Блог Лидии Сычевой

Последняя запись: 25 декабря 2017 в 10:31, всего записей: 96

  • Новогодняя ночь

    Я – мужчина пожилой, старый алкоголик, можно сказать. Пью, потому как уверенней себя чувствую в хмельном состоянии. Мир после двух-трёх рюмок улучшается волшебно: всё становится разноцветным, праздничным, чувства обостряются, как в молодости. Раскованным становлюсь, остроумным – женщины от меня в восторге (мне так кажется, во всяком случае)...

  • Завещание Патриарха

    – Да ведь это революция! – изумлённо выговорил вслух Сергеев. И с ужасом ощутил, что ничего, кроме радости и эйфории он сейчас не испытывает в своём сердце.

  • Интересное предложение

    Страшные нары, образ которых нарисовала в статье Ольга, так потряс Толстопальцева, что он решил: единственное средство спасения для него – бескорыстно написанная заметка честного журналиста. И эта статья должна убедить, в первую очередь, самого Вадима Григорьевича в его добропорядочности и неподкупности. Ему, Толстопальцеву, не нужен пиар, ему нужна глубинная правда – в душе он знает, что он – хороший и замечательный человек, и что деньги – ничто по сравнению со спокойной совестью.

  • Обещание (рассказ)

    Ольга закусила губу, чтобы не закричать. Её уже несколько раз – и милиция, и врачи – выпроваживали из закутка, но она всё возвращалась. И теперь она увидела, как смертельная, восковая бледность стала заливать лицо Ильи. Ещё чуть-чуть и…

  • Песня года

    Зима, холода. Дни короткие, ночи длинные, часто бессонные.

    А вечером какое в деревне развлечение? Кот Мася да телевизор.

    Баба Катя любит сериалы, особенно про заморскую жизнь...

  • Обед в Совете Федерации

    Во всем поведении «здешних» чувствовались свобода, великодушие, щепетильная вежливость людей из другого «круга», общества. А между тем, эта столовая была для челяди – помощников, «слуг», аппаратчиков, пришлых, вроде Муромовой. О том, какова сенаторская столовая, где сновали проворные, ладные официантки, можно было лишь догадываться, но и здесь Муромова увидела отголоски коммунистического рая...

  • «Прощай, Москва! Мне надо уезжать…»

    Скорбный звонок коллеги («Хренов умер»!) настиг меня в курортном городе, на берегу Чёрного моря. Новость следовало принять как данность, неизбежность.

  • В гостях у «золотого миллиарда»

    После суда над фашизмом Варвара Парамоновна вышла из школы с гудящей головой. Давно замечено: чем меньше педагогам платят, тем больше у них энтузиазма. Вчера в «началке» ставили мюзикл «Кошкин дом», сегодня с десятиклассниками три часа Гитлера прессовали…

  • Марш коммунаров

    Горелов всматривался в окна – не шевельнётся ли там шторка, не выглянет ли кто из чиновничьего люда на улицу, ну хотя бы из любопытства?!.. Но здание было спокойным и сонным.

  • На Белорусской площади

    Серый день. Серый дождь. Серая Москва. Серые куртки милиции...