Как я взорвалась

Нина КОСМАН

9 марта 2017 в 15:10, просмотров: 1614

Родилась в Москве. В эмиграции с 1972-го года. Автор двух сборников стихов на русском языке "Перебои"  и "По правую руку сна". Художник, автор пьес и стихов на английском языке. Стихи и рассказы Косман переводились с английского на японский, голландский, греческий и испанский.  Несколько пьес было поставлено в американских театрах. Живёт в Нью-Йорке.

Как я взорвалась

На пляже около Таллина я впервые увидела иностранцев. Весь день я сидела у воды и строила песочные замки. Вдруг я услышала, как меня зовет мама. Подняв голову, я увидела другую семью--маму, папу и двоих детей; они развертывали одеяло рядом с моими родителями.  Я сначала подумала, что они оба мальчики, потому что оба были в брюках. Только когда я подошла поближе, я поняла, что это мальчик и девочка. Я впервые видела девочку в штанах.
            Они говорили только по  фински, поэтому я просто указала пальцем на мой замок. Мы построили целый город с башнями, туннелями и маленькими домиками. Единственные слова, которыми мы обменялись, были наши имена: Карл, Моника, Нина. Мы не разговаривали; мы строили. Моника была в красном купальнике; Карл - в красных плавках. Пока мы строили, они все время что-то жевали. Я впервые видела, чтобы кто-то мог так долго жевать. Я указала на свой рот, сделала вид, будто жую и пожала плечами. Моника сказала что-то своему брату; он побежал к одеялу своих родителей, вынул что-то из большой белой сумки и быстро вернулся с чем-то в руке. Он протянул мне что-то маленькое красное и круглое, как конфета. Я положила это в рот и начала жевать. Когда оно перестало быть сладким, я его выплюнула. Близнецы ушли. Я не знала, что это была жевачка, и что её можно долго жевать. Перед уходом, Карл и Моника дали мне ещё несколько маленьких красных шариков и несколько финских конфет. Больше я их не видела на пляже.

            Я жевала жевачку и думала о моих финских друзьях в их зарубежной стране. Конфеты я не ела до предпоследнего дня лета.     Когда занятия снова начались в сентябре, наша учительница, Мария Петровна, провела с нами беседу об иностранцах. "Иностранцы могут притвориться вашими друзьями, но вы должны не забывать, что они враги советского народа. Ни в коем случае не принимайте от них подарки. Иностранцы прячут крошечные бомбы в конфеты. Когда советские дети едят эти конфеты, они взрываются."
            Я вспомнила о конфетах, которые мои финские приятели дали мне на пляже в Эстонии. Я съела их всего несколько дней назад. Я почувствовала что-то странное в животе после слов учительницы. "Скоро взорвусь," подумала я. Мне хотелось поднять руку и спросить, через сколько дней бомба взрывается в животе. Но мне было стыдно, что я так глупо поверила иностранцам и съела их конфеты с бомбами внутри. Больше я ничего не слышала из того, что говорила учительница. Я представляла, как взорвусь.
            На следующий день у меня так болел живот, что я не могла двигаться. Мама измерила мне температуру и велела остаться в постели.
            "Это все из-за этих конфет," я прошептала.
            "Каких конфет?" спросила мама.
            "С бомбой внутри," я сказала. "Поэтому живот так болит. Я, наверно, скоро взорвусь."
            "Когда ты их съела?"
            "Три дня назад."
             "Не волнуйся," сказала мама.
             На следующее утро я проснулась в целости и сохранности. Мои руки, ноги, нос всё было, как раньше. Еще три дня я ожидала, что взорвусь, но ничего не произошло. Может быть, Карл и Моника дали мне обычные конфеты, а может быть они были просто слишком маленькие и в них нельзя было вставить бомбу.

 



    Партнеры