацией, с демонстрированием знамени ИГ. Они стремятся всеми этими терактами показать то, что ИГ реализует широкомасштабную экспансию в разных странах и даже на разных континентах.

Здесь есть второй аспект. В территориальном ядре ИГ в Сирии и Ираке дела сейчас идут не очень хорошо, и они, совершая теракты на периферии ИГ как территории, тем самым стремятся отвлечь внимание и оттянуть антитеррористические силы от территориального ядра группировки. Наконец, нельзя не сказать, что в каждом теракте преследуются конкретные цели. Например, их деятельность в секторе Газа связана с тем, что боевики хотят прорваться на побережье Средиземного моря. Они предпринимали эти попытки в Сирии, в Ливане. Вот сейчас это происходит в секторе Газа. Что касается тех ракет, которые были выпущены по Израилю, то это не военная акция, а акция пропагандистско-маскировочная. Таким образом они, выступая против палестинской администрации, а также против ХАМАС, заявляют себя как антиизраильскую силу, хотя на самом деле их главная цель – это та самая палестинская администрация и все те группировки, которые находятся и действуют в секторе Газа…

В настоящее время на Синайском полуострове идут бои египетских войск с филиалом ИГ – «Вилайетом Синая». Что характерно, этот «Вилайет Синая» возник как группировка, которая называлась «Ансар Бейт аль-Макдис» («Партизаны Иерусалима»). Они с самого начала шумели по поводу того, что они будут воевать против того, кого они называют «сионистским агрессором». Группировка с самого начала выступала под знаменем ИГ. Сейчас мы видим, что их настоящей целью является Египет и режим ас-Сисси. Там идет настоящая террористическая и контртеррористическая война.

Свидетельство веры

- Вы отметили, что перечисленные нападения произошли в Рамадан. Как это вписывается в понимание ислама боевиками?

- Рамадан для мусульман – это тот период, когда они могут засвидетельствовать свою веру и верность исламу через воздержание от пищи и питья в течение всего светового дня. Но в течение длительного времени – десятилетия, полтора десятилетия – во всех этих террористических группировках, которые, по их утверждению, ориентируются на ислам, появилась другая трактовка Рамадана. Боевиков этих группировок призывают продемонстрировать свою верность исламу через то, что называется по-арабски «шахада». От этого слова происходит известное слово «шахид». Первое значение слова «шахада» - свидетельство. Так вот этим боевикам говорят: «Засвидетельствуйте свою верность исламу в период Рамадана». Другим значением слова «шахада» стало принесение себя в жертву. Те люди, которые совершают самоубийственные теракты, делают это, веря в то, что они в этот период свидетельствуют свою верность исламу и что они прямиком попадут в рай.

Теракт в Кувейте, со слов очевидцев, произошел вот каким образом. Террорист-саудовец вышел перед молящимися и сказал: «Я сейчас буду разговляться (то есть делать то, что называется ифтар) в присутствии пророка». То есть он верил или делал вид, что верил, что он сейчас взорвется и попадет в рай и окажется рядом с пророком Мухаммадом в высших «этажах» этого рая. Причем все эти комбинации – пропагандистские и операционные – коррелируют с одним правилом, которое распространено среди боевиков-суннитов в этих организациях. Эти люди реально верят, что, убив шиита, они попадают в рай, как верили, что попадут в рай, те террористы, которые совершили теракты 11 сентября.

И потом, когда мы говорим об исламе, нужно всегда указывать какие-то квалитативы – какой ислам? Не существует ислама как такового. Он есть в многочисленных формах. Это сотни и тысячи школ, направлений, течений, группировок и т.д. В принципе, его можно представить как количество групп, которые следуют тем или иными улемам, то есть знатокам религии. Есть те, кто следует одним, а есть те, кто следует другим. ИГ имеет свой так называемый «комитет фетв и исследований». Этот комитет издает фетвы (решение по какому-то вопросу в исламе – «МК») по самым разным вопросам. У него была фетва о том, что должен делать настоящий мусульманин в Рамадан. Примерное содержание этой фетвы я уже изложил. Те люди, которые читают или слушают все это, принимают или вынуждены принимать за чистую монету. Здесь вопрос не столько в вере, сколько в том, что на этих будущих шахидов оказывается давление разными методами и способами. Роль этих «знатоков религии» очень велика. Кстати, те государства, которые борются с этой формой терроризма, высылают «имамов ненависти», то есть просто изгоняют, как это делает Франция, либо, как это сделано после терактов в Тунисе, закрывают те мечети, где выступают подобного рода «знатоки религии».

Сибирь под прицелом джихада

- Не так давно власти Таджикистана заявили об усилении экстремистских группировок вблизи их границ. Известен случай, когда командир таджикского спецназа перешел на сторону ИГ. Есть ли опасность, что группировка откроет второй фронт – в Центральной Азии?

- То, что она когда-нибудь откроет фронт в Центральной Азии, но он будет не вторым, а пятым или седьмым, если взять то, что происходит в разных странах мира, совершенно очевидно. Думается, что сейчас ИГ все делает для того, чтобы этот фронт был открыт не просто в Центральной Азии, а в какой-нибудь ее чувствительной части. По моим представлениям, это будет Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая. Делается очень много для того, чтобы в рядах ИГ и в других формах создать боевые террористические группы из уйгуров и других мусульманских национальностей, которые живут в Китае и в Центральной Азии в целом. А Синьцзян интересен для ИГ как минимум в двух отношениях. Во-первых, Синьцзян – в определенном смысле уникальное территориальное образование. Оно граничит по меньшей мере с 7 государствами Центральной Азии. Если там будет создан плацдарм ИГ, то с него можно будет выйти на 7 государств, включая Россию, которая граничит с Синьцзяном. Во-вторых, Синьцзян – это тот район, через который в Китай может быть проложен газопровод. Так вот те, кто стоит за ИГ, попытаются сделать все для того, чтобы разрушить этот проект. По этой причине боевики нанесут удар по территории Синьцзяна, а точнее – по российско-китайской границе в том месте, где Синьцзян примыкает к России. Читателям будет интересно узнать, что глобальное джихадистское движение провозглашает российскую Сибирь «исламской территорией», которая должна быть «освобождена». Сейчас идет подготовка к тому, чтобы открыть там новый фронт. Для этого делается много всего, включая вербовку жителей центрально-азиатских республик, Китая и России.

– То есть, проще говоря, России нужно переключить внимание на юго-восточное направление?

– Я бы применил лозунг, который выдвинул Советский Союз еще в конце 30-х годов, – «бить врага в его логове». Решение вопроса, конечно, заключается в том, чтобы уничтожить ИГ на чужой территории. Но, прежде всего, нужно создать большой «санитарный кордон», то есть по границам с востока на запад выстроить оборонительные рубежи. Это сейчас делается. Я упомяну антитеррористические мероприятия Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) и Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ). Так что там люди работают над этим.

«Самое большое количество чеченцев в ИГ – из Австрии»

– В июне появилось видеообращение, в котором боевики Северного Кавказа присягают на верность ИГ. Как вы оцениваете численность «северокавказской» части группировки?

– Тут есть несколько проблем. Некие люди анонимно выступили с заявлением, что создается «Вилайет Кавказа» как эксклав, как «часть ИГ» на российском Северном Кавказе. Но это писано вилами по воде. У ИГ есть такая манера – объявлять о создании вилайета (административная единица – «МК»). Например, в Саудовской Аравии уже провозглашено три или пять вилайетов. В других странах тоже провозглашаются вилайеты, но в них может быть один или несколько человек с черным знаменем ИГ. То заявление, о котором мы говорим, сделано не в форме видеозаявления, на котором можно было бы увидеть, сколько человек выступает, – оно записано в виде звукового послания. Там можно объявить все, что угодно. Совсем не факт, что за этим человеком, который выступил на записи, стоят какие-то силы.

Второй вопрос – это те северокавказцы и те русскоязычные бойцы, которые воюют в ИГ. Цифры разнятся. Это от тысячи до двух тысяч человек. В ходу цифра пять тысяч. Значительная их часть – это люди, которые попали туда совсем не из России и не с Северного Кавказа, а из таких стран, как Турция, Германия, Грузия и, вы будете удивлены, Австрия. Самое большое количество чеченцев в ИГ – из Австрии. Не из России.

Спецслужбы и правоохранительные органы разных стран опасаются того, что эти боевики будут возвращаться в соответствующие страны, в том числе и в Россию. Эпизодически это уже происходит, но я полагаю, что этого в обозримом будущем не произойдет. ИГ призывает на те территории, которые оно контролирует, как боевиков, так и специалистов разных профессий, включая врачей, инженеров, нефтяников, а также семьи мусульман из разных стран. Оно осуществляет зачистку контролируемых территорий, изгоняя оттуда всех немусульман, и заселяет эти территории мусульманами из разных стран. Так что они, по моей оценке, идут туда не для того, чтобы набраться опыта или принести какой-то опыт, а потом вернуться в страны «исхода». Они идут туда, чтобы там остаться.

ИГ не станет распылять тот человеческий материал, который оно в настоящий момент накапливает, не станет боевиков и их семьи возвращать во Францию, в Великобританию, в Италию и т.д. ИГ будет работать над тем, чтобы создавать фронты глобального джихада. Об одном из таких фронтов мы уже говорили.

«Львята» в балаклавах

– В последнее время много говорят о вербовке детей в ИГ. На одном из видео подростки участвует в казни сирийских военных в Пальмире. Как террористам удается привлечь несовершеннолетних?

- Первое и самое главное, в шариате и в западноевропейском праве есть различия в трактовке того, кто такие дети. По исламскому шариату, взрослым мусульманином считается та особа мужского пола, у которой уже есть поллюция. Поллюция может наступить и в 10 и в 11 лет. И вот этот мальчик, который с точки зрения западного права является ребенком или принадлежит к группе детей, с точки зрения шариата является полноценным взрослым человеком со всеми правами и обязанностями, среди которых – вести джихад. Когда говорят о том, что дети кого-то расстреливают, это – с точки зрения западных или общечеловеческих правовых норм. То же самое касается девочек. Взрослой женщиной в шариате считается особа женского пола, у которой была менструация.

ИГ с первого дня своего возникновения стало работать с детьми, которым было по два-три года, по пять лет. Была создана и до сих пор существует сеть школ, которые называются «Львята аз-Заркауи», «Львята Усамы бен Ладена» или еще как-нибудь, но с употреблением слово «львята». Дети в этих школах проходят курс молодого бойца, тренируются, изучают ту форму ислама, которую распространяет ИГ. Там очень много европейских детей с европеоидными чертами лица, а также детей с азиатской внешностью – из государств Центральной Азии, из Китая. Это будущие моджахеды, которых можно будет посылать на любой фронт глобального джихада – будь то Синьцзян, Париж, Лондон или Кавказ. С этим явлением практически невозможно бороться. Я уверен, что правоохранительные органы западноевропейских государств не знают, что с этим делать. Есть один очень характерный момент. Дети в этих школах, а речь идет о десятках и сотнях школ и о тысячах учеников, живут и обучаются в балаклавах, то есть они не видят лиц друг друга. Это будущая армия террористов, которые еще принесут много зла разным странам.

Смотрите видео по теме "Чем опасно ИГИЛ для России? Мнение эксперта"

Военные успехи, которые демонстрирует Исламское государство не возможны без постоянного притока "солдат джихада". Понятно, что основной поток добровольцев идет из регионов непосредственно прилегающих к военным действиям. Однако, как выяснилось выходцы из России и СНГ составляют вполне себе сопоставимый процент, среди воюющих за ИГИЛ иностранцев.



Партнеры