День победы на Мякиниском шоссе

Михаил Зубов
Корреспондент отдела политики

Моя «девятка» остановилась на Мякининском шоссе в первом часу ночи. Трудно найти более пустынное шоссе. Под капот я не полез. Темно – глаз коли, да и понятно, что полетел ремень ГРМ, а тут ничего не поделаешь. Мимо покосившихся лачуг и роскошных дворцов я побрел к дому. Путь предстоял долгий, больше всего я опасался бродячих собак. Кажется, все московские стаи ночуют здесь, в карьере. Справа от меня зиял его крутой обрыв, и вскоре я увидел угрожающие огоньки.

 Не бежать, не угрожать, не выделять запахов агрессии или страха – вспомнил я правила поведения со стаей псов. Огоньки делались больше, и вскоре стало ясно, что это не глаза одичавших животных, а неоновая вывеска. Раньше я ее не замечал.

 «Трактир». Дверь оказалась не заперта.

 Я сел у окна, посмотрел в него и убедился, что там кромешная тьма, заказал графин водки и пинту пива. Слава Богу – теперь без руля. Интересно, это просто кабак, или настоящий трактир, в котором можно заночевать?  Пока не вернулась официантка с заказом, в зале сидел я один. Она была наряжена в коричнево-белую школьную форму советской эпохи и многоцветные дольчики.

 Водка приятно обжигала пищевод, а пиво еще приятнее гасило этот пожар. Есть не хотелось. Вскоре рядом со мной присел хрупкий человек с усиками. Он смотрел, как я пью, курил и молчал.

 Когда я попросил девочку в хаки и дольчиках повторить мой заказ, сосед заказал то же самое и представился: «Адольф, Адольф Гитлер».

 Я не стал говорить, что мне очень приятно, но тоже представился. И не удивился. Я ничему уже не удивляюсь.

 Он спросил, как я планирую отметить день победы. Был конец мая.

 - Я имею в виду 22 июня, - уточнил Адольф. – День, когда я освободил русских от грузинской оккупации. Сталин бы всех русских истребил, если бы я не пришел вам на помощь. И здесь (он ткнул в кромешную тьму окна) жили бы только грузины.

 - Сталин был осетином, - ответил я. Помолчали.

 Пришел Медведев, сел на уголок. Гитлеру Дима не понравился, но они все равно церемонно обнялись. Помолчали.

 - Вот за что меня все так ненавидят? – спросил Дима.

 - Верни людям 0,3 промилле и зимнее время, - ответил Адольф. – Простить, конечно, не простят, но забудут со временем.

 Дима плакал, Адольф непрерывно курил, я ждал, когда девочка в школьной форме отведет меня на второй этаж.

 Через два дня я вызвал эвакуатор.

Продолжение http://www.mk.ru/blog/posts/2330-den-pobedyi-na-myakiniskom-shosse-2.html

 

 

 

Другие записи в блоге