Князь без княжества

Знаменитый баскетболист живет на армейскую пенсию

19 мая 2005 в 00:00, просмотров: 638

Я познакомился с Анатолием Мышкиным примерно пять лет тому назад. Двухметровый гигант с хитрой улыбкой и честными синими глазами притягивал к себе как магнит.

— Очень приятно, Толик, — немного клоуня, представился он.

Через несколько часов от коллег я узнал, что разговариваю с великим игроком. Можно сказать, с историей советского баскетбола.


О Мышкине ходят легенды. Он первый из советских спортсменов вышел на площадку в красных кроссовках и с химической завивкой на голове. Он первым забил сверху с разворотом на 360 градусов. Он триумфально ушел из мужского баскетбола, став замечательным женским тренером. Он мог играть в НБА и зарабатывать миллионы, но предпочел остаться в России...

Сейчас передо мной — уставший грустный человек. Синева глаз по-прежнему хрустально чиста, но нет в них прежнего блеска. Великий Князь — именно так уже давно его величают в баскетбольной тусовке — сейчас простой безработный. Человек, который всю жизнь отдал оранжевому мячу, оказался никому не нужным. Почему? С этого вопроса и завязался наш разговор.

Kирзовые сапоги вместо кроссовок

— Началось все в далеком уже 1985 году. Тогда я был уже в авторитете. Великий Князь. Чемпион мира и Европы, олимпийский призер, многократный победитель первенства СССР. Выступал за ЦСКА. Чувствовал, что нахожусь в отличной форме. Идет знаменитая финальная серия с “Жальгирисом”. Первую игру в Каунасе “сгорели” без единого шанса. А в армейском клубе был тренер Юрий Селихов. Терпеть он не мог, когда люди выше него прыгнуть могли. Вот он меня и решил приструнить. Ни на секунду не выпустил в том матче. Обидно жутко было. Я разозлился, зубы сжал, но не сказал в ответ ни слова.

В следующем поединке в Москве проигрывали очков 20. Селихов вновь меня на “банке” держит. Тут только Александр Яковлевич Гомельский сам дал команду мне выходить на “поляну”. Забил тогда больше 30 очков. И мы победили. Ну, думаю, всем все доказал. Готовлюсь как безумный к ответной игре. Куда там! Опять в запасе. Решил, что не останусь больше в баскетболе, если мне не доверяют. К тому же были проблемы со здоровьем, спина беспокоила. Но будь ко мне другое отношение, мог еще несколько лет побегать. И уверен, что принес бы пользу сборной СССР и ЦСКА...

Вместо этого нацепил кирзовые сапоги — и в Красную Армию. Исполнял, так сказать, офицерский долг. Сидел в ЦСКА, на телефонные звонки отвечал. Слава Богу, что через несколько лет судьба привела меня в женский баскетбол, который искренне полюбил. Но четыре года назад армейский клуб, с которым выиграл почти все возможные турниры, развалился — и я оказался без работы.

Пригласили в тульский “Арсенал”. Немного сомневался. Опять работать с мужиками? Но с первой же тренировки понял, что мне все равно, с кем трудиться. Дела шли у нас неплохо. Клуб для своего уровня выступал отлично. Но как всегда — хорошо там, где нас нет. Тульский спорт убили. Команда из-за отсутствия финансирования развалилась. Руководство осталось мне должно кучу денег. И до сих пор рассчитываться не собираются. Я им говорю: “Вы же мне честное слово давали, что выполните обязательства”. Но… Какие тут честные слова? Короче, остался не у дел. Всю свою жизнь отдал баскетболу и оказался никому не нужным. Зато у нас в чемпионате сейчас модно приглашать иностранных тренеров. Сербы, израильтяне, литовцы... И не только я один оказался в таком положении. Заслуженные мастера спорта, олимпийские чемпионы, победители первенств мира Иван Едешко, Евгений Коваленко — безработные... Мне сейчас хочется только одного. Трудиться на благо баскетбола. В России.

РОДИНА ВМЕСТО НБА

Пиком карьеры Князя стал 1982 год. В то время он играл в составе сборной СССР круче всех. В финальном матче чемпионата мира забил американцам 31 очко и выиграл золотые медали. В США были в восторге от его баскетбола. Ему предложили баснословный контракт. И если бы он согласился бежать из Союза, то наверняка сидел бы сейчас с хорошей сигарой и дорогим виски, наслаждался баскетболом из VIP-ложи. Но Анатолий Дмитриевич выбрал другой путь.

— На что же вы сейчас живете? Знаю, жаловаться не привыкли. Но все же...

— У меня есть повышенная армейская пенсия. (Горько улыбается.) Целых пять тысяч рублей. Да еще как полковнику — скидка в госпитале. Без этого спина давно бы разгибаться перестала. Достойные льготы за столько лет труда, не правда ли?

Не понимаю, почему Олимпийский комитет выдает пенсии только победителям Игр. Неужели я работой в сборной не заслужил нормального существования? Да не только я — таких тысячи. “Умирал”, например, какой-нибудь боксер за страну лет 15, но вечно становился вторым, потому что был на Кубе спортсмен, которого одолеть было нереально. И что, у него меньше заслуг перед страной?

Да, мне предлагали в Америке отличный контракт. Но Князь никогда не был перебежчиком. Мне дорога моя Родина... Хотя уверен, что в НБА не затерялся бы. Но пришлось бы солидно поработать. Все-таки там — кудесники мяча.

Помню, на турнир Гагарина в Вильнюсе приехала команда США с молодым еще тогда Мэджиком Джонсоном. Мы были наслышаны о нем и в защите бились не на жизнь, а на смерть. А он — просто валял дурака. Не работал как может. Улыбнется на ползала всеми своими тридцатью шестью зубами — и в раздевалку. Вот тебе и “волшебник”, подумали мы тогда.

Едем в Америку, играем против колледжа, в котором учился Мэджик. У нас разыгрывающий — нынешний тренер казанского УНИКСа Станислав Георгиевич Еремин, тогда просто Стас. Он тогда лучшим перехватчиком Европы был. Дали ему установку прихватить этого хваленого Джонсона. Как Еремин ни старался, ничего не удалось. А Мэджик сам его обокрал — и как реактивный самолет движется к нашему кольцу. Я в обороне стою, думаю: “Сейчас тебе такого “горшка” дам, что навек успокоишься”. Мэджик идет, улыбка опять эта, мячик как на резинке к руке привязан. Встречаю под кольцом, прыгаю. Так он от штрафной линии вылетел — и мяч сверху вместе с моими руками заколотил. Приземляюсь на пятую точку, еду с позором по скользкому паркету к зрителям. Тогда понял: “Ой, Толя, тебе еще тренироваться и тренироваться”. А Джонсон после игры подходит, советы дает. Мне так стыдно стало, что сделал вид, будто по-английски не понимаю...

“БИЗОНЫ” ВМЕСТО СБОРНОЙ

Сейчас Князь тренирует команду “Бизоны” из Мытищ. Дело, конечно, хорошее. Но при всем уважении к этому клубу — не его это уровень.

— А что еще остается делать? Спасибо, что пригласили туда. Хоть делом занимаюсь, любимым делом. Президент клуба живет со мной в одном доме. Понял мою ситуацию. Так что тружусь на добровольных началах. В принципе, готов рассмотреть любые предложения. (Усмехается.) Готов стать и вторым тренером. Только бы команды была на высоте, по-другому не привык.

Мой женский ЦСКА выиграл все, что можно. Два раза завоевывали европейский Кубок Ронкетти. Выходили в “Финал четырех” Евролиги. У меня была замечательная команда. Не мог нарадоваться на девчонок. И жили душа в душу.

Я ведь когда пришел к ним старшим, то девчата подумали: вот, нашелся тут великий Князь, понты колотит! Это потому, что я сразу правило ввел. Говорить только правду. Всегда пойму и помогу.

...Посадил их на сборы. Вечером строго-настрого запретил покидать базу. А сам прыгнул в машину и сделал вид, что еду домой. Через несколько километров тачку развернул — и назад. На цыпочках пробрался в холл и затаился в кресле. В коридоре тишина: косят, что спят. Но проверку не прошли. Минут через пятнадцать первая красавица пошла: команда заслала на разведку. Та дает условный сигнал — и вот они, мои родные. Все намазаны, разодеты. Мышкин включает свет. Ага — попались!

Испугались тогда здорово. Наутро тренировка. У команды лицо одно на всех — похоронное. Пашут на занятии, как с цепи сорвались. Даже не подгоняю... Ждут комсомольского собрания. А я просто поговорил по душам. С тех пор в команде никто и никогда мне не врал. Горд за это.

Никогда не имел в женском баскетболе денег. Работал за идею, за любовь к игре. Обожал этот ЦСКА и знал, что девчонки меня не подведут. Мог бы уйти во время матча со скамейки, выкурить сигарету, вернуться — а на табло уже нужный результат. До автоматизма все было доведено. И ведь сейчас мои воспитанницы блистают в сборной России. Елена Баранова, Мария Степанова, Оксана Рахматулина... Надеюсь, что они мне благодарны. Баранова вот только сейчас — перед тем как уехать в женскую НБА — тренировалась вместе с “Бизонами”. Так что от Мышкина из “Бизонов” едут и в сборную, и в НБА. (И снова — грустная улыбка.)

— ЦСКА проиграл в Москве “Финал четырех” Евролиги УЛЕБ. Вы были в “Олимпийском”. В чем причины поражения? Наверное, есть у вас свое мнение?

— Сказать честно? Я не пошел в “Олимпийский”. Хотелось жутко. Ведь в Москву прилетело много моих друзей. Арвидас Сабонис среди них. С удовольствием бы повидался. Но мне предложили билеты где-то за кольцами. И выйти со своего ряда фактически не мог. Какой смысл в таком походе? Остался дома и просто включил телевизор.

Что сказать? В Москве, наверное, больше игрового времени стоило отдать российским парням: Пашутину, Моне, Саврасенко, Панову. Они бы проявили дух. А нужно ли это, к примеру, Брауну или Дикудису? Не получилось — ну и ладно. Контракт-то в кармане. Обидно, но не более... Вообще, надо поднимать детский спорт. И правильно поступает федерация баскетбола, что проводит детско-юношескую лигу. Нынче ситуация с ребятами куда лучше, чем после развала СССР.

ЗЕЛЕНАЯ УЛИЦА ВМЕСТО ШТРАФА

— Знаю, что любите хоккей. Следили за чемпионатом мира, который на днях завершился в Вене?

— Да. Ребята сыграли достойно. Но им по силам было стать первыми. В старые времена “бронзу” вообще не уважали. Я вот два раза третье место на Олимпиаде выигрывал. А толку? Кто это помнит?

Вообще с хоккеем у меня связано много интересных историй. Помнишь вратаря Володю Мышкина? Тогда сборная СССР на Кубке Канады играла. Наши “кленовых” вынесли — 6:0. Сейчас трудно представить такое... И вот в той встрече место в воротах занял неожиданно для всех никому не известный Мышкин. Это вместо Третьяка-то! Отстоял на “ноль”. И Мышкин стал героем. В стране же был хоккейный бум, все от мала до велика знали фамилии игроков...

Однажды мой хороший приятель попросил достать для сына вратарскую клюшку. Купить было невозможно. Я к своему другу Владу Третьяку в Ледовый дворец ЦСКА. Без проблем получаю подарок, вдобавок еще и автограф взял. Я ее в багажник — и на всех парах домой. Опаздываю страшно. Вылетаю на Ленинградку со страшной скоростью, и тут как назло — ГАИ. Ну, думаю, все. Боялись-то их страшно. Такие времена были. Гаишник документы проверил, салон осмотрел, лезет в багажник. А у меня там огромная наклейка, изображен баскетбольный мяч с эмблемой ЦСКА и клюшка эта лежит. Ну, я состроил несчастную физиономию.

— Товарищ сержант, отпустите, я заслуженный мастер спорта. С тренировки опаздываю. Дома жена ждет.

— Корочка есть, мастер заслуженный?

— Конечно — вот.

Тот берет удостоверение, а там черным по белому: “Заслуженный мастер спорта Анатолий Мышкин”. Косится снова в багажник, там клюшка. У парня шок.

— Вы Мышкин, вратарь “Динамо”? — надо же, не обратил на имя внимание. — Быть не может! Вы в телевизоре совсем другой. Никогда не думал, что вы такой высокий... Можно автограф? И извините, что остановил. Сейчас вам зеленую улицу организуем…

Такие вот были времена. А сейчас думаю, что корочкой не отделаюсь. Только еще строже спросят.

БАСКЕТБОЛ ВМЕСТО “БИТЛЗ”

— Князь Мышкин — это прозвище сразу к вам прицепилось?

— Да нет. Мышкиных много, а Князь один. Сначала-то я был Луноход — это потому что хорошо с двух шагов к кольцу летел. Потом Бронза — вся моя карьера начиналась именно с этих медалей.

Ну а затем Александр Яковлевич Гомельский после удачно проведенного мной матча сказал: “Ну, Толя, ты играешь, как князь”. Потом многие говорили, что именно они так назвали меня. Но считаю, что только Гомельский имеет эксклюзивные права.

Знаешь, меня вообще силой в баскетбол затащили. Я учился в музыкальной школе. Сначала баян, потом гитара. В стране началась битломания — тогда безумно влюбился в шестиструнную. Какие там тренировки! Уйду на занятие, а сам концерты давать. Перед домом водичкой обольюсь — вспотел, мол, набегался. Не знаю, к счастью это или к сожалению, но меня вычислили. Из левой руки стали брать кровь на анализ. А мне подушечки на пальцах проколоть невозможно. От струн одни мозоли. Вот тогда сестра у меня вообще гитару отобрала.

И я не жалею. Прожил отличную баскетбольную жизнь. И продолжаю еще дышать. Меня вообще трудно сломать. Характер — несгибаемый! Я — настоящий уралец. Верю, что еще придет мое время.




Партнеры