Галкин рассказал о своих взаимоотношениях с Путиным, Пугачевой и детьми

«Помню эпизод, когда Алла меня катила в тележке, так вот: накануне мы действительно так ехали по супермаркету!»

У Максима Галкина на нашей сцене особенное место: он — юморист, пародист, сатирик, выражаясь кратко и емко — шут. Как известно из классической литературы, шут — всегда человек особенный: хитрый, внимательный, острый на язык и дерзкий. А главное, умный. И чтобы при этом не потерять ему на плахе голову, у него обязательно есть покровитель — король. Ну или, как получилось у Галкина при некоторой корректировке художественного вымысла жизнью, королева. Пугачева.

«Помню эпизод, когда Алла меня катила в тележке, так вот: накануне мы действительно так ехали по супермаркету!»

Галкин действительно обладает многими качествами хорошего шута, но главное — незаурядным умом. Он с математической точностью просчитывает ситуацию, у него хорошая память на людей, фразы, события и лица, он прекрасно образован, хотя удачно скрывает этот факт от многих коллег по цеху. И он дерзок. Не каждый может на официальном открытии «Славянского базара», состоявшемся в минувший четверг, рассказать Лукашенко анекдот про то, как приходит Александр Григорьевич в ресторан со своей свитой и на вопрос официанта: «Что вы будете, мясо или рыбу?» — говорит: «Мясо!» Официант: «А овощи?» И тут Лукашенко говорит: «А овощи тоже будут мясо!»

Галкин уверяет, что анекдот этот придумал он. Честно сказать, я знаю эту шутку очень давно, и в той интерпретации, в которой услышала ее когда-то, на месте Лукашенко присутствовал другой государственный лидер. Но, может, и правда, сочинил анекдот Галкин. Ведь у самых смешных анекдотов, как и у самых любимых песен, авторов нет — они народные.

На «Славянском базаре» Максим охотно общался с журналистами и много чего рассказал о себе на собственном бенефисе. Получившийся микс из собранной информации помогает увидеть под маской шута истинное лицо человека.

«Женщины быстрее договариваются, и это неплохо»

— Максим, ваши шутки порой очень смелые, вот вчера вы пошутили со сцены, зная, что в зале находится президент Белоруссии, в том плане, что «если Александр Григорьевич устанет и захочет передохнуть, он может позвать Дмитрия Анатольевича — и тот, дескать, потом все ему вернет». Часто вас вырезают из эфиров?

— Никто сегодня ни над какими артистами не довлеет. Есть самоцензура, когда человек думает: «Сейчас что-нибудь скажу, звания не дадут!» У меня нет званий, если что — нечего лишать. На телевидении другая цензура: каждый боится за свое место, зачем пропускать лишнюю шутку, если тебя могут за нее снять? Но нет такой цензуры, чтобы Путин сверху сказал: «Вы знаете, вот сегодня про меня поменьше шутите, я сегодня к себе очень серьезно настроен!»

— Кто-то говорит: «Молодец парень! Хорошо меня показывает!»?

— Владимир Владимирович говорил! Это было еще давно — в первое его пришествие, еще до Медведева. Я ему показывал его, он очень смеялся и сказал: «Да, помню, ты меня подкалывал с английской королевой!» Сейчас, может, такое и не покажут — не знаю. Времена другие! Время сложное, время тревожное. (Поет.) «Вихри враждебные веют над нами!»

— Как вы думаете, вашу концертную шутку, когда вы вложили в уста Путину фразу «Дорогой Барак! Приезжайте к нам в Крым, отдохнете, заодно и позагораете!», вырежут?

— Да я не знаю! Я не отвечаю за то, что вырезают каналы! Я несу то, что хочу. Как говорит Александр Лукашенко: «Какая диктатура? Я просто делаю то, что хочу, и все!» А что показывают, это их личное дело! Кстати, у нас сейчас будет приятная возможность — концерты транслируют в разные страны, и можно будет сравнить, что откуда вырезали.

— Продолжая тему политики... Недавно разгорелась дискуссия с элементами скандала на тему, уместно ли ездить нашим артистам выступать в Латвию, раз туда запрещен въезд Кобзону, Газманову и Валерии. А вы там выступаете, то есть ваша позиция — каждый за себя?

— Действительно, министр иностранных дел Латвии запретил въезд трем артистам. Я в корне с этим не согласен. Если бы он спросил у меня, я бы был против его решения. Но надо понимать, что такое Латвия! Один человек, у которого в полномочиях записано, что он может запретить, запрещает. Это не значит, что кто-то может его решение отменить. С другой стороны, его мнение не является выражением мнения всех правящих кругов Латвии. Не во всех странах министры транслируют мнение главного человека. Есть страны, где министры независимы. И такая страна — Латвия. И поэтому я не понимаю, почему я должен симметрично отвечать на неправильный, с моей точки зрения, поступок одного человека. И лишать огромного количества людей — и латышей, и русскоязычных, которые хотят прийти послушать концерт, такого права.

— Сегодня лидеры стран Балтии не всегда настроены по-доброму к России, это тоже вас не настораживает при выборе страны для гастролей?

— Что касается отношений стран Балтии и России, осенью в Клайпеде и Вильнюсе меня замечательно принимали. При этом большую часть зала составляли литовцы — 80%, и я шутил про Грибаускайте (президент Литвы. — Прим. авт.), подтрунивал над ее фотографией. И я не чувствовал никакого напряжения в зале. Мне кажется, политические силы пользуются возможными националистическими настроениями, чтобы создать напряжение между странами. А что касается артистов, зрителей, концертов, я спокойно гуляю в этих странах. Так, в 2004 году я выступал с концертами в Западной Украине и ни разу не столкнулся ни с каким проявлением национализма.

— Как вы относитесь непосредственно к президенту Литвы? Ведь известно, что Даля Грибаускайте занимает особенно жесткую позицию по отношению к России.

— Я слишком мало знаю о ней, как и о политике «для Литвы». Что касается ее политики «для России», то она действительно занимает крайне агрессивную позицию по отношению к нашему курсу власти, поэтому сильно нравиться мне не может. Что касается вообще женщин у власти, я в принципе симпатизирую этой тенденции. Мне кажется, что вот сейчас, когда премьер-министром Великобритании стала Тереза Мэй, когда Клинтон может возглавить США, женщины быстрее договорятся, чем мужики, о мире во всем мире. Я не тешу себя надеждой, что в России женщина может стать президентом. Хотя вспомним большие вехи в истории, они связаны с правлением женщин: Екатерина Вторая например. Мне кажется, женщины меньше любят воевать, быстрее договариваются, и это неплохо.

«Не такая уж Алла была и голая! Все было прикрыто!»

— Часто на вас обижаются объекты ваших пародий? Не боитесь испортить отношения с коллегами по цеху, нажить врагов?

— Так я же не знаю: обижаются — не обижаются!

— Как же не знаете, если во время бенефиса рассказывали про Стаса Михайлова, который подошел к вам на одном из концертов и сказал: «Я слышал, ты там про меня какую-то фигню в своих монологах несешь?» И вы сказали: «Да, Стас! И сегодня тоже буду это делать!» А он: «Та же самая фигня будет?» А вы, практически цитируя Иосифа Виссарионовича с его знаменитым «у меня нет для вас других писателей»: «Да, та же самая фигня, другой фигни, Стас, у меня для вас нет!» Это смело по отношению к коллеге!

— Разве это смело? Во-первых, я заменил слово, которое использует Михайлов.

— Ах так?

— Естественно, он сказал другое слово. Но что же я буду палить артиста! Ничего смелого там не было. Кто-то обижается, что поделать.

— А сами вы обижаетесь, когда, порой очень жестко, пародируют вас с Аллой Борисовной?

— Нет, никогда! Я очень самоироничный человек и всегда очень смеялся. Я помню эпизод из «Мультличности», когда Алла меня по супермаркету катила в тележке. Мы так с ней хохотали! Самое смешное, что только накануне мы действительно ехали так по супермаркету. Она меня не катила в тележке, но покупала бесконечное количество продуктов, нужных в хозяйстве, и я уже тащился следом, лежал просто на этой телеге... Шутка поэтому имела прямую связь с реальностью. Так что я всегда смеюсь, даже если кто-то перегибает палку, для общего дела, пародийного, я всегда буду «за»!

— Вы — человек высокообразованный и прекрасно воспитанный, вам не претит шутить на концертах про общественные туалеты, мужские яички, показывать, как засовывается между ног тыковка? Таких шуток было немало по ходу вашего бенефиса. Я понимаю, что вы пародируете реальность, какие-то телепрограммы, это все — на злобу дня и всем интересно, но вам самому-то не тяжело?

— Мне не тяжело. Конечно, если говорить в принципе о том представлении, которое было у меня в середине 90-х на тему: что можно и что нельзя говорить со сцены, оно, безусловно, изменилось, расширилось. И общество изменилось в принципе. Я большой апологет западного юмора в том плане, что там нет осуждения. У нас представление о пошлости означает исключительно заявленную тему: если ты шутишь про секс, это уже пошло. Я все-таки считаю, что пошло — это когда ты шутишь про секс, и не смешно. Это вот ужасно, когда пошутил ниже пояса, да еще не смешно, и зритель чувствует неловкость. Безусловно, какие-то шутки на моем концерте для слишком интеллигентного зрителя могут быть смелыми, но я себя не насилую. Значит, я изменился, ну что поделать.

— Вы сами много смотрите телевизор или те, кто делает колбасу, ее не едят?

— Я люблю смотреть телевизор. Люблю «Уральские пельмени» и «Вечерний Ургант», сериалы, вообще много смотрю ТВ. Хотя я с большим уважением отношусь к людям, которые его не смотрят. Это стойкие личности, я так не могу. С другой стороны, может, они и слабые люди. Вот говорят: «Дескать, зомбоящик! Действует негативно, много чернухи, транслирует предвзятые политновости, пропаганда... Так я чувствую себя сильным, раз могу противодействовать таким материалам».

— Чего не хватает на нашем телевидении?

— Не хватало меня, я пришел — и теперь всего хватает.

— Вы обращаете внимание на критикующие вас комментарии в Интернете?

— Только это и коллекционирую. А что еще коллекционировать? Похвалу? Когда тебя хвалят, ничего нового о себе ты не узнаешь, особенно если ты о себе хорошего мнения. А я — хорошего! А вот когда ругают, то это можно проанализировать — и 10% от всех замечаний окажутся полезными.

— Очень много было критики, когда Алла Борисовна ради вашего шоу снялась в ванной голой, вы считаете, это попало в те 10%?

— Да не такая уж она была и голая! Все было прикрыто! Она только по плечи была оголена! Причем замечу: сверху, а не снизу. Иногда включишь телевизор, там такая порнография, никто не осуждает! А Алла возбуждает всю страну!

— Это было сделано, чтобы поддержать вас?

— Да. И что тут странного? Наоборот, было бы странно, если бы она меня не поддерживала. А тут: хоп!

— Как вы вообще относитесь к такому виду саморекламы, как размещение фотографий в Инстаграме?

— Вообще с моим отношением к этому виду популяризации себя проблемы нет. Все же развивается, меняется. И то, что ты можешь стать звездой, показав какую-то часть тела в Инстаграме, это реальность. Другое дело, какой ты стал звездой, такая ты звезда и есть. И недостаточно красиво фотографироваться и выкладывать себя в Сети, надо еще уметь петь или играть на сцене, или смешить людей.

— Если вы в принципе приемлете это, почему ваш собственный Инстаграм такой бедный?

— Но это такой труд! Я смотрю на некоторых наших звезд, как они себя фотографируют, потом обрабатывают фотошопом: сужают, подкрашивают... И они знают все ракурсы! Попробуй сними их не с той стороны! Они сразу скажут: «Нет! Вот так меня снимай!» Потом разместили, лайки посчитали, говнокомментарии удалили... Я беру борщ и сразу его ем! А они его сначала сфотографируют... Нет! Я бы тоже выкладывал! С Аллой! С детьми! Но у меня же нет времени!

— Совсем нет? Может, лучше поменьше работать и побольше быть с детьми?

— Я сейчас не так активно гастролирую, как год назад, из-за съемок. У меня в ближайшее время только Израиль, Америка и Юрмала. Из-за детей тоже стараюсь не уезжать на длительное время из Москвы. Сейчас у меня бывает по 3–4 гастрольных концерта, а раньше по 12 случалось. Но теперь я скучаю по детям и чувствую, что нужен им.

«Я не такого высокого мнения о своем концерте, чтобы брать на него своего ребенка»

— Вам нравится быть отцом и быстро ли вы осознали себя в этом качестве?

— Я стал отцом достаточно во взрослом возрасте, и то, что это мои дети, что я отец, — это непередаваемое чувство возникло сразу. Один мой знакомый говорил, что он осознал это, только когда его дочка пошла и сказала «папа!» А я нет, я сразу.

— Балуете детей?

— Да, я — не строгий отец.

— Что из своего воспитания вы привнесете в собственное отцовство?

— У меня были замечательные родители, все, что я испытывал в детстве — то воспитание, внимание и любовь, я стараюсь передать своим детям. И Алла мне, конечно, очень помогает, потому что у нее огромный опыт в воспитании детей, она успешно реализовала его и на Кристине, и на внуках. В первую очередь это любовь и чуткость, внимание к тому, чем интересуется ребенок, надо вовремя заметить его талант, не навязывать ничего. Дать образование — это самое главное, мне кажется.

— Вы будете за что-то детей наказывать и если да, то как?

— Ой, я пока ни разу не наказывал детей, и для меня, конечно, это очень сложно. Если дети в том возрасте, когда они уже будут воспринимать наказание, сделают что-то не то, я постараюсь разницей доброго отношения и нейтрального показать, что они повели себя неправильно.

— Вы брали детей на свой концерт?

— Нет, им еще рано, может, через год. Я не такого высокого мнения о своем концерте, чтобы брать на него своего ребенка. (Смеется.)

— Ваши дети пытаются петь? Какие песни их любимые?

— Недавно мы гуляли: я, Лиза и ее няня. И вот Лиза едет в коляске, в красивом таком платье и поет, причем с таким удовольствием: «Дорога, дорога, ты знаешь так много о жизни моей непростой!» Видно, няня научила ее этой песне. А Гарик любит исполнять «Облака, белогривые лошадки», я ее тоже пел. При этом у него есть такой инструмент, ксилофон, кажется, когда бьешь палочками по пластинкам. Очень у него хорошо получается, сам подбирает мелодии.

— Вы им читаете? Есть у них любимые авторы? И какие книги вы сами читали в детстве?

— Им еще трех лет нет, какие авторы? Мы, конечно, читаем сказки, они смотрят мультфильмы. Набираются. Гарик, например, после просмотра «Ну, погоди!» начал имитировать курение. Берет в рот карандаш и изображает, что пускает дым. Я спрашиваю: «Гари, что ты делаешь?» Он говорит: «Курю!». И Алла смотрит такими глазами удивленными! Потому что она при детях никогда не курит, а я вообще не курю. Ну вот, неполиткорректный мультик.

— Его из-за этого даже пытались запретить!

— Да! Причем, когда запрещали, я был против, но когда увидел, как Гарик начал курить, задумался... Но они редко что-то смотрят, больше мы играем в подвижные игры, у них есть такие двухколесные велосипеды, когда надо ногами отталкиваться. Я собираю с ними конструктор. Сам я в 7 лет очень любил читать. Франсуа Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль».

— Филипп Киркоров вам не помогает с детьми?

— Кто? Филипп? Дай бог, чтобы он своим успевал помогать!

«Алла взяла сосиску, порезала ее, бросила на сковородку и залила яйцом»

— На концерте аплодисменты сорвала шутка «Белоруссия нам помогает! Сколько вы уже швейцарского сыра произвели! Устрицы еще не освоили, но фуа-гра уже идет, дай боже!» А какого образа питания придерживается ваша семья? Может быть, какая-то диета?

— В Белоруссии, в Латвии какая может быть диета, когда есть местная сметана, местный хлеб! Берешь булку, сверху этой сметаной, поверх солью — м-м-м! Мы с Аллой сегодня так ели! И еще помидор! Бычье сердце! Какая может быть диета? Я знаю, есть люди, которые берут с собой судки специальные с особенной едой, тратят на это столько денег! Зачем? Когда есть такая сметана!

— Помидор со сметаной — это хорошо, а бывают у вас с Аллой Борисовной романтические ужины?

— Конечно!

— А завтраки? Кстати, кто у вас в семье готовит завтраки?

— Сегодня завтрак готовила Алла. Она взяла сосиску, порезала ее, бросила на сковородку и залила яйцом. Еще сделала овощной салат. Я рассчитывал, что у нас будет романтический завтрак, но она просто съела треть яичницы, остальное доел я.

— Вы сейчас мимоходом сказали, что Алла Борисовна по-прежнему, оказывается, курит, хотя много раз пыталась бросить, а у вас есть вредные привычки?

— Ну откуда я знаю? Есть, наверное.

— Не курите, не замечены в злоупотреблении алкоголем, значит, вы приверженец здорового образа жизни, занимаетесь фитнесом?

— Совсем мало придерживаюсь. Фитнесом я не могу заниматься — не успеваю, слишком много уходит времени на телесъемки.

— Детей поднимаете вместо зарядки?

— Когда я поднимаю 15 кг детей, это не фитнес! Это способствует сколиозу! А если двоих сразу, и они тут же, на твоих руках, начинают сражаться за твое внимание... А! Я езжу на велосипеде.

— Вы уже долгое время находитесь в Юрмале на отдыхе, может, купили там дом?

— У меня и у Аллы нет никакой недвижимости за рубежом, может быть, это и неправильно, но нет.

— Алла Борисовна говорила, что вы подарили ей первую фамильную драгоценность, а что она дарит вам?

— Мне столько Алла сделала подарков за мою жизнь, но я как-то не фиксируюсь на этом... Вот забыл.

— Может, подарки просто неважные?

— Нет! Все подарки не дежурные, она что-то придумывает, что-то делает... Но сейчас с лету не могу вспомнить.

— Может, просто слишком дешевые?

— Да что же я, дорогие только помню?

— На концерте вы очень смешно рассказывали, как однажды шли с Басковым по улице, и тут какой-то мужчина, узрев Николая, начал тыкать в вас телефоном с криком: «Мужик, сними меня с Басковым!» А вы обиделись. Тут он обернулся, узнал вас и начал тыкать телефоном уже в Николая с криком: «Басков! Басков! Сними меня с Галкиным!» Часто вас не узнают или путают с кем-то?

— Лет 15 уже не путают ни с кем. Раньше бывало: с Родионом Газмановым, с сыном Матвея Ганапольского... А теперь уже выучили, что я — это я.

— В жизни вы тоже веселый человек? Или смурной, все копите шутки для сцены?

— Нет, я и в жизни веселый. Ну не совсем, конечно, идиот! Но ничто человеческое мне не чуждо.

Максим Галкин рассказал о трудностях работы с "пошлыми" шутками

Смотрите видео по теме

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №27152 от 16 июля 2016

Заголовок в газете: Да, он шут, он Максим — так что же?

Что еще почитать

В регионах

Новости

Самое читаемое

Реклама

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру