Смерть Ирины все расставила по местам. Кабанов-стори. Часть XIV. Окончание.

МК.RU заканчивает публикацию фрагментов документальной повести о семье Кабановых и маргиналах новой формации

27 декабря 2013 в 11:31, просмотров: 17234

Честнее всех об Ирине написал ее бывший начальник Митя Гурин. Его текст цитировали многие издания, так что имеет смысл здесь его привести в сокращении:

Смерть Ирины все расставила по местам. Кабанов-стори

Продолжение. Начало: Часть I, Часть II, Часть III, Часть IV, Часть V, Часть VI, Часть VII, Часть VIII, Часть IX, Часть X, Часть XI, Часть XIIЧасть XIII, часть XIV.

«Мы приятельствовали с Ирой с тех пор, когда вместе работали в одной компании — я был ее начальником. Мы тогда занимались проектом для одного крупного многолетнего реалити-шоу. И если несколько человек на проекте варились скорее в контексте этого самого реалити-шоу и общих тем с ними не находилось, то Ира, которая тоже на нем работала, вызывала ощущение очень понятного человека из социально близкого круга. Она приехала из провинциального города, в 100 км от которого (в другом таком же провинциальном городе) я провел 15 лет своей жизни. Она слушала похожую музыку и в свое время употребляла те же наркотики. Она рассказывала истории о том, как во время жизни в Питере она ходила зарабатывать в казино на рулетке.

Главное, рассказывала она, никогда не играть против крупье. Он в любом случае умеет вбрасывать шарик на нужное число и уж точно на нужный цвет. Надо ставить ставки голосом после броска шарика против игрока за столом, который приехал продувать деньги. Таких всегда видно. Против них играет крупье, а ты отъедаешь свою копеечку.

Ну и, конечно, не отыгрываться.

У Иры был маленький сын, они жили, кажется в Реутово в однокомнатной квартире с ламинатом на полу. Ламинат дерьмо, говорила мне она, деревянные полы теплые, а он холодный.

В общем, мы подружились. Не только я, почти все люди в нашей компании с ней подружились. Наша подруга М., работавшая на Ириной позиции и передавшая ей дела, носила Ире сумки с едой, когда она проигрывала все деньги в казино, и им нечего было есть. Не то, чтобы Ира играла регулярно — ну просто были последние деньги и почему-то именно их она проигрывала.

Потом наша компания начала делать большой проект, расширяться, и к нам на работу пришел один парень. Ужасно обаятельный — Леша Кабанов. Он еще участвовал в запуске некоторых кафе с модной в дохипстерские времена тусовкой и коротким названием.

У Иры с Лешей случился роман. Все смотрели на них и страшно радовались.

Часть историй, которые рассказывала Ира, не были слишком уж веселыми — честные истории из 90-х, которые все помнят — и то, что у Иры любовь, всех очень радовало по-настоящему. Примерно в это время, лет 5 назад, я сдал дела и ушел из компании. Тоже за Иру был очень рад.

Уже когда я появлялся в офисе довольно редко, Ира подошла ко мне и спросила: «Мить, слушай, а у тебя нельзя занять денег? Мне тысячу долларов, на неделю (не помню уже на что. Как раз в это время денег у меня не было ни шиша — и я сказал Ире: «А зайди к М., она же только что позолоченный парашют из своего холдинга получила». И М., разумеется, дала денег, мы все дружили.

Через несколько месяцев Ира пригласила нас с женой на свадьбу. Мы, конечно, пришли — в их кафе «Черска» около МАРХИ. Все веселились, вечеринка была прекрасная — что может быть лучше вина с хорошими пирогами. Ира была счастлива, Леша как всегда мил и обаятелен. К тому времени в нашей компании они тоже больше не работали. Я спросил, как они умудрились открыть кафе, Ира по секрету рассказала, что продала для этого свою квартиру. Но на вечеринке почему-то не было какого-то количества наших общих друзей, которые по идее должны были бы там быть.

Через пару недель я упомянул об этой вечеринке, будучи в гостях. Хозяева дома переглянулись и спросили меня, знаю ли я, что Ира до сих пор не вернула долг нашей подруге М. (той самой, которая носила ей сумки с едой)?

«Какой долг?» - спросил я и напрягся. «Ну как — она занимала около тысячи долларов и сразу их вернула, а через несколько дней попросила у М. 8 тысяч, чтобы перехватить удачное предложение на подержанную тачку — банк одобрил, но еще не выдал кредит».

Тачку купили, а когда Леша забирал деньги из банка, его выследили и через сто метров от выхода двинули монтировкой и деньги забрали. По крайней мере он так говорил, но фингал был знатный, конечно. Ну и еще о Леше как-то проскользнула пара историй и общие знакомые сказали, что когда он будет увольняться, надо пройтись по офису и спросить, не должен ли он кому. Когда прошлись — выяснилось, что должен он всем и как раз на свою зарплату и оставшиеся отпускные. Эти деньги раздали сотрудникам и Леша был страшно возмущен. Но слава наша идет впереди нас, так что — пришлось мириться.

Но Ира не отдала. Сначала она говорила М., что пока не может. Потом она сказала, что денег нет и не будет. М. попросила решить вопрос хотя бы с той частью этих денег, которые она взяла в кредит, чтобы помочь Ире и за которые платит проценты. В принципе можно по этому поступку понять степень дружбы. И эту довольно небольшую часть долга как-то разрулили.

Примерно в это же время она продала свою квартиру, и они с Лешей открыли кафе. И примерно тогда же Ира в резких выражениях написала М., что денег окончательно нет и не будет, и М. Ире теперь не подруга, а кредитор.

В это же время выяснилось, что в том самом кафе, в открытии которого принимал участие Леша, однажды пропала крупная сумма денег из оставленным открытым сейфа. Это могли сделать всего несколько человек, Леша, насколько я знаю, был в шорт-листе и другие кафе этой сети больше не запускал. Может быть, так просто совпало, не знаю. Ну и наконец нашлись люди, которые прямо сказали, что Леша — профессиональный кидала. Как и положено кидале, очень обаятельный.

Но дружить с Ирой дальше и мне и другим моим знакомым стало как-то затруднительно. Как мне показалось, между позицией «Денег нет и не будет, прости. Как смогу — верну» и позицией «Денег нет и не будет, и ты мне не подруга, а кредитор» есть граница, переход которой лично я в своей голове оправдывать не захотел.

Дальше я слышал урывочно — кафе закрылось, у Иры с Лешей родился второй (и третий Ирин) ребенок, правда, друзья говорили, что их жизнь — ад.

Но можно ли верить, что друзья говорят о чужой семье? В своей бы жизни разобраться.

Говорили еще, что бизнес их прогорел, жили они в съемной квартире с тремя детьми.

Я подумал, что не желаю Ире ничего — ни хорошего ни плохого. Но если ее убили, то не могу ей не сострадать: обычно такое убийство - это большое насилие и большой страх.

Вчера я обнаружил на столе у главреда ее резюме, датированное концом прошлого года — она пыталась устроиться в мою нынешнюю компанию. Резюме лежало сверху. Я рассказал главреду ту самую пару историй.

Что Ира — очень милая девушка. Что юность и молодость у нее была примерно такая же, как у всех нас — не очень легкая, разве попанковитей. Что она себя очень от этого жалеет. И не считает зазорным оправдать этим подлость. Что конечно, хочется, чтобы она нашлась, но брать на работу, кажется, не лучшая идея.

Если Ира действительно жила в аду, то симпатия, которую она вызывала в людях, могла помочь ей из него выбраться.

И в этот ад Ира пришла самостоятельно и оставалась в нем добровольно.

Надеюсь, следующее ее перерождение будет легким»

За эту откровенность Митя был чуть ли не проклят другими друзьями Леши и Ирины. С пылом религиозных фанатиков они утверждали, что все сказанное им — неправда, все это попытки мести (за что?) и так далее. Снова вопрос — зачем? Как уже написала Ульяна Скойбеда, покойная все о себе честно изложила в блоге. Читай и делай выводы. Или — читай и плачь.

Может, друзья хотят оправдать себя? Показать, что дружили не с такими уж и монстрами?

Это ни к чему — мы верим, что Леша и Ира были веселыми и легкими в общении людьми. До поры до времени, пока их не затянул нравственный кризис — и путь звучит это пафосно, как на уроке литературы в школе. Друзья, может быть, чувствуют вину, особенно подруга, накрутившая Ирину второго января: «Требуй-требуй-требуй с Леши жизненных благ — гражданства, пособий, денег!» Это тоже зря: Кабановы взрослые люди, дожившие почти до 40 лет, в этом возрасте люди отвечают уже за себя сами, без оглядки на родителей и среду. К тому же, если честно, друзья и так сделали для них много. Даже после смерти Ирины они активно занимались ее делами: сняли квартиру для ее мамы, заплатили долг няне, собрали 300 тысяч рублей на ремонт квартиры в поселке Снежное, где теперь проживают Тарас и Даша с тетей Ирины.

Ирония судьбы: Снежное — малая родина Ирины, по ее определению «нищая дыра, которая скоро умрет». Теперь там живут ее младшие дети, а в гости к ним приезжают бывшая няня и старший брат Илья. Кстати, друзья Ирины, собиравшие деньги и организующие ее похороны и поминки, горько поделились: те, кто больше всего после ее смерти кричал в Интернете, не дали ни копейки. И это тоже примета времени. А кричали-то совершенно напрасно. Зачем доказывать, что «она была хорошей, и ее нельзя было убивать» — ведь с этим никто не спорит. Или в их понимании, если она была плохая, то ее нужно было убить? Какая-то ущербная логика. Убивать нельзя никого.

Смерть Ирины как будто все расставила по своим местам. Илья отправился к любимому папе — он так мечтал жить с ним. Жена папы Татьяна написала в 22 января 2013 года в своем Фейсбуке: «В общем, у нас все дома». Хочется верить, что мальчик наконец-то обрел любящую и заботливую семью.

Младшие дети уехали в Украину к бабушке, которую не видели ни разу в жизни и неизвестно, когда бы увидели, если бы не эта трагедия. Ирина переживала, что в Москве они не видят моря. Теперь они живут рядом с ним.

Сама Ирина, при жизни затруднявшаяся назвать род занятий, уже после смерти в СМИ упоминается исключительно как журналистка и даже психолог — учиться на психолога было ее последней странной мечтой.

Алексей Кабанов отправился в тюрьму — как ему и желали многие до этого, правда, имея в виду другую статью.

Вместо эпилога

Она: А зачем вы так разбираете ее жизнь?

Я: Потому что такая жизнь и привела к такой смерти

Она: А вот и нет!

Я: А вот и да!

Она: Ну, что конкретно?

Я: Да все! Отсутствие образования, работы, квартиры, гражданства у нее и у детей.

Она: И что, ее за это убивать надо было?

Я: Нет, жить так не надо было. Надо было уходить при первых же звоночках и вообще делать выводы по прошлым его отношения и слушать, что говорят и пишут о нем люди.

Она: Ну, есть такие женщины, которые не слушают.

Я: И ты считаешь, они не виноваты в том, что не слушают?

Она: Ну, я сама такая же.

Я: Но ты сознаешь, что и тебя могут убить?

Она: Да.

Я: Ты сознаешь, что этой твой выбор так жить?

Она: Да, но что же меня теперь убивать что ли за это?

Я: …!!! Давай начнем сначала — ты сознаешь, что ты живешь с подлецом, и что сестра твоя живет с подлецом, и что подлецы вас не трогают, пока вы их не начнете дергать и пока вы пашете?

Она: Ну, да, пока мы им свои квартиры не припоминаем, вот мы и живы.

Я: Ты считаешь, это правильно?

Она: А что — многие так живут и до старости доживают, да раздражают друг друга, конечно...

Я: Так вот поэтому многих и убивают, 12 тысяч в год убивают!

Она: Нет, не поэтому убивают.

Я: А почему?

Она: Ну, просто с мужьями кому-то не повезло…

Я: …!!! Ну, что значит «не повезло»? Как сестре твоей не повезло? Твой страстный роман — Бог с ним, он разворачивался без меня, но сестра твоя надела это ярмо на шею у меня на глазах...

Она: Ну да, ей все говорили...

Я: Так ей не повезло или она своими руками сделала это «не повезло»?

Она: Ну, что ее за это убивать что ли?

На сотом витке диалога внезапный момент озарения — и Она говорит: «Да! Основная причина насилия в семье — боязнь женщины жить одной!»

Ну и что, их за это убивать что ли?

Фото с персональных аккаунтов Кабановых в ЖЖ и Facebook



Партнеры