По поводу честной журналистики

Александр Мельман
Обозреватель

32 года назад случился один из самых позорных и скандальных эпизодов за всю историю Советского Союза. Вечером 28 мая 1987 года в «сердце» страны — в Москве у стен Кремля приземлился самолет-«нелегал», которым управлял молодой немец Матиас Руст.

Когда люди с хорошими лицами Татьяна Фельгенгауэр и Александр Плющев топили против сноса пятиэтажек, я думал: «Зачем они разжигают? Куда лезут?» Раз уж решили там наверху, так их не остановишь. Против лома… «Господи, дай мне терпение принять то, что я не в силах изменить, дай мне силы изменить то, что возможно, и дай мне мудрость научиться отличать первое от второго» — любимое выражение Толстого. Ну, если ты это изменить все равно не сможешь, чего бодаться?

Теперь я понимаю, как был неправ. Я, все еще пытающийся изгнать из себя этого… раба, до сих пор мыслю по-рабски, по-советски. Если партия прикажет, народ ответит — есть! И партия приказывала, и народ отвечал. Сгоняли всех — в ГУЛАГ, на демонстрации 37-го года («собаке собачья смерть!»), на первомайские демонстрации, черти куда… И люди шли.

Ингушей, чеченцев, крымских татар сгоняли в теплушки, увозили в Казахстан. И они шли. Только чеченцы ничего этого не забыли, да.

А мы? Я думал: зачем люди из «Эха», как в каждой бочке затычка. Но ведь это и есть настоящая журналистика на самом деле. Время сейчас такое, никому доверять нельзя, даже себе. Тем более власти! Это как Ксюша Собчак, которая на «Нике» стала задавать Чулпан Хаматовой вопросы про Путина. Неуместно? Но и это есть настоящая журналистика.

Никогда нельзя подчиняться, брать под козырек, пока не разобрался во всем. Мы же здесь власть, правда? Гражданское общество? Это пустые слова, пока их не применят на практике. Власть должна уважать интересы каждого человека, каждого. Считаться с ним, договариваться. Это нормально, это правильно.

Конечно это трудно для власти, она же привыкла совсем по-другому. Но необходимо. И реакция Путина, Собянина может только радовать. Кажется, до них что-то дошло, кажется, они поняли. Но может только кажется? Нельзя расслабляться.

Ту самую симфонию государства и общества сыграть очень трудно. Тем более с каждым гражданином этого общества. Это архисложно, как говорил Владимир Ильич. Но по-другому нельзя. Насильно ведь мил не будешь, правда? И осчастливить насильно тоже нельзя, как говорил Костик из «Покровских ворот».

Государство должно мыслить сложно, уважая каждого. Но в этом и проблема. Потому что такой посыл переворачивает всю русскую матрицу, где всегда была власть и подчиненные ей холопы. На этом держалось государство российское худо-бедно. А теперь людей воспитывают иначе: боритесь за свои права, отстаивайте их, вы здесь власть. И это чистая правда.

Другие записи в блоге